Россыпь бриллиантов по небу. Они блестят, переливаются. Зовут. Разговаривают. Живут. Тихо. Где то в дали шум реки. Почти не слышно. Мы одни. Одни посреди густого леса. Дикие места. Так интереснее. Наш маленький дом именуемый палаткой. Матрац. Одеяла. Все чтобы не замерзнуть. Но. Кажется, замерзаю. Одеяло не спасает. Теплые вещи, будто
из стали. Протягиваю ноги. К тебе. На твою территорию. Тепло.
-Ты замерз? – не вольно спрашиваешь. Стону в ответ. Даже не хочется, говорит. Холодно.
А ведь не зима. Озноб. – Да ты весь дрожишь! «неужели дошло». Ты накрываешь своим одеялом. А сам лезешь под мое. Ноги поджать. Свернуться калачиком. Ты обнимаешь меня словно игрушку. Утыкаешься носом в мою спину. Теплее. Но все равно дрожь не отпускает. – Расслабься! Ты так никогда не согреешься. Глубокий вдох. Медленный выдох. Расслабиться. Почувствовать, как тепло медленно распространяется по тело. Но. Это слишком медленно. Мне надо срочно согреться. Твое дыхание обжигает мою
шею. Руки, как лед. Странно. Раньше такого не было. Почему мне так холодно? Твоя рука поверх моей. Ты держишь кисть в своей ладони. Но ничего не спасает. – Я тут подумал… как можно тебе помочь. Удивление. Но ты этого не видишь. Но мне сейчас не до этого. Закрываю глаза. Надо успокоиться и отдохнуть. Кажется, я уснул ненадолго. Но снова холод по всему телу. Поворачиваюсь к тебе. Почему тебе не холодно? Ты такой
милый. Твоя линия губ. Как сочный фрукт, который хочется вкусить. Ощутить до конца. Насладиться. Ты открываешь глаза. Улыбаешься. Притягиваешь к себе. Легким касанием кончиком языка. Мягко. Нежно. Слиться в поцелуе. Страстном. Диком. Как и сама природа. Упираюсь руками в твою грудь. Отклоняюсь.
- Хикару, перестань! – шепчу тебе, но ты силой хватаешь меня и снова целуешь. «Да, что же ты творишь», – Остановись! – кричу.
- Каору, мой милый Каору, ты же сам этого хочешь, весь дрожишь, твое тело хочет насладиться! Пусть это буду я, почувствуй меня… Давай будем настолько близки, как никогда?! – я и не думал отвечать тебе,  мое тело стонет, но я сдерживаюсь.  – Каору, Каору… – нашептываешь мое имя, так близко, твое дыхание обжигает, а голос, такой сильный, что я еле сдерживаюсь,  – Маленький шалунишка, куда ты убегаешь от меня?! – стараюсь увернуться, забиться в какой-нибудь угол, но ты опережаешь меня. Касаясь тонкими пальцами моего лица. Замираю на секунды и вновь уворачиваюсь. – Попался! – радостно произносишь. Твои руки обвили меня, словно веревка, я не могу вырваться, прижимаешь сильнее  к себе. Ты такой горячий, чувствую через кофту. Твои руки касаются моей шеи, отодвигаешь прядь, чуть наклоняя мою голову,  кончиком языка проводишь вдоль моей шеи, немного щекотно. Теперь я чувствую нечто твердое, кусаешь… нет, всего лишь решил поиграть со мной. Дав, немного насладиться, ты отталкиваешь меня, падаю на подушку. Разворачиваешь меня за плечо, дав понять, что мне нужно лечь на спину. Повинуюсь. Ты падаешь следом на меня всем своим телом, тяжесть, сдавленность груди. Хриплю. Целуешь меня, мое лицо.
-Каору, ты же меня хочешь? – молчание, – Скажи это, скажи своему любимому брату это, ну же…скажи! – я продолжаю молчать, кажется это похоже на бред, здесь и сейчас, а может ты специально отвез меня сюда, чтобы никто не узнал об этом? – Каору… Каору…  – словно пытаешься загипнотизировать словами. Нет, не бывать этому, я не дамся тебя.  – Мой милый мальчик, ты слишком добр ко всем, пора наказать тебя!
Полностью раздеваешь меня, оставляя беззащитным котенком. Заставляешь смотреть, как раздеваешься ты, ты хочешь, чтобы я возбудился, но нет… Берешь мою руки и проводишь по своему телу. Нежная, бархатная кожа, твое горячее тело, мои холодные пальцы, не могу больше, отворачиваюсь. Хватаешь второй рукой меня за подбородок, разворачиваешь, снова заставляешь смотреть. – Каору, разве тебе не нравится? Смотри, я такой же, как и ты… смотри, смотри на меня.
-Перестань, Хикару, я не твоя игрушка, я не твоя собственность, – срываюсь на крик, наверняка, я тебя задел, так как я почувствовал, как твоя рука, крепко сжимает мою кисть, с такой силой, что мне пришлось вскрикнуть от боли. Отталкиваешь меня, пока я капашился в одеялах, фиксируешь мои руки ремнем, затягиваешь с такой силой, что завтра останутся следы. Хватаешь прядь волос и запрокидываешь мне голову.
-Скажи мне, как сильно ты меня любишь?
-Отвали! – огрызаюсь на тебя, лицом в подушку, чтобы ты не слышал моих слов. Коленом разводишь мне ноги, но я сопротивляюсь.
-Будь послушным мальчиком, Каору, сейчас тебе будет жарко.
Скрещиваю сильнее ноги, но ты руками разводишь мои бедра, сильно, больно. Обхватываешь мой член, сжимаешь головку, но тут же останавливаешься. Наверняка, ты на пределе. Заставляешь облизнуть твои пальцы, уворачиваюсь, держишь мою голову и насильно заставляешь сделать это. Неохотно касаюсь языком твоих пальцев. Чувствую, как ты начинаешь проникать в меня ими. Тело дрожит, бешенное сердцебиение.
-Больно, – шиплю на тебя, но никакого внимания, лишь только еще больнее, – Хикару, – кричу, – Остановись… прошу…
-Просишь? Надо просить не так, мой милый Каору, – чувствую, некую боль, разрывающую, стонущую. Сжимаюсь всем телом. – Ммм… Каору, ты такой горячий внутри… – с каждым словом входишь в меня, все глубже и глубже. Ты начинаешь иметь меня, быстро, грубо и резко. Твой стон, я слышу, как ты стонешь от удовольствия, но я … это стон боли… насильственно заставляешь хотеть тебя. Твоя рука держит мой член, и ты двигаешься одновременно с тем ритмом, с которым трахешь меня все сильнее и сильнее. Ты настолько увлекся этим, что не менял ритм, кажется, я даже начинаю стонать от удовольствия, вместе с  тобой. Все глубже, ты пытаешь добраться до меня. Ты на пределе, я чувствую это, искрой по телу. Ты кончаешь. Прямо в меня, схватив за волосы, закидываешь мне голову, чтобы поцеловать. Получив желаемое, бросаешь, словно тряпичную куклу.
-Ты не кончил, давай, доведем дело до конца. – Примыкаешь губами к моей плоти. Лижешь, слегка покусываешь, останавливаясь на головке моего члена, обводишь его язычком, смотришь мне в глаза, улыбаешься, я выдаю нотки экстаза. Доводишь рукой до оргазма. Еще немного и я кончаю. Подносишь пальцы к моим устам и заставляешь слизнуть.
- Чего ждешь? – насильно лезешь пальцем ко мне в рот, проглатываю, потому что ты этого захотел. – Твоя очередь, Каору! – хватаешь за волосы и наклоняешь к своему члену,  – Особое приглашение, начинай! – приказной тон, ты всегда командовал мной и даже здесь,  ты заставляешь делать то, чего я не хочу. Накрываю своими губами твой член, лаская головку языком, слегка посасывая. Резко надавливаешь, полностью вводишь свой член до самого горла, начинаешь трахать мой рот, так же грубо, как и меня, с бешенным ритмом, задыхаюсь от нехватки воздуха, но ты все так же продолжаешь трахать меня. Мгновение и кончаешь прямо в рот, заставляя сглотнуть все. С неохотой делаю это, тебя так забавляет мучить меня и это даже заводит.
-Ну, что согрелся? – улыбаешься
-Отвали от меня маньяк,  – ругаюсь на тебя, в ответ смех
-Каору, ты такой милашка, зато до утра тебе не будет холодно, и ты наконец-то выспишься, – целуешь меня страстно перед сном, укрываешь одеялом, я засыпаю рядом с тобой, с тобой, которого знал до этой ночи и которого узнал сейчас. Обнимаешь меня, как и раньше, я прощаю тебе эту ночь. Засыпаю. А на утро, просто не вспомню ничего об этом.
Яркий рассвет. Воздух, холодный поток в легкие, чистый, как сама природа, свежий, как утренняя роса. День начался с поцелуя и некого прощения за прошедшую ночь. Для тебя все, что угодно, но не радуйся так сильно, придет день и ты окажешься на моем месте, Хикару.

