Глава двадцать первая

- Акира, вставай…
Фраза мягко, но неотвратимо проникает в сознание, окончательно прогоняя сон, но в теле по-прежнему остается такая сладкая истома, что не открывать глаза, ни уж тем более шевелиться совсем не хочется. Наугад слегка вскидываю руку, пальцы почти мгновенно находят уже привычную на ощупь ткань королевского одеяния и ненавязчиво тянут ее на себя в надежде, что ее обладатель так же следом склонится поближе и его можно будет обнять. Однако меня в моем плане постигает жестокое разочарование, поскольку Широгане мгновенно перехватывает мою руку за запястье и, хоть и ласково, но весьма ощутимо отдернув ее от себя, повторяет немного громче и уже с предупредительными нотками в голосе:
- Вставай, у нас мало времени. Я не терплю опозданий…
Неохотно открываю глаза, встречаюсь с ним чуть обиженным взглядом и, приподнявшись на локтях, со вздохом отвечаю:
- Тебе определенно нужно сделать хотя бы один день выходным.
Негромко фыркнув и нежно улыбнувшись уголками губ, первый Король Тени склоняется ближе и невесомым прикосновением целует меня в уголок губ. Мягкие, слегка влажные, должно быть после душа, волосы тонкими прядками проскальзывают по моим шее и плечам, заставляя слегка вздрогнуть всем телом от непреднамеренной ласки, но на этот раз я уже сам заглушаю очередной порыв прижать своего Короля к себе покрепче. Как бы ни хотелось это признавать, однако он явно предпочитает разграничивать время для работы и для отношений, хотя, возможно, так действительно будет правильнее…
Выпрямившись и поднимаясь с постели, на край которой он присел, чтобы меня разбудить, Широгане, уже к моему удивлению полностью одетый и собранный, произносит со слегка загадочной интонацией, тут же на середине фразы переходящей в деловую:
- Я подумаю над твоим предложением. А пока мне нужно спуститься в кабинет. Приводи себя в порядок, через полчаса ты должен быть на выходе из дворца.
Чуть приподняв бровь в знак удивления, на всякий случай уточняю:
- Хочешь, чтобы в этот раз я сопровождал тебя?
Раньше он этого никогда не просил. На все предыдущие встречи Королей Широгане ходил один, да и в целом не особо брал меня куда-либо с собой. Даже на тот рейд я пошел по требованию Хомураби…
Слегка пожав плечами и обернувшись уже у самых дверей, первый Король Тени неожиданно усмехается, лукаво прищурившись, и почти коварным голосом отвечает:
- Ну, помнится, ты сам просил перестать тебя баловать, отметая половину твоих обязанностей…
Пару раз моргнув, уже глядя на опустевшее пространство перед выходом из комнат и вслушиваясь в удаляющиеся шаги, внезапно чувствую, как губы сами расплываются в широкой улыбке, и, едва удержавшись от желания рассмеяться, откидываюсь обратно на подушки. Кажется, у Широгане неожиданно проснулось чисто синовское чувство юмора… Но его отличное настроение не может не радовать, хоть он и пытается из своего упрямства сделать вид, что почти ничего не изменилось. Эх, если бы только еще не было так лень вставать и куда-то идти…
Принять душ и одеться занимает немногим меньше двадцати минут. Уже выходя из спальни, случайным взглядом выцепляю на столике начатую вчера книгу и, решив, что вряд ли первый Король Тени будет против, забираю ее с собой. Пусть полежит пока в моей комнате, в свободное время обязательно дочитаю.
Проскочив по потайному коридору до собственной гостиной и оттуда уже по обычной лестнице вниз, оказываюсь на месте почти одновременно с Широгане. Заметив мое присутствие, он, не останавливаясь, сразу же выходит на дорожку, ведущую к барьеру, и мне не остается ничего другого, как послушно идти следом. Обернувшись на дворец через плечо, слегка недоуменно интересуюсь, памятуя, что собрание вроде как должно быть в полном составе:
- А где Хомураби?
- Он только что вернулся из мира людей. Минут через пять освободится…
- Так может подождать?
Замедлив шаг и с удивлением посмотрев на меня, Широгане несколько секунд молчит, словно я высказал что-то совершенно нелепое, а затем усмехается и, слегка покачав головой, отвечает с наставительной интонацией:
- Акира, мы соправители, а не близкие друзья, чтобы непременно ходить вместе. Если опоздает один из нас, это не страшно, но вот если мы оба опоздаем, это уже как минимум невежливо, тем более, что это я просил о собрании.
Мысленно прикинув ситуацию, понимаю, что, в общем-то, он прав. И хотя вряд ли его волнуют мнение Рюуко и вежливость как таковая, тем не менее, ожидание всегда портит настроение, а после недавнего инцидента хотелось бы избежать излишних причин для его повторения. Хотя, впрочем, я не думаю, что все пройдет хорошо и гладко. Пусть даже я взял обещание с первого Короля Света, а мой Король все еще чувствует в глубине души вину за случившееся, хоть и тщательно пытается это от меня скрывать, но от старых привычек трудно избавиться, а значит, встреча может начаться с чего угодно…
Медленно тяжело выдохнув и покосившись на открывшийся взгляду после перехода через барьер Дворец Света, негромко произношу, обращаясь скорее к самому себе:
- Да уж, не хотелось бы, чтобы вы снова поссорились на пустом месте.