- Зеро-сама! Зеро-сама! – оператор носился из комнаты в комнату, ища ведущего, – Зеро-сама, где Вы? У нас эфир через минуту, Зеро-сама!
Сказать, что оператор был в панике – ничего не сказать. После того, как ведущий приказал бросить продюсера в Камеру Пыток, он как будто сквозь землю провалился.

На самом деле, ведущего не нужно было искать – он находился в комнате сценаристов, где обговаривал с ними распределение участников. Ну, честно признаться, слово «обговаривал» сюда не подходит – узнав, что сценаристы не смогли толково расселить участников, Зеро пришел в ярость. Вот, что там происходило:
- Кретины! Почему близнецы остались в паре! Вам что, мало было первой игры, а? Давайте испортим еще и вторую?!
- Зеро-сан, прошу Вас, успокойтесь! Это все творческий кризис! – первый сценарист, держась на безопасном расстоянии от шоумена, пытался всеми силами его успокоить, тогда как второй сценарист трусливо прятался за мусорной корзиной.
- Творческий кризис, да?! Это называется по-другому, а не «творческий кризис»! Это называется «простите, но у нас закончилась трава, а без нее нам не пишется, не стоится, не сидится и не яоиться»!
- Мы натуралы! – второй сценарист все же решил показаться адскому ведущему на глаза.
- В нашей игре натуралов нет! – Зеро зло блеснул глазами и погрозил беднягам-сценаристам кулаком. – Не смейте произносить такие непристойности в моем присутствии!
- Зеро-сама! Зеро-сама! Кто-нибудь видел, куда делся этот индюк надутый?! – дверь в комнату с треском открылась и на пороге возник оператор. – Ой, Зеро-сама, Вы тут, да? – поняв, что «этот надутый индюк» все слышал, бедолага сначала покраснел, а потом побледнел, представив, что сейчас с ним сделают.
- Иши-кун, детка, что ты хотел? – ведущий хоть и расслышал, как его назвали, но на этот раз он решил проигнорировать оскорбление в свой адрес… пока.
- А я… я… Эф..Эфи… – от страха Иши начал заикаться, – Эф-фи.. Эф-фир, Зер-ро-сама…
- Ксо, из-за вас, придурков, я забыл про эфир! – Зеро еще раз бросил на сценаристов уничтожающий взгляд и, крутанувшись на сто восемьдесят градусов вышел из комнаты быстрым шагом, оставляя после себя лишь едва уловимый шорох сценической мантии.

- Итак, уважаемые телезрители, господа яойщики, мы продолжаем наше игровое шоу «Отъяой меня, если сможешь!» Сейчас, мы отправимся в нашу оперативную комнатку, откуда будем наблюдать, с кем же поселили наших нынешних участников и что из этого выйдет! На этот раз мы не будем отделять время знакомств с участниками и время их предполагаемого яоя, а начнем, так сказать, сразу.

Переместившись в специальное помещение, оператор включил скрытые камеры, находящиеся в комнатах с участниками и на всеобщее обозрение выплыли следующие кадры:

Итак, комната №1. В ней находились Исаак и… Лелуш!
Ведущий: – Оппачки, кто-то сегодня огребет! И я, кажется, знаю кто! – косо посмотрел на сценаристов. – Ну ладно, давайте посмотрим, что получиться.
Мина-сан, Вы уже успели познакомиться, пообщаться? – шёпотом – Пояоиться?
Первый сценарист, про себя: – Извращенец!
Второй сценарист, шёпотом первому: – Озабоченный извращенец!
Лелуш: – Товарищ ведущий, а ответьте мне на один вопрос?
Ведущий: – Слушаю.
Лелуш: – Ваша передача называется «Отъяой меня, если сможешь!», так ведь?
Ведущий: – Ну, так.
Лелуш: – А яой, насколько мне известно, подразумевает под собой сексуальные отношения между мужчинами, верно?
Ведущий: – Детка, я в курсе. Давай ближе к телу, то есть к делу! Оговорка. *глупо улыбнулся*
Первый сценарист: – Ага, по Фрейду.
Ведущий: – Я все слышу! Итак, Лулу, что тебя не устраивает?
Лелуш: – На кой ляд вы поселили меня с бабой!
Первый сценарист (вот тут открывается страшная правда – первый сценарист – девушка!О__О Но так как, ведущий не признает женский пол, то сценарист вынужден играть в трансвестита): – Во-первых, не баба, а девушка, имей совесть! А, во-вторых, это мужчина!
Исаак, до этого сидевший молча, но тут все-таки решился разрулить проблемку: – Да, я мужчина. Могу доказать! – на этих словах, Маг принялся демонстративно расстегивать штаны.
Первый сценарист, ведущему: – Зеро-сан, остановите его! Иначе нравственники нас загрызут! Они и так потребовали выреза всех яойных сцен из первый игры!
Ведущий, в шоке: – Что, значит – остановить?! Вы в своем уме! – обращаясь к Исааку:
- Сними их! Сними, давай! Докажи, что ты мужик!
Второй сценарист, охране: – Остановите ведущего! Ему плохо! Ну, что же вы! Быстрее!
Охрана подбегает к ведущему, хватает его брыкающегося за руки, за ноги и пытаются втиснуть успокоительное:
- Ну же, Зеро-сама, выпейте вкусную таблеточку валерьянки! Ну, Зеро-сама, ну не нужно плакать!
Ведущий: – Аааа!! Помогите, хулиганы зрения яойного лишают!!
Второй сценарист, в микрофон: – Ну что ж, дорогие телезрители, не будем тут задерживаться и переместимся в комнату номер два!

В комнате №2 поселили Великолепного Усами Акихико и маленького графа Фантомхайва. Обстановка была мирной, даже успокаивающей (если бы не крики ведущего о том, что ему опять не дают посмотреть пикантных подробностей игры). Усами сидел в кресле и курил, а юный граф читал… книгу Акихико!
Усами: – Ну, Сиель, что ты думаешь о моей книге?
Сиель, густо краснея: – Никогда не читал подобной литературы. Но мне кажется, что тут мало сюжета. Одни физические связи. Я думаю, что главный герой запутался в себе и теперь ищет недостояющие фрагменты своей души в объятиях… кхм… других.
Ведущий (ему наконец-то удалось вырваться из цепких лап охраны и появившихся из ниоткуда санитаров): – Хорош языками чесать, народ! Как говорил дедушка Ленин, тьфу ты, е-мае, малыш Шуичи – «Яоиться, яоиться и еще раз яоиться!». Давайте, встали, разворот на сто восемьдесят градусов и марш в койку с одного прыжка. Шмотки только снимите!
Усами: – Меня этот малыш не возбуждает. Я люблю Мисаки и только его!
Ведущий: – Блин, вы все здесь такие верные? Усаги-сан, Вы смотрели первый сезон игры?
Усами, задумчиво: – Да, но не все. Только вторую часть.
Ведущий: – Так вот, машинка ты моя пишущая, – на этих словах бедный писатель подавился сигаретным дымом и закашлялся, – в первой игре тоже были такие умники, как ты! Тоже говорили, мол, люблю своего партнера по аниме, все дела? Ну и? Вон, Широгане же ушел от Акиры, и ничего, не париться!
Усами, хмуро: – Я б от такого тоже ушел!
Сиель: – Извините, Ведущий-сан, но мне кажется, у Вас паранойя. Вы считаете, что все аниме-персонажи должны яоиться!
Ведущий, искренне удивленный: – А чем еще они должны заниматься?
Сиель: – Чем-нибудь общественно-полезным! Например, расследовать таинственные убийства для спокойствия Ее Величества королевы! Ну или играть в шахматы! Ну или… хм, не знаю… О! Можно еще отдать своему дворецкому кучу глупых приказов!
Ведущий прибывает в глубоком культурном шоке: – Эм… ну… Так, не пудрить мне мозги! Следующая комната!