Широгане едва заметно хмурится, чуть прикусив губу и, склонив голову так, что челка закрыла глаза, немного помедлив, отвечает почти шепотом:
- Прости, не могу ничего обещать…
Кинув взгляд по сторонам и удостоверившись, что никого вокруг нет, позволяю себе на мгновение взять его за руку и, ободряюще мягко сжав его ладонь в своей, ласково доверительно прошу:
- Но хотя бы попытайся…
Он слегка вздрагивает от прикосновения, но не отдергивается, лишь бросает на меня странный взгляд исподлобья, в котором так непривычно смешиваются надменность с пониманием. Очевидно, что разумом он воспринимает мои слова, но вот королевское эго не желает с этим мириться… Остается лишь надеяться, что оно не возьмет безоговорочно верх как только Рюуко снова скажет что-нибудь, что не вписывается в ожидания первого Короля Тени.
Коридор до зала совещаний навевает воспоминание о том, как не так уж и давно я вышел оттуда в обратном направлении фактически в новую жизнь. С тех пор я там больше не был. Выйдя из-за последнего поворота перед высокими резными дверями, мы неожиданно едва не сталкиваемся непосредственно с первым Королем Света и каким-то неизвестным мне реем, которому, судя по всему, только что отдавались какие-то приказания. Жестом отпустив последнего, Рюуко оборачивается к нам и слегка кивает, чуть улыбнувшись уголками губ:
- Доброе утро, – и уже переведя взгляд на непосредственно моего Короля, добавляет. – Ты, как всегда, предельно пунктуален.
Широгане, к моему удивлению, несколько секунд молчит, как-то подозрительно глядя на первого Короля Света, и лишь потом совершенно безэмоционально негромко отвечает:
- Доброе утро…
Я почти чувствую, как за эти несколько секунд молчания меняется атмосфера. У Рюуко непроизвольным движением дергается бровь, однако, все же пытаясь не показать подступающего раздражения, он коротко, лишь с легким недоумением в интонациях уточняет:
- Что?
- Ничего, – Широгане слегка пожимает плечами, и, окинув беглым взглядом первого Короля Света с головы до ног, словно неожиданно сомневаясь в его подлинности, чуть отрешенно поясняет. – Просто на моей памяти это первый раз, когда ты вдруг решил меня поприветствовать.
Осторожно перевожу взгляд с одного на другого, чувствуя одновременно изумление от услышанного и подступающее нехорошее предчувствие, что поругаются эти двое прямо в коридоре, даже не успев сесть за стол переговоров. И я бы рад был вмешаться, но неким шестым чувством понимаю, что Широгане этого не потерпит. Потому как в данном случае это будет откровенным неуважением с моей стороны. Да и Рюуко может рассердиться уже и на меня. Одно дело разговоры тет-а-тет, и совсем другое – подобная ситуация.
Первый Король Света сразу после произнесенной фразы пару раз моргает в легком, но явно искреннем изумлении, видимо сам впервые обратив на это внимание. Не удивлюсь даже, если единственной причиной для приветствия было мое присутствие рядом с Широгане, коль скоро уж мы с Рюуко в довольно неплохих неформальных взаимоотношениях. Однако в следующее мгновение он слегка надменно щурится, и уже чуть более резко произносит:
- Если тебя это настолько задевало, мог бы здороваться первым.
Не оставаясь в долгу, первый Король Тени презрительно фыркает и отвечает ему в тон:
- Можно подумать, если бы я это сделал, тебя бы совесть заела…
Впервые за долгое время вновь ощущаю то же чувство раздражения и злости, с каким в своем времени я имел привычку отправлять Широгане куда подальше и раздавать пинков Кенго. Не будь у меня объективной причины сдерживаться, я бы с удовольствием настучал по голове обоим. Ну не нравятся они друг другу, ну и ладно, но зачем же каждый раз друг друга провоцировать…
Медленно делаю глубокий вдох, хоть у одного здесь должен быть контроль над собой. В конце концов, если дойдет до ссоры как таковой, я буду вынужден вмешаться независимо от последствий. Внезапно Рюуко всего на долю секунды встречается со мной взглядом, а затем на короткое мгновение прикрывает глаза. Когда же он их снова открывает, я чувствую, как в груди волной тепла разливается облегчение. Совсем немного склонив голову на бок, он снова едва заметно улыбается и совершенно спокойно примирительно произносит:
- Ну, попытка ведь не пытка, разве нет?…
Широгане по инерции открывает рот, но тут же закрывает его обратно, уловив перемену в поведении первого Короля Света и, удивленно моргнув, пару мгновений смотрит на него во все глаза, явно не зная, как реагировать. Наконец, выдохнув чуть громче, он отводит взгляд в сторону и негромко отвечает:
- Может быть… – и, явно от греха подальше, стремительно проходит мимо Рюуко в зал совещаний, чтобы избежать дальнейшего личного разговора.
Вытираю тыльной стороной ладони внезапно вспотевший лоб, и с чуть виноватой улыбкой благодарно смотрю на первого Короля Света. Рюуко лишь насмешливо фыркает, скептически возводя взгляд к потолку и проходит следом за первым Королем Тени. В этот же момент в поле зрения возникают Хомураби и Рин, поприветствовав кивком головы обоих, я прохожу в зал следом за приближенной второго Короля Тени и пристраиваюсь рядом с ней у стены недалеко от входа, наблюдая, как все четверо соправителей садятся за круглый стол, и по возможности навостряя уши, чтобы иметь хотя бы некоторое представление о происходящем разговоре.