Комната №3. Сузаку и Мисаки. Мальчики сидели друг на против друга и пристально рассматривали каждый своего оппонента.
Ведущий, тяжело и обреченно вздохнув: – Ну, а у вас какие проблемы?
Сузаку и Мисаки: – Мы очень похожи! Зеленые глаза, каштановые волосы! Мы что, близнецы?
Вся съемочная группа, пребывающая в глубоком акуе: – Ага, только мангаки разные. – Ведущий сидел на корточках в углу и нервно хихикал, что-то бормоча себе под нос про траву, тупых сценаристов и что ему нужно как следует отдохнуть.
Мисаки, обращаясь к Сузаку: – А ты плюшевые игрушки любишь? Ну, мишек там, зайчиков?
Сузаку: – Нет. Я ж военный человек! Какое мне – с зайцами из тряпки возиться.
Мисаки: – Слава Богу! Хоть отдохну от этой ерунды.
Ведущий: – Нэ, Сузаку-кун, слушай… Тут такая штука… Короче, Лелуш немного грубовато себя веде..
Сузаку, как обычно, по стойке смирно, руку на сердце и вперед: – Ол хайль Лелуш! Ол хайль Лелуш!
Мисаки: – О__________О
Ведущий: – Ну да, и оно тоже! Короче, пацан хамит и отказывается нормально играть. Делать-то что с ним?
Сузаку: Он – Император! Плюс, у него есть Гиасс. Сами будете яоиться, если он этого захочет!
Ведущий: – Да хоть Папа Римский! Мне все равно, но лимит времени на исходе, а яоиться-то нужно! – привел он последний аргумент. – Кстати, вы почему до сих пор не в кровати?
Сузаку: – Я подчиняюсь только приказам девяносто девятого Императора Британии.
Тут, по никому не известной причине, в микрофоне раздался голос Лелуша:
- Сузаку, я приказываю тебе – не вздумай ни с кем яоиться, кроме меня! Тьфу ты, блин, просто – не яойся ни с кем!
Ведущий: – Переключить меня на первую комнату! – на экране возникает первая комната. На полу лежит Исаак, в куче собственных остриженных (!) волос и горько-горько плачет. – Исаак-сан, что произошло?!
Исаак: – Этот паршивец загипнотизировал меня и заставил острич мои прекрасные волосы! Я ж так с четырех лет хожу, меня же в Ордене без них не узнают!
Лелуш, смотря в камеру, открывает Гиасс: – Лелуш ви Британия повелевает – прекратите свои жалкие попытки съяоить всех мужских персонажей аниме и перейдите на ГЕТ! Да, а еще я повелеваю выпустить нас отсюда, ВСЕХ! И еще, принесите мне мороженного, шоколадного и бутылку чистой родниковой воды! А еще…
Ведущий: – А Зеро ви Россия приказывает тебе заткнуться и идти яоиться!
Лелуш, сглотнув: – Россия?
Ведущий: – Именно.
Лелуш тихо осел на пол и начал мелко дрожать. Все затаили дыхание и ждали что же будет. Тут молодой Император разродился истерикой:
- Все кончено! Это русские яойщики – они жестоки и беспощадны! Бежать некуда!
Ведущий: – А ты как думал?! Кстати, я кажется говорил тебе, что за использование Гиасса, тебе полагается отсидка в КП? Увести!
Лелуш: – Не надо! Я не хочу! Мамочка!! С.С.! Наннали! Ну хоть кто-нибудь!
Не смотря на попытки зацепиться ногтями за паркет и дверные косяки, юный Ламперуж, крича на всю студию благим британским матом, все-таки был вытащен за руки-за ноги из комнаты и буквально кинут, как мешок с картошкой в Камеру Пыток, где продолжал истошно вопить. Исаака же, на почве нервного срыва, подпаивая валокордином и прочим успокоительным, отвели в лазарет, где заведовала сестра Луссурия. Говорят, у нее был волшебный павлин, который помогал залечивать раны и отращивать шикарные волосы.

Ведущий, поморщившись, шёпотом: – Фу таким быть! Не яоится, орет что-то нецензурное, бу!, – поворчав, он повернулся к стойке с микрофоном и продолжил:
- А теперь идем дальше, в комнату №4. В ней по техническим причинам поселили братьев Хитайчин. Не смотря на то, что лично я и полмира яойшиков понимают, что у них там весело, мы все равно заглянем к близнецам, так сказать, на огонек.
И действительно, в полумраке из-за закрытых штор, на большой двуспальной кровати, под прозрачным балдахином (прозрачным по прихоти ведущего, персонажи предпочитали плотную бархатную ткань, но Зеро-сан четко им дал понять, что их мнение не спрашивается) лежали двое рыжих юношей и обнимались.
Ведущий, укаваенный долгожданным, если не яоем, то сенен-айем: – Ребята, вам хорошо?
Близнецы: – …
Ведущий: – Ребята!, – он повторил громче, – Вам хорошо?
Хикару, потирая глаза: – А? Кто говорит?
Ведущий: – Хикару, я вообще-то спросил, вам хорошо?
Хикару: – А как еще должно быть? И вообще, дайте нам поспать!
Ведущий: – Какое спать! Ты знаешь хоть какой сейчас час?
Хикару: – Тихий час?
Ведущий, пафосно: – IT’S YAOI TIME!!!
Каору, подскочив на кровати: – Какой яой, где яой!? Хикару, ты опять за свое?!
Хикару: – Бл*, ну вот, брата разбудили! А у него ведь психологическая травма на почве вашего убогого яоя.
Ведущий, скептически: – И давно ли?!
Хикару: – С тех пор, как Тамаки-кун попросил нас поцеловаться на глазах у посетительниц клуба. Кто ж знал, что среди них будет столько озабоченных яойщиц?! Эти курицы сразу же побежали строчить подпольные яойные додзинси высокого рейтинга. Я потом три дня Каору в себя приводил, после того, как ему эта дрянь на глаза попалась!
Ведущий: – В общем так, майне либе! Я сделаю вид, что вошел в положение твоего брата и закрою глаза на то, что вы спите, вместо того, чтобы делом заниматься, при одном условии.
Каору: – Каком?
Ведущий: – Вы приведете мне Тамаки после шоу.
Хикару: – А зачем он вам?
Ведущий: – Объясню мальчику на пальцах, что к яою нужно тоже подходить с умом.
После нескольких секунд раздумий и одобрительного кивка со стороны Каору, который сопровождался ехидной улыбкой Хикару, Зеро вздохнул и произнес:
- Ну и наконец-то комната №5.

По стечению обстоятельств в пятую комнату запихнули двоих, по-своему страшных, людей. Один из них был демоном, внешность которого просто кричала: «Раздень меня и завали!». Единственное, с чем красавчику не повезло, так это с работой. Мало того, что был он дворецким, еще и бесплатно, так и работал он на несовершеннолетнего графа, который, по всей видимости, переживал переходный возраст.
Сейчас же, на программе, мужчина сидел за столом и попивал чай из кружки, выполненной из дорогого английского фарфора. Он был в одних брюках и то, почему-то расстегнутых, остальная же часть его формы валялась по всей комнате. Да-да, вы не ошиблись, речь идет о любимце русскоязычного фандома «Темный Дворецкий» Себастьяне Михаелисе.
Ведущий: – Себастьян-сан, чем Вы занимаетесь?
Себастьян, как всегда лукаво улыбаясь: – Пью послеобеденный чай. Не желаете ли присоединиться?
Ведуший: – Нет, спасибо. Я пью кофе. Кстати, а чего это вы такой любезный? Не хотите ли узнать, как сейчас там Ваш юный господин?
Себастьян: – Яре-яре, Вы хотите сказать, что мой господин опять угодил в лапы негодяев-педофилов?
Ведуший: – Нет, увы. Он в одной из соседних комнат, читает книгу. Кстати, где Дитрих?
Вдруг из угла, где стояла такая же, как и в других комнатах, двуспальная кровать, раздались нечленораздельные стоны и хрипы. Затем через минуту из-за балдахина показался «производитель» этих нечленораздельных звуков – сам Дитрих фон Лоенгрин.
Дитрих: – Каин-сама, помогите….
Ведущий: – Каина здесь нет. Он поехал в Ватикан, на свадьбу к Эстер и Авелю.
Про свадьбу ведущий соврал. На самом деле Каин с братом отправились в путешествие по Италии, чтобы повидать пару знакомых из другого фандома.
Дитрих: – За что?! Что же я сделал такого, что меня бросили в одну клетку с этим, – вампир указал пальцем на Себастьяна, – мерзким демоном.
После «мерзкого демона» у Себастьяна по лицу пробежала какая-то печальная тень. «Наверное, тоже психологическая травма», – подумалось ведущему, но вслух он произнес:
- Во-первых, Дитрих-кун, не в клетку, а комфортабельно обустроенную спальню. Во-вторых, не с мерзким демоном, а с очень привлекательным мужчиной с необыкновенной профессией.
Себастьян: – Спасибо Вам, Ведущий-сан, за столь лестный отзыв о простом дворецком.
Ведущий: – Не подлизывайся, я Клода люблю.
Себастьян: – Ах, какая жалость. А я думал, мы смогли бы с Вами спеться.
Ведущий: – Ага, спиться мы могли бы, это да. Короче, что ты сделал с Дитрихом?
Себастьян, искренне удивленно: – Как что? То, что Вы и просили: отъяоил.
Ведущий: О_______О
Дитрих: – Не верьте ему! Он издевался надо мной! Он мало того, что заставил меня одеть неко-мими и лакированные сапоги на шпильке, так еще и ногти в черный покрасил мне зачем-то! А еще он стегал меня плеткой, а потом чесал за ушком! А еще он выворачивал мне соски, при этом приговаривая «Мягонькие, такие мягонькие»!
Ведущий: – Ааааа… Дык, Дитрих-кун, БДСМ-то тут никто не отменял, – затем он обратился к Себастьяну:
- Не смотря на то, что как персонаж ты меня не впечатляешь, как демон ты превосходен. Я думаю даже Клод бы на такое не решился.
Себастьян: – Насчет Клода Вы правы. Сам очень долго его уговаривал хотя бы на сапоги. Смотрелся он в них, конечно, забавно, но лучше, чем в неко-мими.
Ведущий: – Верю, охотно. А теперь, дабы завершить нашу программу на несколько печальной для меня ноте, я подведу итоги сегодняшней игры. Итак, я…
В это же мгновение в кабинет, откуда ведущий следил за гостями, с грохотом от вырванной с петлями двери, ввалилась разъяренная компания во главе с ассистентом ведущего, которого еще в начале шоу бросили в КП. В руке ассистент держал толстую цепь, конец который был прикреплен с толстому ошейнику. Сам же ошейник был одет на что-то человекоподобное, с красными глазами.
Ведущий: – Кэтти-чан, какого…
Ассисент: – Пришло время расплаты, Зеро-сама! Анти-яойщики, взять этого извращенца!
Ведущий в ужасе: – Анти кто?!
Тут же на него накинулось два злобных слюнявых существа и со словами «Яой зло!» начали вгрызаться с голову ошалевшему ведущему.
Ведущий: – Отпустите меня, неверные! НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!

*****

Зеро с громким криком проснулся и удивленно огляделся по сторонам. Он был в своей спальне, где стены украшали плакаты с изображением многочисленных пейрингов Реборна и полуголые джей-рокеры. Не выключенный со вчерашнего вечера телевизор крутил на экране, судя по заевшей пленке, десятый раз «Чувствительного порнографа».
«Приснилось!» – пронеслось в голове ведущего. После, придя в себя, он поднялся с кровати, выключил телевизор, вытащил кассету и, разломав ее надвое, выкинул в окно. Затем налил себе крепкого бодрящего кофе, включил компьютер, зашел в Интернет и методично вышел из всех яойных и сенен-айных сообществ и форумов.

Утро было ясным. Веселые солнечные зайчики скакали по бумагам.
Кейя с удовольствием осмотрел плоды своих трудов. Оставалось совсем немного. Может даже сегодня он все закончит.
Завтра… На завтра намечалось очередное мероприятие в клубе. В костюмы и прочую обстановку были вложены немалые деньги – бюджет клуба изрядно потрясли, но зрелище должно того стоить. Все должно пройти идеально…
Работу необходимо закончить сегодня, иначе на завтрашнем косплее голова у него будет забита совсем не тем…
Раздался грохот. Кейя оторвался от бумаг и посмотрел на источник шума. Каору тащил антикварный стул за спинку, ноки скрипели по полу, периодически подскакивая и, тем самым, создавая тот ужасный грохот, который отвлек Кейю от работы.
-Каору, может, ты ДОНЕСЕШЬ стул? Зачем он тебе?
Рыжий отвлекся и хмыкнул:
-Потому что за твоим столом только два стула, на одном сидишь ты…
-А второго тебе не хватит?
-На втором уже сижу я, – раздался голос Хикару. Кейя от неожиданности чуть не подпрыгнул.
Надо же так увлекся, что не заметил, как один из близнецов сел прямо напротив него.
Хикару сидел, поставив локти на стол, и положив подбородок на ладони.
Каору, дотащив стул, сел в такой же позе.
Кейя некоторое время переводил взгляд с одного на другого. Близнецы устроились прямо напротив и смотрели на него в упор.
Работать под внимательными взглядами стало невозможно. Кейя внутренне поежился.
-Вы чего-то хотели?
-Мы? Нет, ничего. Просто посидеть, – заявил один из близнецов и провел языком по губам. Кейя автоматически проследил за этим движением.
-Мы ведь тебе не мешаем? – спросил второй и похлопал ресницами.
Что-то странное было в их поведении. Словно сейчас на месте Кейи они видели одну из тех девчонок, которые были клиентками Хост Клуба.
-Э-э, – Кейя не знал что сказать. Они вроде бы и не мешали, но работать под их внимательными взглядами он не мог.
Решив все же попытаться, Кейя взял ручку, дело даже, кажется, уже начало идти на лад, пока под столом чья-то нога не коснулась его колена. Кейя вздрогнул и посмотрел на близнецов, они выглядели совершенно невинно – просто два рыжих ангелочка.
Прежде такие послушные цифры начали разбегаться, никак не желая выстраиваться в сложную систему.
Отори всей кожей чувствовал внимательные взгляды сидящих напротив близнецов, они, не отрываясь, смотрели прямо на него.
Кейя поерзал на стуле:
-У вас разве поинтереснее занятия не нашлось?
-Поинтереснее? Нет, конечно, – протянул Каору.
Кейя раздраженно поднялся, собрал бумаги и перешел за стол в другом конце комнаты. Напротив него теперь была глухая стена.
Близнецы переглянулись, Каору пожал плечами, и они подхватили свои стулья.
У стола, как известно, четыре стороны. Около одной из них сидел Кейя, другая уперлась в стену, зато еще две оставались совершенно свободны, а им больше двух и не надо.
Близнецы устроились по бокам от Кейи.
Он внутренне застонал, стойко продолжая работу. Две очень похожие мордахи с одинаково внимательным выражением следили за каждым его движением.
Заметив, что пишет одно слово уже третий раз подряд, Кейя отбросил ручку и резко встал, опрокинув стул.
-Ладно, доделаю потом.
Он окинул взглядом поднятые к нему лица и, почувствовав, что сейчас по настоящему разозлиться, развернулся и ушел. В конце концов, на кануне косплея много и других дел. Хотя бы.. хотя бы помочь Мори с оформлением комнаты.