К сожалению, чтобы они там не обсуждали, они делают это достаточно тихо, и до меня долетают лишь отдельные слова, из которых суть практически не уловить. Остается просто смотреть на выражения их лиц и догадываться об всем по эмоциям. Удивительно, но первые минут двадцать проходят абсолютно спокойно. Пару раз в начале я снова замечаю у Широгане и Рюуко раздражение во взгляде, однако очевидно первый Король Света, помня о данном мне обещании, держит себя в руках, пытаясь найти способ нормально общаться, чем приводит моего Короля в состояние легкой растерянности, которое, в конечном итоге, так же вынуждает уходить от конфликта. Через некоторое время напряженность становится менее заметной и, похоже, успокоив таки собственные амбиции, они переходят непосредственно к проблеме, из-за которой здесь и собрались.
Однако, постепенно, как и следовало ожидать, обстановка все же накаляется. Речь становится громче и эмоциональнее, к ней добавляется жестикуляция и, судя по всему, даже при всем своем старании первые Короли не могут сойтись во мнениях. Хомураби периодически вступает в их оживленную дискуссию, явно пытаясь разрядить атмосферу, Шисуи же просто молчит, переводя усталый взгляд с одного на другого. По-моему, кроме приветствия, он вообще еще ни одного слова не проронил… В конце концов, Рюуко все-таки не выдерживает и, звонко ударив ладонью по столу, категорично заявляет так, что я, наконец, слышу всю фразу целиком:
- Хватит. Я не дам тебе своего согласия. Это плохая идея и я тебе уже объяснил почему.
Бросив взгляд на Широгане, вижу, как он, скрестив руки на груди, с силой вцепляется пальцами в ткань одежды и стискивает зубы, явно из последних сил пытаясь не сорваться. Видимо, оценив его состояние, уже переходящее границу адекватности, второй Король Тени поспешно вновь присоединяется к разговору, отвлекая внимание Рюуко на себя:
- Если с этим не сможет справиться Широгане, еще не значит, что идея плохая. У тебя нет причин отказывать в ее исполнении мне.
Фыркнув и чуть подавшись вперед, облокачиваясь на столешницу, первый Король Света отвечает слегка скептически, намерено выделяя слова:
- Вообще-то есть. Это не входит в твою компетенцию.
Нахмурившись, Хомураби продолжает уже чуть громче и, к моему удивлению, с неожиданно едкой интонацией:
- Это экстренная мера, и разговор о компетенциях здесь неуместен, если, конечно, у тебя нет предложений получше.
Шумно выдохнув и нервно закусив губу, Рюуко на несколько мгновений прикрывает глаза, давая себе время успокоиться и подумать. Мягко постукивающие по столешнице пальцы выдают сильную взволнованность. Второй Король Тени терпеливо ждет, пристально наблюдая, Широгане, пару раз кинув на него внимательный взгляд, слегка успокаивается, видимо все же решив принять внеплановую помощь.
Наконец, первый Король Света выпрямляется, откидываясь на спинку кресла и глядя Хомураби прямо в глаза, уже спокойно и неторопливо, но проникновенно произносит:
- Я надеюсь, ты достаточно осознанно принимаешь такое решение.
- Разумеется. Не только Широгане пришел к заключению, что на данный момент это единственный вариант.
Чуть помедлив, первый Король Света продолжает несколько иронично:
- И тебя не беспокоит рискованность такого шага?
Слегка надменно приподняв бровь, Хомураби с усмешкой отвечает:
- Тебя это настолько удивляет?
Прищурившись, Рюуко парирует с уже откровенным раздражением:
- Меня удивляет твоя настойчивость. У такого стремления должен быть повод.
Рывком поднявшись и уперевшись ладонями в стол, чуть наклонившись вперед в порыве гнева, Широгане отрывисто произносит на грани выкрика:
- Рюуко, это уже оскорбление!
- Успокойся! – подскочив следом за ним, первый Король Света отвечает почти на тех же тонах, яростно сверкая глазами. – Речь не о моем личном недоверии. Но он практически в равной с тобой степени управляет Королевством Тени. И если что-то пойдет не так, то проблемы в первую очередь будут у тебя! Если тебе на это наплевать, так позволь хотя бы мне за тебя подумать!
Широгане уже второй раз за сегодня впадает в легкую прострацию, приоткрыв рот, но так и не произнося ни звука, неожиданно в полной мере осознав сказанное и поглядывая теперь на Рюуко с осторожностью, словно на подозреваемого в помешательстве. Хомураби слегка насмешливо смотрит на обоих снизу вверх, положив голову на сцепленные кисти рук и, кажется, едва сдерживается, чтоб не присвистнуть. До самого Рюуко тоже постепенно начинает доходить, что его слова прозвучали несколько странно. Явно смутившись, он опускается обратно в кресло и, устало потерев лоб пальцами, негромко договаривает, обращаясь к первому Королю Тени:
- Сядь, пожалуйста…
Слегка фыркнув, Широгане тоже садится обратно, и, снова сложив руки на груди, слегка отворачивается в сторону со странным выражением лица. На несколько мгновений воцаряется неловкое молчание… Однако, видимо окончательно успокоившись и вновь собравшись с мыслями, первый Король Тени все-таки продолжает разговор, теперь уже негромко, так что я едва его слышу, и с примирительными нотками в интонациях:
- Как бы там ни было, я знаю Хомураби лучше тебя. Он не стал бы браться за то, что ему не по силам, и уж тем более он не стал бы делать этого из личной выгоды, – и, чуть помедлив и прикрыв глаза, он добавляет с тяжелым вздохом. – Я не хочу, чтобы это приходилось делать ему, но вынужден признать, что в отношении меня ты прав – прямо сейчас я не в том состоянии, чтобы совершать что-то подобное. Так разреши хотя бы ему…
Хомураби едва заметно мягко улыбается уголками губ и чуть опускает голову, видимо все же слегка смущенный той теплотой, с которой Широгане о нем отозвался. Рюуко же, напротив, вскидывает на моего Короля изумленный взгляд, видимо не в состоянии поверить, что он услышал от него сочетание слов «ты прав» по отношению к своей персоне. А затем, обреченно прикрыв глаза, шумно выдыхает и устало произносит:
- Ладно, черт с вами, я разрешаю привлечение дополнительной тьмы под ваш контроль, но только до тех пор, пока мы не найдем другого решения.