Кейя стоял на стуле и старался приладить одну из драпировок на гво…
Внезапно он почувствовал, как чья-то рука прошлась по его бедру и даже слегка ущипнула.
Кейя опустил совершенно офигевший взгляд вниз и увидел невинную улыбку Хикару. Рука рыжего продолжала скользить вверх.
Причем Хикару встал так, что из гостевой части комнаты, где сейчас находилось несколько девчонок, было невидно, ЧТО он делает.
Чувствуя, как краснеет лицо, Кейя зашипел:
-Совсем с ума сошел от ваших игр с Каору? Прекрати, они нас все равно не видят…
-А ты, Кейя-кун, хочешь, что бы нас еще и видели? Экий ты шалун…
Глаза Хикару стали еще невиннее, а рука прогулялась по внутренней стороне бедра.
Драпировка с тихим шелестом выскользнула из рук Кейи. Он опустил взгляд на нее, ничего не понимая.
Что происходит? Это он рехнулся или близнецы?
Из задумчивости его вывели действия Хикару. Заметив, что Кейя не сопротивляется, он удвоил усилия.
Вице-президент клуба слетел со стула со скоростью ветра.
Что бы он еще раз полез что-то вешать…
Его теперь, наверное, всегда будет преследовать чувство беззащитности – ты балансируешь наверху, а в это время любой…
О том, что балансирование было не так уж высоко от пола можно в принципе не вспоминать…
Главное не это, а то что Хикару наверняка почувствовал как… Гм, а вот об этом нужно забыть!
Стоя у окна и глядя на парк перед школой, Кейя медленно успокаивался.
То есть пытался успокоиться, пока чья-то рука не погладила его живот и… Кейя поймал наглые пальцы, когда они уже проникали под ремень.
Каору…
-Что ты делаешь?
Кейя почувствовал, что этот вопрос сегодня стал для него любимым и соперничал только с «что тебе от меня нужно?».
Еще он явственно услышал в своем голосе истерические нотки. Кейя закрыл глаза в надежде чуть успокоиться, по-прежнему цепко держа пойманную руку. Вот, только у людей по две руки, не считая остальных частей тела.
-Пытаюсь стать к тебе ближе, – прошептал Каору.
Обезвредив одну руку, Кейя забыл о второй, а рыжий не стал ограничиваться полумерами.
Каору крепко прижался к спине вице-президента и обхватил его свободной рукой. Где-то на заднем плане обиженно взвыл Хикару, и восторженно запищали посетительницы хост клуба.
Кейя подумал, что хуже быть не может.
Будущее показало, что он сильно ошибался.
Когда в игру включился Хикару и попытался отодрать брата от Кейи, тот понял, что бывает и намного хуже.
Яойщицы-посетительницы бесновались от восторга, и Кейя устало подумал, что во всем этом абсурде есть и положительные стороны – по крайней мере, это хоть кому-то нравится…
Занятые ссорой близнецы не заметили, как их жертва ускользнула.
Кейе удалось провести целый час в относительном покое. Надо же, раньше он считал, что Тамаки шумный. Да рядом с ним просто отдыхаешь душой и телом! – не намекает ни на что, не набрасывается – хорошо-то как!!
Что его дернуло пройти именно по этому коридору, Кейя не знал, но очень подозревал, что собственная глупость. За дельнейшее таким образом винить можно было только себя.
Договорившись, наконец, между собой близнецы атаковали его единым фронтом.
Отбиться шансов не было. Как нет шансов у пешехода при столкновении с поездом.
Четыре руки прижали его к стене. Кейя мгновенно почувствовал себя бабочкой на иголке.
Потрепыхавшись некоторое время, он затих, завороженный шепотом:
-Нехорошо убегать от своих друзей, – выдохнул Хикару на ухо Кейе, а потом слегка прикусил мочку.
-Нехорошо, – поддержал брата Каору.
Его лицо сейчас находилось где-то на уровне… ремня Кейи. Да, именно ремня.
При попытке дать другое определение расположения в пространстве головы Каору у Кейи вскипали мозги. Его тело и так все горело из-за того, что сейчас проделывали руки близнецов.
Отори застонал сквозь стиснутые зубы. Связных мыслей в голове не наблюдалось, только клубились образы полураздетых близнецов.
Каору потерся носом о… место под ремнем и Кейя застонал в голос. Его разомкнутыми губами тут же завладел Хикару – чуть пососал нижнюю, лизнул уголок рта и проник языком вовнутрь.
Пальцы Кейи бессильно скребли по стене.
-Кто из нас тебе больше нравится, Кейя-кун?
Эти слова, выдохнутые Хикару прямо ему в губы, мгновенно привели вице-президента в себя, не хуже ледяного душа.
Сил на то что бы выбраться хватило и Кейя даже не попытался поприличнее обставить свое бегство, все правила, которыми он руководствовался в своем поведении еще вчера, сейчас перестали иметь значение.

Куст был большим, очень зеленым и очень… пушистым. Кейя никак не мог понять применимо ли последнее определение к кусту, сегодня ему было вообще трудно подбирать определения.
Но главное было не в этом, а в том, что куст полностью скрывал его от посторонних глаз. Внезапно взбесившиеся близнецы не должны были его здесь найти!
Не должны были, но нашли. Они нарисовались на фоне темной зелени.
Как это у них получилось? ПО запаху что ли?
С этим вопросом можно было разобраться на досуге (если этот досуг у него будет), а вот опять бежать требовалось срочно.
Внезапно идея спрятаться в уединенном месте перестала казаться такой уж привлекательной.
Осадить зарвавшихся близнецов было бы, не в пример, проще, если бы Кейе еще не приходилось бороться с собой. Довольно странное состояние, если вспомнить, что он вообще-то предпочитает женщин…
На этот раз удалось уйти без потерь в душевном спокойствии.
Кейя лихорадочно искал человека, рядом с которым близнецы бы поостереглись от своих сегодняшних выходок.
Харухи!.. Ну, конечно, Харухи! При ней они не охмеляться…
Кейя пригладил взлохмаченные волосы и попытался придать себе свой обычный , чуть отстраненный вид.
Подсев к девушке, которая что-то читала в учебнике, за стол Кейя расслабился. Это продолжалось ровно до тех пор, пока близнецы не появились в пределах его прямой видимости.
Очень захотелось вскочить и опять сбежать, но Отори заставил себя не двигаться, только крепче стиснул зубы.
-Тебе не кажется, что мы его чем-то разозлили? – громко спросил Хикару.
Харухи подняла глаза от книги и бросила внимательный взгляд на Кейю.
-Да нет, он всегда такой был.
-А мне кажется, это все ты со своими вопросами не вовремя… – повысил голос Каору.
Кейя густо покраснел и закрыл глаза.
Харухи уставилась на такое редкое зрелище – столько эмоций на лице Кейи как за последние полминуты раньше нельзя было увидеть и за целый день.
-Да, что с ними сегодня такое случилось? – простонал он, требуя у судьбы ответа.
Коварная злодейка судьба ему, конечно же, ничего не сказала, зато ответила Харухи:
-А они разве тебе еще не сказали?
Кейя поднял на девушку глаза полные надежды. Неужели в этом дурдоме наметился хоть след разумного объяснения?..
-Нет… – его ответ был краток, Кейя боялся спугнуть удачу.
-Это я им посоветовала.
Челюсть Кейи со стуком поздоровалась со столешницей.
-Ты посоветовала?? – спросил он помертвевшими губами.
-Ну да, стать ближе, наладить отношения, получше узнать друг друга…
Первый раз в жизни у Кейи случился нервный тик.
-Знаешь, мне кажется, они тебя не так поняли.
Харухи удивленно на него посмотрела.
-Не так?.. А как это можно еще понять?
Плечи Кейи затряслись, а с губ сорвался нервный смех:
Ну, знаешь, стать ближе… – посмотрев в совершенно непонимающие глаза Харухи, он внезапно успокоился и сказал, – забудь. А зачем им это?.. Что-то до сегодняшнего дня им не нужна была моя «близость».
Харухи немного смутилась:
-У них какие-то дела завтра и они не смогут учувствовать в косплее. А ты уже вложил в это столько средств и усилий… Вот я и посоветовала… задобрить тебя пред тем, как излагать свою просьбу…
Кейя почувствовал, что его душит истерический смех. Хохот рвался наружу и Кейя, задыхаясь, сполз со стула на пол. Он смеялся, пока не начал икать.
Когда, наконец, он снова смог воспринимать окружающий мир, то первым, что увидел, было обеспокоено лицо Харухи. Каору тыкал ему в рот стакан воды, а Хикару гладил по плечу.
Кейя обвел всех троих измученным взглядом:
-Так вы чуть не свели меня с ума из-за косплея?
Поглаживания Хикару стали интенсивнее и сместились… Кейя быстро отодвинулся:
-Хорошо, хорошо. Можете не приходить! Давайте вообще отменим этот косплей! Мне нужен отдых и я с радостью проведу завтрашний день дома
Близнецы заискрились удовольствием.
-Да. Скажите всем… А я пойду… Устал я сегодня и плохо себя чувствую.
-Может тебя проводить? – спросил Каору.
-Проводить? – поддержал Хикару.
Кейя непроизвольно дернулся, но взял себя в руки.
-Нет-нет, я сам дойду, – торопливо сказал он и тихо добавил, – а то мне может стать и хуже…
Он быстро вышел за дверь, оставляя позади этот сумасшедший день.