Оба Короля Тени синхронно кивают и на этом собрание заканчивается. Плавно оттолкнувшись от стены вслед за Рин, неторопливо прохожу обратно к дверям, и, остановившись, чтобы пропустить вперед Широгане и Хомураби, вполголоса что-то обсуждающих между собой, незаметно чуть оборачиваюсь через плечо, находя взглядом оставшихся на местах Королей Света. Рюуко все еще сидит с закрытыми глазами, очевидно обдумывая возможные последствия принятого решения… Но я буквально вздрагиваю, переведя взгляд на Шисуи и уловив всего на пару секунд, как пристально и обжигающе холодно золотистые глаза смотрят вслед выходящему из зала второму Королю Тени. Если бы это не был второй Король Света… я бы с уверенностью сказал, что только что видел откровенную ярость…

Глава двадцатая

Однако, как бы ни было любопытно узнать, что ответит Хомураби, когда я передам ему письмо от Шисуи, сначала я должен встретиться с Широгане и отчитаться о договоренности с Рюуко. Работа есть работа… Тем более, что первую половину дня я итак пропустил из-за тренировки. И хоть Романд и сказал, что лично получил от первого Короля Тени согласие на это мероприятие, все равно мне было немного неловко за то, что я не спросил его об этом сам. Я и не предполагал, что это займет так много времени…
Войдя в кабинет, не дожидаясь ответа на стук, едва не сталкиваюсь лоб в лоб со своим Королем, который, очевидно, напротив, собирался уходить. Рефлекторно отдернувшись на шаг назад, Широгане мгновение молча смотрит на меня, видимо слегка растерявшись от неожиданности, а затем все же улыбается уголками губ и негромко произносит:
- Ты вовремя, минут через пять ты бы меня уже не застал.
Виновато улыбаюсь в ответ, молчаливым жестом извиняясь за свое отсутствие.
- Рюуко сказал, что, поскольку это срочно, он организует собрание уже завтра, в то же время, что и в прошлый раз.
- Прекрасно. Чем быстрее, тем лучше…
Чуть помедлив и окинув первого Короля Тени внимательным взглядом, все же решаю спросить:
- Мне тебя сопровождать сейчас?
Отведя взгляд в сторону и на пару секунд задумавшись, Широгане все же отрицательно качает головой:
- Нет, не стоит, – и, обернувшись обратно и сделав неопределенный жест рукой в сторону своего стола, добавляет. – Но я буду рад, если ты закончишь с теми бумагами, которые я не успел разобрать.
Жаль… Я хотел хотя бы сегодня провести с ним больше времени. Но ничего не остается, кроме как кивнуть, обещая закончить работу. С другой стороны, лучше реальная помощь, чем просто сам факт наличия моей компании.
Не в силах отказать себе в желании хотя бы раз прикоснуться к нему впервые за сегодня прежде, чем снова остаться одному, мягко приобнимаю его за плечи и ненавязчиво прижимаю к себе. Широгане прослеживает за моими движениями странным, слегка неуверенным взглядом, но не сопротивляется, хотя и не отвечает.
Понизив голос почти до шепота, ненавязчиво интересуюсь, мягко и невесомо проскальзывая губами по его щеке:
- И когда ты вернешься?…
- Поздно, как и вчера… – но в тот момент, когда я уже хотел было поцеловать его, Широгане внезапно вскидывает руку, накрывая мои губы пальцами и не позволяя прикоснуться, слегка прищуривается и тихо, но твердо добавляет. – Акира, не сейчас…
Подавляю рвущийся из груди вздох. Похоже, когда он сам не хочет, лучше его не трогать… На мгновение чуть сильнее прижимаюсь к его руке, прикрывая глаза в знак того, что я все понял, и отстраняюсь, выпуская его из объятий. Помолчав несколько секунд, созерцая меня все тем же пристальным взглядом, Широгане едва заметно хмурится, прикусив губу, а затем внезапно уже другим, ласковым голосом, немного неуверенно предлагает:
- Если хочешь, можешь дождаться меня в моих комнатах…
- В твоих комнатах? – чуть приподнимаю бровь в удивлении. – И как же я туда без тебя попаду?
Слегка пожав плечами, первый Король Тени отвечает с совершенно невозмутимым видом:
- Ты можешь пройти туда из своей собственной гостиной, – и лукаво улыбнувшись, добавляет с оттенком скептизма. – Не поверю, что ты до сих пор не нашел ту дверь за гобеленами.
Ласково усмехаюсь в ответ. Ну еще бы, я в первый же день обыскал обе комнаты на предмет интересностей…
- Там был тупик…
- Потому что коридор был закрыт магией теней, – и, немного помедлив, Широгане добавляет, чуть смущенно отведя взгляд в сторону. – Но теперь я тебе доверяю…
Слегка прищурившись с деланной подозрительностью, произношу, чуть растягивая слова:
- И что, во всех комнатах приближенных есть такая дверь, чтобы попасть в королевские покои?
Улыбнувшись в этот раз открыто, первый Король Тени отвечает мне в тон:
- И не только, здесь по всему дворцу очень много скрытых коридоров и помещений. И оба Короля могут открывать и закрывать их на свое усмотрение, – и, не удержавшись от смешка при взгляде на мое искренне изумленное лицо, договаривает, слегка качая головой, словно поражаясь моей наивности. – Не делай вид, что ты крайне удивлен, ты же прекрасно понимаешь, зачем нужны такие вещи…
Чуть помедлив, с недоверием в голосе предполагаю:
- Значит, отношения между Королями и приближенными не такая уж и редкость?
Прикрыв глаза и тяжело вздохнув со снисходительной улыбкой, Широгане отвечает наставительным тоном:
- Вообще-то я имел в виду безопасность с точки зрения возможностей шпионажа и необходимости оставаться незамеченным… Но в нашем с тобой случае это тоже неплохо. Не стоит о наших отношениях знать тем, кому об этом знать не положено. А если ты будешь каждый вечер в открытую приходить в мои комнаты, это быстро разойдется по всему Королевству.
- Ясно. Что ж, по крайней мере, теперь понятно, как попадали в мои комнаты послания, пока я спал…
Слегка кивнув в подтверждение моих слов, первый Король Тени с легким беспокойством кидает взгляд на настенные часы и уже безапелляционно прощается, проходя мимо меня к дверям:
- Мне нужно идти… Увидимся вечером.
Еще пару секунд за стеной раздаются звуки удаляющихся шагов, и кабинет погружается в тишину. Пройдя к рабочему столу и оценив количество ожидающих меня документов, прихожу к выводу, что работы всего на час, не больше, а времени у меня еще предостаточно. А значит, можно сперва и заглянуть ко второму Королю Тени.
Прежде чем выйти в коридор, ради интереса решаю воспользоваться приобретенным сегодня утром опытом и попробовать узнать, один ли Хомураби сейчас или же нет. Сконцентрироваться получается не сразу, но все же получается, и я некоторое время с удивлением прислушиваюсь к новому ощущению того, какой чувствуется его тьма, и как почти незаметно глубоко внутри меня на его присутствие откликается совсем крошечная частичка подаренной силы. По счастью, рядом с ним действительно никого нет. Очевидно, Рин отправилась куда-то по делам… А значит, я могу выполнить поручение второго Короля Света.
Получив на короткий стук в дверь разрешение войти, осторожно проскальзываю в комнату, внутренне буквально сгорая от любопытства. Хомураби стоит возле своего стола, прислонившись к нему спиной, и бегло пролистывает стопку испещренных мелким почерком бумаг, видимо пытаясь отыскать что-то конкретное. Не поднимая головы, он в качестве приветствия делает короткий взмах рукой и слегка заинтересованно произносит:
- Что-то случилось?
Пожимаю плечами, чуть усмехнувшись в ответ:
- А почему обязательно должно что-то случиться?
- Потому что просто так ты никогда не заходишь, пока тебя не позовут, – и, отложив, наконец, документы на стол, вскинув на меня взгляд и скрестив руки на груди, второй Король Тени улыбается и добавляет с долей заинтригованности. – Итак?…
Подхожу ближе, доставая из внутреннего кармана свиток и протягивая его адресату:
- Я сегодня был во Дворце Света по поручению Широгане и случайно встретился с Шисуи. Он просил передать тебе вот это…
Исходя хотя бы из элементарной логики возможных отношений, я ожидал увидеть если не радость и удивление, то хотя бы интерес. Но единственным, что изменилось в лице Хомураби, была улыбка, из искренней вдруг превратившаяся в натянутую. Смерив меня странным, слегка задумчивым взглядом, он все же неторопливо забирает у меня послание и, посозерцав пару мгновений личную печать Шисуи на бумаге, спокойно откладывает его на стол, явно не собираясь сразу же читать, как будто и так уже зная, о чем там написано.
- Ясно… Это все?
Признаться, я слегка обескуражен… Никаких эмоций. Вообще. Если в тот раз у фонтана и затем при разговоре, когда я рассказал о ночных прогулках второго Короля Света, у него от одного лишь упоминания о возлюбленном горели глаза, то сейчас… ничего. А ведь вроде бы все начиналось вполне хорошо… Во всяком случае, сразу после их первой личной встречи, Хомураби не выглядел разочарованным, скорее наоборот. Что же произошло?…
Чуть помедлив, все же осторожно доверительно произношу, встретившись с ним прямым взглядом:
- Все в порядке?…
Медленно выдохнув и прикрыв глаза, второй Король Тени несколько мгновений молчит, но затем все же кивает и, снова скользнув уже более теплым взглядом по свитку, мягко отвечает:
- Раз уж он все-таки решился написать, полагаю да, теперь все в порядке.
Ну, уже хоть что-то… Может, просто поссорились? Мало ли, ведь всякое бывает. Улыбнувшись уголками губ, ненавязчиво предлагаю, чуть приблизившись еще на шаг:
- Если вдруг захочешь поговорить, я…
- Я знаю, – Хомураби так же мягко перебивает меня, улыбаясь в ответ на этот раз снова искренне, и благодарным жестом положив руку мне на плечо, добавляет. – Не стоит принимать все, что ты видишь, близко к сердцу. Все совершают ошибки и у каждого они свои… Но спасибо за то, что тебе не все равно.