Утром Кейя вошел в Хост Клуб в прекрасном настроении. Все-таки это даже хорошо, что он вчера устроил выходной и отменил косплей.
Сейчас Отори чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Если конечно забыть какие эти две ночи ему снились сны, и с чьим они были участием.
Но все забудется со временем…
Близнецы налетели на него с двух сторон и крепко обняли.
Каору потерся щекой о волосы Кейи, а Хикару лизнул ухо.
-Да что с вами опять? Чего вы еще от меня хотите?
-Ничего.
-Ничего, – сказал Каору, – просто нам понравилось…
-Понравилось, – подтвердил Хикару, покусывая ухо Отори.
-Мы решили, что ты нам нравишься, – хором закончили они.
С тихим стоном Кейя упал в обморок.

Дверца шкафа быстро открылась и тут же захлопнулась, впустив голос Тамаки отчетливо сказавший «сто» и маленькую фигурку, тут же всем телом прижавшуюся к Кейе.
Если смотреть на Харухи со стороны она не кажется такой уж женственной, а когда она вот так прижимается…
Кейе стало не по себе.
Нужно чем-то занять мысли и быстро, а то руки, не спрашивая разрешения у головы, начнут ощупывать Харухи с головы до ног. Вот так вот… нежно, едва касаясь.. от груди и ниже… ниже…
Кейя сжал зубы и быстро откинул крышку монитора. А то еще немного и чувства Тамаки к этой девушке перестанут иметь для него значение.
Слабое мерцание ноутбука высветило непривычно огромные и наполненные страхом глаза Харухи, ее бледное до синевы лицо.
Чего она так испугалась?
Впрочем, рассмотрев соседа по шкафу, девушка успокоилась. Вот так всегда – чего волноваться из-за него – ведь он всего лишь «Кейя». Можно уже вешать на грудь табличку с надписью «друг» и хоронить надежды.
Кейя пробормотал о том, что надо работать, стараясь не выглядеть жалким и, кажется, переборщил. Он всегда перебарщивал в таких случаях и казался окружающим эдаким айсбергом, человеком, которого интересуют только деньги и способы их получить.
Конечно, во многом он сам же поработал над своим имиджем, но теперь… после того как Харухи появилась в клубе, привычная маска стала мешать. Кейя осознал, что опять запер себя в узких рамках, но разве можно так сразу все изменить… вот так ни с того, ни с сего…
Чего можно испугаться в школьном шкафу? А ведь еще минуту назад Харухи выглядела напуганной. Темноты она вроде бы не боится… Может спросить? Имеет же он право узнать о ней такую мелочь. Пусть Кейя уже все знает о ее жизни, но узнал он это все ведь не от нее самой, а окольными путями. Эти знания, которые он собирал по крупицам, дороги для него, но они стали бы еще дороже, если бы она сама…
-И чего ты так испугалась?
-У Тамаки вполне хватит фантазии привести в клуб какого-нибудь ручного медведя или тигра… «ну, очень доброго» и спрятать его в шкафу, что бы потом сделать сюрприз…
Неожиданный ответ. Но в чем-то она права у Тамаки хватит ума притащить льва, чтобы имитировать саванну для их косплея… что бы пейзаж был поестественнее…
-Не забудь мне напомнить, что бы мы теперь проверяли все шкафы… Я не люблю сюрпризов…
На шутку Харухи чуть улыбнулась – она была уже полностью спокойна. Как всегда…
Только не смотреть так пристально, а то наша наблюдательная девочка заметит и сделает выводы… совершенно неправильные выводы.
О, Харухи очень умна, но в то же время очень наивна в некоторых областях. В любви, например…
Она совершенно не замечает чувства Тамаки. А может, не хочет замечать? Что бы не спровоцировать его на объяснение…
Кстати, только что она ведь не очень-то по-доброму пошутила… Может… может ей Тамаки не очень-то и нравится…
Нет… работать-работать, а то ТАКИЕ мысли лезут в голову…
Ну, вот уже глюк… Неужели она предложила…. Голова не соображает:
-Что давать?
Всего лишь ноутбук. Добрая девушка…
Прикосновение словно бьет током, поднимая в душе, помимо прочего, раздражение, слова слетают с губ, прежде чем он задумывается о том, что говорит:
-Почему ты меня не боишься? Мы здесь одни, в темноте… мало ли что мне в голову взбредет…
В голову взбредет… Эти мысли его никогда и не покидают: ни в темноте, ни на свету. Хотя ее близость, теснота шкафа и полутьма делают их ярче.
Ее ответ и то, что Харухи совершенно не сомневается в своих словах, ломают его маску, как весенний лед, и первое, что из-под нее выплескивается – это гнев.
Почти ничего, не понимая, Кейя хватает девушку за руку и тянет на себя. Рот впечатывается в ее губы почти грубо, но Харухи… не сопротивляется.
Удивлена? Испугана? Вопросы, как стая мотыльков порхают в сознании Кейи, пока, наконец, маленькая ручка Харухи ни оказывается вдруг в его волосах, лохматя пряди на затылке, а другая ни вцепляется в рукав…
Сомнения исчезают вместе со связными мыслями, шкаф уже не кажется маленьким, зато все проблемы становятся вдруг решаемыми.
И не важно, что Кейя скажет ей потом, когда поцелуй закончится (что-нибудь ласковое и нежное скажет, что бы ей было приятно), главное то, что сейчас она не оттолкнула и значит, он Харухи нравится!
А Тамаки, как всегда, не вовремя…