Что ж, видимо, что бы у них там ни было, разговаривать об этом он сейчас не хочет. Или не считает нужным. А раз так, делать мне тут больше нечего, и, коротко попрощавшись кивком головы, я возвращаюсь в кабинет Широгане. Должен признать, теперь меня терзают не только интерес, но и смутные сомнения по поводу взаимоотношений вторых Королей. В конце концов, это я подтолкнул Хомураби к тому, чтобы встретится с Шисуи с намерением завязать реальные отношения, не ограниченные рамками мечты. Но что если было лучше не делать этого?…
Убив на размышления приличное количество времени и перебрав множество вариантов объяснения происходящему, я, в конце концов, вынужден признать, что, в любом случае, они взрослые и сами разберутся с подобного рода проблемами. А мне бы в собственной личной жизни разобраться… Сейчас-то, конечно, все хорошо, но еще совсем недавно едва не стало очень плохо. Так что не стоит лезть в чужую любовь, пока не просят…
Работа заканчивается даже быстрее, чем я думал. Все разложив по местам, покидаю кабинет и возвращаюсь к себе, с каждым шагом чувствуя нарастающее предвкушение – мне не терпится проверить слова Широгане о потайных коридорах. С тех пор, как впервые обнаружилась та маленькая дверь за гобеленами, больше я ее не открывал. Как-то позабыл, да и смысла не видел, все равно ведь там ничего не было… Но сейчас, с затаенным дыханием вновь отодвинув замаскированную узкую панель, я вместо глухой стены с удивлением и долей восторга обнаруживаю уходящее в темноту неизведанное пространство, чуть мерцающее странным серебристым отблеском по периметру. Помедлив пару мгновений, я все же решаюсь сделать шаг в неизвестность, и стоит мне покинуть комнату, как дверь почти беззвучно встает на место, но прежде чем я успеваю испугаться, впереди вспыхивают свечи, освещая узкий коридор, отделанный тем же орнаментом, что и все остальные переходы во дворце. Несмело делаю еще несколько шагов, но ничего из ряда вон выходящего не происходит, и уже увереннее я направляюсь дальше. Коридор плавно поворачивает и упирается в развилку с двумя лестницами, крутым подъемом уходящие вверх в противоположных направлениях. Остановившись и чуть внимательнее осмотревшись, замечаю у основания первых ступеней, над самым полом гравировку королевских знаков отличия. Ну, слава богу – не хотелось бы так ошибиться и случайно зайти в комнаты второго Короля Тени. Вряд ли он, конечно, сильно расстроится, но, тем не менее, это личное пространство…
Наверху коридор снова пару раз петляет и, наконец, упирается в такую же узкую дверь, что и внизу. Помедлив, осторожно толкаю ее, и как только она проскальзывает вдоль стены, свечи за моей спиной тут же гаснут, на мгновение погружая меня в темноту. С этой стороны выход так же скрыт за тяжелой непроницаемой тканью, и лишь сделав несколько шагов в сторону и на ощупь найдя неприкрепленный к стене край гобелена, я, наконец, выбираюсь на свет. Быстрым взглядом скользнув по сторонам, понимаю, что я и в самом деле в комнатах Широгане, а именно в гостиной. Оглянувшись, осматриваю место, откуда я, собственно, только что вышел, запоминая расположение на случай, если возвращаться придется тем же способом. А скорее всего, так и будет…
Кинув взгляд на настенные часы и припомнив, во сколько примерно вчера вернулся первый Король Тени, прихожу к выводу, что времени на ожидание еще достаточно много. Неторопливо обхожу комнаты, теперь уже более внимательно и детально изучая все, что здесь есть. В предыдущие два раза, когда я приходил сюда, было не до этого, а между тем мне хочется узнать Широгане как можно лучше, и личные вещи могут рассказать о многом… В конце концов, он бы не разрешил мне находится здесь в его отсутствие, если бы действительно не хотел, чтобы я что-то нашел или увидел…
Зацепившись взглядом за несколько книг на полках в спальне, беру одну из них в руки и ради интереса пробегаю взглядом первые страницы. Исторический роман… Надо полагать, хороший, раз удостоился места именно здесь, а не в библиотеке. Что ж, делать все равно особо нечего, а так хоть время пролетит быстрее. Усевшись прямо на пол и оперевшись спиной о стену, погружаюсь в чтение, и уже через несколько минут даже забываю о реальности – настолько неожиданно увлекательно становится познавать этот мир и его историю через страницы литературного произведения. Основы, причины и следствия, принципы морали и многое из того, что все еще вызывало у меня вопросы… Когда до моих ушей, наконец, долетает легкий шум из соседней комнаты, возвещающий о возвращении моего Короля, я даже чувствую легкое разочарование от того, что мне придется прерваться до следующего раза.
Замерев на пару секунд в дверном проеме, Широгане мягко и чуть устало улыбается, окидывая меня скептическим взглядом, без слов вопрошающим что-то вроде «а кроме как на полу ты нигде не мог устроится?»… Захлопнув книгу, так же безмолвно с улыбкой развожу руками, не видя причины, по которой пол был бы хуже любого другого места. Увидев обложку, первый Король Тени ласково усмехается и, подойдя ближе и прислонившись к стене, нависая надо мной сверху, произносит с немного странной интонацией, в которой проскальзывают ностальгические нотки:
- Я был почти уверен, что, если дойдет до книг, ты выберешь именно эту…
Окинув коротким взглядом корешок с названием и книжную полку, где было еще порядка двадцати почти таких же томов, заинтересованно и немного недоуменно уточняю:
- Это почему же?
К моему удивлению, Широгане лишь пожимает плечами:
- Не знаю… Но в свое время я тоже взял ее в руки скорее инстинктивно, нежели из содержательности.
Да уж, веская причина… Но, так или иначе, ожидания, как ни странно, оправдались. Если подумать, я тоже не знаю, почему взял именно эту книгу, а не какую-нибудь другую. Просто рука сама собой потянулась…
- Я прочел пока только первые пять глав, там в большинстве своем описания эпохи, событий и менталитета. До развертывания сюжета еще не дошло…
Ненадолго задумавшись, словно припоминая в деталях всю фабулу произведения, первый Король Тени чуть отстраненно произносит с одновременным сочетанием в голосе теплоты и недовольства:
- Ну, в целом сюжет интересный. Только не принимай его на веру. Хоть здесь и написано, что это роман исторический, это больше похоже на сказку, лишь в некоторых вещах соотносящуюся с когда-то реально произошедшими событиями.
Слегка запрокинув голову, чтобы лучше видеть его лицо, приподнимаю бровь в знак удивления и, чуть усмехнувшись, продолжаю допытываться:
- И о чем же тогда эта «сказка»?
Всего на долю секунды я улавливаю в голубых глазах какое-то странное чувство, которого никогда прежде не видел, но оно исчезает прежде, чем я успеваю понять, что это, и сменяется уже привычным скептизмом с оттенком надменности. Возведя взгляд к потолку, Широгане отвечает с презрительными нотками пафоса, намеренно растягивая слова:
- О прекрасной любви первых Королей, живших задолго до наших дней.
Замерев на мгновение на вдохе, я почти против воли прищуриваюсь, вглядываясь в его выражение лица, и осторожно негромко интересуюсь:
- И почему ты уверен, что это не может быть правдой?…
Фыркнув с легкой усмешкой, первый Король Тени слегка качает головой и отвечает, плавно наклоняясь и легким движением забирая книгу из моих рук:
- Не верю, что настолько разные личности могут быть счастливы вместе. К тому же, это постоянный выбор между чувствами и долгом. И концовка книги отнюдь не в пользу первых…
- Жаль… – и мне ничего не остается, кроме как тоже, наконец, подняться с пола.
С едва заметным пренебрежением роман отправляется в короткий полет на прикроватный столик. Странно, что он вообще делает в этой комнате при таком отношении к нему хозяина… Однако, видимо, все же была причина, по которой эта книга вошла в личную коллекцию. И от этого любопытство к ней только повышается – определенно, стоит прочесть ее всю…
Впрочем, все посторонние мысли все равно вылетают из головы, как только руки Широгане мягко обнимают меня за шею, притягивая ближе. Остается только одна, бьющаяся в голове в такт ударам сердца, – сейчас, в отличие от встречи днем в кабинете, он хочет моего внимания… Ладони сами собой обхватывают его талию, замерев на мгновение от все еще трепетного восприятия сознанием того факта, что я теперь могу держать его в своих руках, а затем с силой проскальзывают по спине к плечам, прижимая еще крепче к моему собственному телу. Шумный выдох согревает на мгновение нежную кожу на щеке, глаза невольно закрываются от чувственного удовольствия близости, и чуть склонив голову, я почти мгновенно нахожу его губы своими, целуя сперва совсем мягко и осторожно, но с каждым следующим соприкосновением все глубже и настойчивее, продолжая ласкать его руками сквозь ткань одежды.
Ощущение того, как тонкие пальцы зарываются в мои волосы, заставляет вздрогнуть всем телом. Со вновь закипающей глубоко внутри неистовой страстью прижимаю Широгане к стене, он коротко тихо постанывает в такт моим прикосновениям, грациозно прогибаясь навстречу и каждым движением вызывая обжигающую волну возбуждения, замирающую сладкой ноющей тяжестью внизу живота. И я едва сдерживаюсь от почти рефлекторного желания подхватить его на руки под бедра, чтобы почувствовать, как стройные ноги обнимают мою талию, и дать ему в полной мере понять, насколько сильно я хочу обладать им…
В тот момент, когда он уже начинает, как и в прошлый раз, дрожать всем телом под натиском эмоций и ощущений, я все же заставляю себя разорвать поцелуй и, прислонившись лбом к его плечу, стараюсь хоть немного унять частое дыхание и безумный ритм сердца. Он ведь просил дать ему больше времени… Но с каждым разом мне все сложнее сдерживаться… Усилием воли разжимаю объятия и, чуть отстранившись, упираясь ладонями в стену по обе стороны от него, немного хрипло произношу на выдохе, с трудом совладав с подрагивающим голосом:
- Уже поздно, и завтра собрание… Я…
Но прежде, чем я успеваю тактично обойти проблему с намерением уйти от сложившейся ситуации, Широгане сам коротко припадает к моим губам, не позволяя мне продолжить, а затем прижимается к моей груди, спрятав лицо, и, стиснув пальцами ткань моей рубашки, тихо выдыхает:
- Останься…
В первый момент это короткое слово буквально парализует… И лишь мгновение спустя я все же решаюсь на короткий судорожный вдох, одновременно с этим, наконец, в полной мере осознавая значение сказанного. В глазах на мгновение темнеет, и фантазия услужливо подкидывает взбудораженному сознанию красочные картины дальнейшего развития событий, отчего снова становится трудно дышать. Нервно сглотнув и чувствуя, как по венам разливается адреналин, тихо произношу, выделяя каждое слово:
- Широгане, я могу не сдержаться…
Чуть помедлив, он поднимает голову и, встретившись со мной потемневшим взглядом, так же тихо отвечает:
- Я знаю… – и, в следующее же мгновение слегка отвернувшись в сторону, продолжает чуть громче, то и дело облизывая губы от волнения. – После твоего ухода вчера я долго не мог уснуть и думал о наших отношениях и обо всем произошедшем. И понял для себя, что ждать и дальше просто бессмысленно. Я всегда был решителен во всем, что касалось моего долга, но как только доходит до личной жизни, я теряюсь, как ребенок, и, боясь допустить ошибку, пытаюсь как и во всем остальном, просчитать все до мелочей наперед… Но с чувствами так не бывает, и за эти несколько дней с тобой я ощутил это как никогда остро. Я устал от собственной нерешительности. Я хочу научиться жить настоящим и не жалеть о своих поступках… – и, усмехнувшись уголками губ, Широгане добавляет с какой-то особенной ласковой интонацией. – Как ты и сказал тогда, я должен перестать сам себя лишать той жизни, которой мне бы хотелось жить…