Харухи заметалась.
Из-за угла раздавался голос Тамаки: «девяносто… девяносто один…».
Король в своей гениальности вновь придумал членам клуба развлечение – на этот раз это была игра в прятки.
На все возражения Харухи он начинал ныть о том, что дочка совсем не хочет проводить время со всей семьей и отцом в частности. На этот раз его даже не остановило напоминание о том, что ее отец сейчас вообще-то на работе, а узнай он о такой наглой узурпации своих родительских прав и просто помятыми боками Тамаки не отделается. Но все доводы Харухи, как всегда, разбились о невидимую стену, которая появлялась всякий раз, как он брался за воплощение своих идей в жизнь.
Остальные члены клуба тихо посмеивались, наблюдая за старающейся удрать девушкой, но ровно до того момента, пока не поняли, что Тамаки подразумевает, всеобщее участие в его затее.
Нет, чуть расстроился, пожалуй, только Кейя ( у него были какие-то неотложные дела), когда Тамаки пресек его попытки выторговать для себя льготное положение «наблюдающего за игрой».
Вот, например, Хани даже обрадовался, Мори отнесся к игре индифферентно, а близнецы переглянулись и на их лицах заиграли абсолютно одинаковые шаловливые улыбки.
В общем, отвертеться не удалось никому.
Тамаки начал считать, и Харухи не заметила, как все попрятались. Она единственная осталась бесполезно метаться по комнате, ни в силах выбрать место для укрытия.
Тамаки уже сказал: «девяносто восемь», когда взгляд Харухи наконец-то наткнулся на приемлемое место – шкаф.
Стараясь не шуметь, она бросилась к нему. Дверцы сначала не хотели поддаваться, но Харухи дернула посильней и, в последнюю секунду успела заскочить в шкаф.
Тамаки выкрикнул: «Я иду искать!» и стало тихо, то есть не совсем тихо… в шкафу явно кто-то был.
Было слышно дыхание…
Да и вообще сложно ошибиться, когда ты всем телом прижимаешься к этому кому-то.
Харухи затрясло, но внезапно вспыхнул какой-то призрачный свет, и она узнала Кейю. Он открыл крышку ноутбука, и в тусклом свете монитора стало видно его лицо.
-Тише! Иначе Тамаки нас сейчас найдет и я так и не смогу спокойно поработать.
Харухи настороженно застыла, прислушиваясь, но нет, короля, видимо, не насторожил подозрительный шум из шкафа.
-И чего ты так испугалась? – проворчал Кейя.
Она чувствовала его внимательный взгляд на своем лице, но разглядеть выражение глаз не могла – в стеклах очков отражался экран ноутбука. Раздосадованная этим она проворчала:
-У Тамаки вполне хватит фантазии привести в клуб какого-нибудь ручного медведя или тигра… «ну, очень доброго» и спрятать его в шкафу, что бы потом сделать сюрприз…
Кейя хмыкнул:
-Фантазии – да, а вот денег – нет. Не забывай, что финансами клуба ведаю я…
Харухи иронически на него посмотрела:
-Разве ты знаком с Тамаки первый день? Со своим обаянием он способен провернуть это бесплатно…
-Тогда не забудь мне напомнить, что бы мы теперь проверяли все шкафы… Я не люблю сюрпризов…
Кейя приступил к работе. Одной рукой он держал ноутбук, другой печатал.
-Давай сюда.
Парень оторвал взгляд от монитора.
-Что давать?
-Ноутбук. Я подержу, а то тебе неудобно.
Подумав немного Кейя, передал ей компьютер, при этом слегка задев пальцами ее запястье.
-Почему ты меня не боишься? Мы здесь одни, в темноте… мало ли что мне в голову взбредет…
-Я уже тебе как-то говорила, что ты никогда не делаешь то, от чего не можешь получить выгоды… А сейчас к тому же ты еще должен работать…
Кейя посмотрел на нее долгим пристальным взглядом.

Когда Тамаки с криком «Нашел!» открыл дверцу, двое в шкафу увлеченно целовались. Кейя обнимал Харухи двумя руками, прижимая ее к себе крепко-крепко. Всеми забытый ноутбук валялся на полу у их ног.

На съемочной площадке программы царил хаос. Второй выпуск игры преподнес персоналу множетсво сюрпризов: ведущий Зеро отказывался вести шоу, потому что не простил еще коллег за то, что из-за них он пропустил самые горячие моменты первой игры и теперь сидел в своем любимом кресле, пил кофе и болтал по мобильному; ассистент дулся на ведущего – он и его пятая точка еще помнили о том, что сделал Зеро ( для тех, кто в танке – читаем первый сезон). Что касается продюсера, то он был, мягко говоря, в бешенстве – работать никто не хотел, а время до эфира осталось пять минут.
- Зеро-сан, вы собираетесь сегодня вести шоу или нет? – продюсер очень надеялся, что эта самонадеянная сволочь, которая мнит себя крутым шоуменом и зашибись анимэ-фаном, наконец-то оторвется от телефона и возьмется за работу.
Однако, у ведущего были иные мысли на этот счет. Он продолжал трещать по телефону, глупо хихикать и одновременно отхлебывать кофе. Правда, заметив на себе взгляд, как-никак, начальника, полного жаждой убийства, горестно вздохнул и сказал в телефон:
- Гомен, Хома-тян, срочные дела. Я тебе перезвоню. – и нажал на сброс вызова.
- Какого черта! – взъелся продюсер, – Тебе что, заняться больше нечем? Если нет, то может ты шоу начнешь? И, кстати… Ты что, с Хомураби сейчас разговаривал?
- Нет, блин, с хомяком со своим, домашним! Ну,естественно, с Хомураби! Ой, он мне рассказывал, как они с Мураки и Ягами-младшим на Гаваи ездили отдыхать. Такие милые ребята. – Зеро мечтательно закатил глаза.
- Слюни подбери, они же маньяки! И, вобще, марш за работу! – продюсер крутанулся на сто восемьдесят градусов и побрел прочь.
- Ну ладно, уговорил, прааааативный! – ведущий сгримасничал ему вслед и, поднявшись с кресла, подошел к съемочной группе, – Ну, все готово?
- Так точно, Зеро-сама!
- Ай, Зеро-сама, какая прелесть! – шоумен сделал наикавайнейшую мордашку, – Продолжайте в том же духе, ребятки! Ну, тогда все по местам! – на площадке началась суматоха, все занимали свои места. – Три, два, один! It’s show time!

Ведущий: – Добро пожаловать, дорогие мои друзья! После первого сезона игры мы получили массу отзывов и просьб о продолжении. Итак, ликуйте, второй сезон начинается! Правила остаются прежними, ведущий тоже, поменялись лишь игроки! Чтож, давайте же начнем знакомиться! Первая, как всегда, выходит команда «голубых». Гомики, на выход! *поржал над собственным остроумием*

На главную площадку, как полагается, вышло пять человек, естесственно – мужчины.
Ведущий: – Господа, представьтесь. Имя, анимэ, род деятельности, номер паспорта, номер кредитки – шутка. Только первые три пункта. По очереди.

Первый участник: – Иссак фон Кемпфер, анимэ «Кровь Триединства», вампир ордена «Розенкрейцеров»
Ведущий: – Слушай, можно вопрос, а то давно хотел спросить… тебе волосы такие длинющие не мешают? Ну там, в рот не лезут? А их сложно мыть?
Исаак *в акуе*: – Не понял…?
Ведущий: – Вы такой милый! Так, следующий!

Второй участник: – Усами Акихико, анимэ «Чистая Романтика», писатель-романист.
Ведущий: – Ой, а можно автограф? – получив автограф, – Ня, спасибо!

Третий участник: – Куруруги Сузаку, анимэ «Код Гиасс», студент, пилот «Ланселота», бывший рыцарь принцессы Юфимии, нынешний рыцарь принца Лелуша.
Ведущий: – Я смотрю, ты достаточно разносторнний парень. И там, и тут. Кстати, я прослушал последнее твое место «работы»…Не мог бы ты повторить?
Сузаку *встал по стойке смирно, положив правую руку на сердце*: – Рыцарь Его Имераторского Величества, 99 императора Британии, Лелуша! Олл хайль Лелуш!
Ведущий *в капле*: – Можно было и без этого…Четвертый участник!

Четвертый участник: – Хитайчиин Хикару. анимэ «Клуб свиданий старшей школы Оран», участник клуба, местный задира.
Ведущий * в кавае*: – Ммм… дерзкий парень, да? – затем, придя в себя, – Кхе, спасибо, следующий!

И, наконец, пятый участник: – Себастьян Михаэлис, анимэ «Темный Дворецкий», демон-дворецкий.
Ведущий *тяжело вздохнул*: – Приятно познакомиться… *про себя* Ксо, опять крови будет до фига! Демоны, вампиры… Эх, перевелись хорошие парни…*снова вернулся и уже в микрофон* Отлично, первая команда нам представилась, теперь познакомимся с теми, кого им предстоит соблазнить и склонить к яою, желательно рейтингом в NC-17, а то в прошлый раз я это пропустил, по вине кое-кого, не будем показывать пальцем! *показал в сторону съемочной команды во главе с продюсером и ассистентом*
Ассистент: – Что!? Да ты как ты смеешь? Тебе напомнить, что ты со мной сделал, извращенец! Там даже NC-21 не пахло! *обращается с техперсоналу* Нет, вы представляете? Он меня… Два, нет, три… Нет, четыре раза! Я теперь ходить нормально не могу!
Ведущий *злобно, обращаясь к продюсеру*: – Черт, дайте ему успокоительное, снотворное, транквилизатор, да хоть битой по башке – только пусть он заткнется!
Продюсер: – У нас ничего этого нет!
Ведущий: – Тогда, бросьте в КП! Пускай удостоверится в слухах, которые ходят про это место! А то он не верит!

После того, как бушующего ассистента увели за руки и за ноги, Зеро снова повернулся к камере и уже с наклеенной улыбой до ушей продолжил:
- А теперь, вторая команда! Господа, без пяти минут БЫВШИЕ гетеросексуалы, прошу на площадку! – Из закулис появилось еще пятеро парней. Только выглядили они как-то уж совсем уныло, кроме одного черноволосого паренька, который постоянно шепотом матерился и судорожно тер глаз. – Ну, господа уке, представтесь публике!

Первый участник: – Дитрих фон Лоэнгрин, анимэ «Кровь Триединства», вампир ордена «Розенкрейцеров»
Ведущий: – ДИТРИХ!!!! – с одного прыжка бросился на шею опешившего вампира. – Наконец-то я с тобой познакомился, ну же, укуси меня, выпей всю мою кровь!
Продюссер *обращаясь к секьюрити*: – Кто-нибудь,отдерите этого невменяемого от игрока! Дит-кун сейчас задохнется!
С трудом оттащив Зеро от Дитриха, при этом получив каждый по носу, секьюрити вернулись на свое место, а ведущий продолжил:
- Дальше!

Второй участник: – Такахаши Мисаки, анимэ «Чистая романтика», студент.
Ведущий: – О, я тоже студент. Но не будем о грустном! Приятно познакомиться, третий участник!

Третий участник: – Лелуш Ламперуж, анимэ «Код Гиасс», студент, Император, предвадитель ордена «Черных Рыцарей» Зеро.
Ведущий *язвительно*: – И как это ты все успеваешь?! Да, кстати, одно замечание: в этой студии только один Зеро, и это – я! Смекаешь?
Лелуш: – А как насчет Кириу Зеро, нэ?
Ведущий: – У него скидка, так как Зеро – его настоящее имя, а не псевдоним террориста! Так что, цыц, Зеро здесь только я! И прекрати уже тереть глаза! С мысли сбиваешь!
Лелуш: – Я линзы поправляю! Или вы хотите, чтобы все здесь стали под контролем Гиасса?
Ведущий *подходя вплотную к пареньку, склонился*: – Солнышко, как только ты активируешь свой Гиасс, то тут же попадешь в КП!
Лелуш *нервно сглотнул*: – Что такое КП?
Ведущий *злобно оскалившись – этому он у Хомураби научился*: – Это такое замечательное место, где сидят русские отаку-яойщики, любители высокого рейтинга, если ты не в курсе. Знаешь, они там уже давно сидят, с первой игры. Представь, как они изголодались по свежей плоти? – ведущий оценил побелевшего до кончиков волос Лелуша и похлопал того по щеке, – Представил? Ну вот то-то же! А у нас еще два участника!

Четвертый участник: – Хитайчиин Каору, анимэ «Клуб свиданий старшей школы Оран», участник клуба.
Ведущий: – Только участник клуба? А ничего больше не хотите добавить? Ну там, местный задира, например, нет?
Каору: – Нет, эт я такой только с братом. Когда отдельно, то я нормальный!
Ведущий: – Фу, таким быть! Пятый!

Пятый участник: – …
Ведущий: – Ну? И чего молчим?
Пятый: – Мое имя слишком известное, чтобы его называть!
Ведущий *к продюсеру*: – Ничего не хочешь мне сказать?
Продюсер *жует бутерброд*: – Неа.
Ведущий: – Скотина! *пятому участнику* Мальчик, представься, пожалуйста!
Пятый: – Граф Сиэль Фантомхайв, анимэ «Темный Дворецкий», Сторожевой Пес Ее Величества королевы.
Ведущий: – Так-то лучше! *на ухо парню* Слушай сюда, паршивец, еще один такой выкидон и ты, каким-то необъяснимым способом, окажешься в КП, понял?
Сиэль: – …
Ведущий: – Молчание – знак согласия! Итак, ассистент, по нашей традиции, раздайте участникам карточки с номерами комнат, где им придется познакомиться со своей новой парой. *молчание* Ау, ассистент!
Кто-то из техперсонала: – Зеро-сама, он в КП. Вы сами велели его туда бросить.
Ведущий: – Ах, точно! Ну, тогда я раздам карточки. *раздает* А теперь, господа яойщики и неяойщики, по комнатам, шагом марш! *кроме Куруруги никто маршем не пошел*.
Ведущий: – Ну, как полагается, небольшая рекламная пауза, после которой мы продолжим. До встречи через несколько минут!

Свет на камере гаснет, объявляется перерыв. Только ведущий отходит в сторонку, чтобы выпить, наконец-то, кофе, откуда ни возьмись появляется продюсер.
- Зеро-кун, у меня к тебе вопрос. Ты не знаешь, как там с нашими бывшими участниками? Как у них все сложилось после игры?
- Знаю, конечно! Широганэ понял, что Акира-кун никогда не ответит на его чувства и ушел к Кириу-куну. Они живут вместе и охотятся на вампиров.
- А разве Широганэ-сан охотится не на черных ящериц с мутированными лапами?
- Они называются кокучи! Ты чем «Монохромный фактор» смотрел? – для ведущего это было самое жестокое оскорбление.
- Я его вобще не смотрел! Так, а с остальными что?
- Нуу… – протянул ведущий, – Канамэ-кун и Акира-кун тоже вроде как встречаются. Только Аки жаловался, что очень хочет, чтобы Куран избавился от клыков, а ни один стоматолог этого сделать не может.
- Почему? – искренне удивился продюсер.
- Потому что не выживают, вот почему! Думаешь, бедному мальчику легко сдерживать свои инстинкты, бездушная ты скотина!?
Продюсер лишь тяжело вздохнул. Он привык к подобным психам ведущего:
- А что насчет… Тех двоих… Ну, как их зовут, забыл… Ну, короче, тех ребят – ушастого малого и того педофила с длинными светлыми волосами!?
Продюсеру не стоило этого говорить. После того, как он назвал Соби педофилом, на него тут же обрушился коронный удар ведущего – с ноги по промежности.
- Молчать, презренный! Не смотришь анимэ, тогда сиди тихонько и не высовывайся! Слууушай, – подозрительно протянул Зеро, – а не бросить бы мне и тебя в КП? Составишь компанию Кэтти-тян, нэ?
- НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!!
- Прости, поздно. Ребят! – обратился ведущий к секьюрити, – Товарища до КП не подбросите?
- Есть, Зеро-сама! – подхватив продюсера, ребята из охраны быстренько увели его по дороге в Камеру Пыток. В ушах еще долго стояла нецензурная брань, которая вырывалась из уст продюсера.
- Теперь, я точно главный! – сказал довольный своей работой ведущий. – Только нужно кое-кому позвонить.

-Алло, Темный Король Хомураби? Хома-тяян, это Зеро-кун! Да нормально, как сам? Не отвлекаю? Нет? Слушай, я хотел бы вернуть тебе книгу, которую ты мне дал. Ну эту – «Уроки лидерства для будущего захватчика мира от Хомураби». Да, именно! Нет, книгу «Тетрадь Смерти: инструкция по приминению» я еще не прочитал, так и скажи Лайту. Да, и передай Мураки, что мне очень понравился его подарок. Ага, и ему привет! Ну, ребят, вы довольны, что вас познакомили? Ну, тогда и я доволен! Но мне пора, созвонимся, ага. И я тебя целую. Развлекайтесь, мальчики! Бай.

Продолжение следует.