Чувствуя, как сладко замирает сердце от его признания, медленно протягиваю руку к его лицу и, трепетно погладив по щеке кончиками пальцев, затаив дыхание, осторожно произношу, внимательно вглядываясь в полуприкрытые дрожащими ресницами голубые глаза:
- Уверен?…
Коротко вскинув на меня взгляд, он чуть заметно качает головой и мягко отвечает, улыбнувшись уже более открыто:
- Нет. Как я могу быть уверен в чем-то подобном, если даже не знаю, на что это похоже… – и, слегка подавшись вперед и потеревшись, словно кошка, о мою ладонь, невесомо задевая запястье губами, он добавляет, прикрывая глаза и вновь опуская голос до шепота: – Но я так и не узнаю, если не попробую…
Несколько секунд я просто стою и смотрю на своего Короля, чувствуя лишь беспредельную нежность и разливающееся в груди тепло… А потом словно кто-то свыше отключает всю мою разумную сущность, оставляя меня один на один с откровенным желанием и дикой страстью, которым я проигрываю почти в то же мгновение. Плавно притянув Широгане за талию, впиваюсь в его губы сильным, почти требовательным поцелуем, глубоким и безудержным, позволяя себе, наконец, окончательно и бесповоротно сойти с ума от вкуса его кожи и запаха его волос, и порывисто лаская его руками, чувственно проходясь пальцами вдоль позвоночника, впиваясь ногтями в плечи сквозь одежду и ощущая всем телом, что он отвечает мне тем же безумством предвкушения, смешавшимся со страхом перед неизведанным в лихорадочной дрожи и судорожных всхлипах, срывающихся с губ в такт каждому прикосновению. Он действительно хочет этого так же, как и я, и сегодня он впервые позволяет мне это увидеть… И желание от этого разгорается еще сильнее…
В этот раз пальцы срывают застежки с королевского одеяния еще до того, как в голове окончательно оформляется сама мысль об этом. Отпустив уже припухшие губы первого Короля Тени, спускаюсь влажными горячими поцелуями на шею, продолжая расстегивать последние пуговицы и стягивать одежду с подрагивающих плеч, одновременно с этим короткими, незаметными шагами подталкивая Широгане к кровати. Он судорожно хватает ртом воздух, то и дело вновь срываясь на тихие беспорядочные стоны и почти задыхаясь в моих руках от непередаваемых ощущений, впервые испытывая их в полную силу, без сдержанности и скованности, принимая открыто всю мою ласку и страсть и отзываясь на них каждой клеточкой своего тела. Дрожащие тонкие пальцы путаются в моих волосах, царапают плечи, соскользнув на грудь, лихорадочно пытаются расстегнуть жилет и рубашку… Королевское одеяние плавно падает на пол к ногам, наконец, полностью раскрывая мне тело моего Короля до линии бедер, скрытых под облегающими черными брюками. Из груди вырывается восторженный вздох, на мгновение я замираю, зачарованным взглядом скользя по восхитительно белой нежной коже и совершенным линиям… Боже, как же он все-таки красив!… Широгане под моим пристальным откровенным взглядом стыдливо краснеет, и, опустив голову и отдернув от меня руки, инстинктивно пытается прикрыться, обхватывая себя за плечи. И это возбуждает до умопомрачения…
Сделав еще один шаг, слегка толкаю первого Короля Тени своим телом, прижимая его вплотную к кровати. Не удержав от неожиданности равновесия, он с шумным выдохом падает спиной на постель, успев лишь подставить локти для опоры и, судорожно сглотнув и тяжело дыша, смотрит на меня снизу вверх слегка напуганным и в тоже время полным затаенного вожделения взглядом. Отмеренным движением расстегнув оставшиеся нетронутыми им застежки, срываю с себя рубашку сразу вместе с жилетом, чуть отстраненно наблюдая, как в потемневших голубых глазах отражается потрясающий коктейль восхищения, предвкушения и невольного трепета перед ранее запретным искушением, к которому теперь, наконец, можно прикоснуться. Наверное, мои собственные глаза отражают сейчас тоже самое…
Оперевшись коленом о постель между его ног, нависаю сверху, вновь припадая к его губам и мягко обнимая одной рукой за плечи, поглаживая нежную кожу кончиками пальцев. Полностью ложась на прохладные простыни и увлекая меня за собою, Широгане беспорядочными движениями гладит мою спину, изредка с силой царапая ногтями, когда мои поцелуи становятся чересчур агрессивными. Скользнув губами по щеке, оставляя влажную невесомую дорожку прикосновений дыханием, слегка прихватываю осторожным укусом тонкую мочку ушка, вырывая из груди первого Короля Тени сладкий судорожный вздох, сопровождающийся волной мелкой дрожи по всему телу. Вновь покрываю поцелуями его шею и плечи, на этот раз уже не сдерживаясь и беззастенчиво оставляя яркие следы своей страсти, мгновенно расцветающие под короткие чувственные стоны и срывающееся дыхание. Чем дальше и ниже спускаются мои губы и руки, не переставая самозабвенно дарить удовольствие, тем сильнее и чаще он содрогается всем телом подо мной от неизведанной прежде откровенной ласки, прогибаясь мне навстречу в желании как можно большего соприкосновения, лихорадочно теребя пряди моих волос и неконтролируемым движением сжимая мои бедра коленями.
Меня уже и самого начинает трясти от предельного возбуждения, терпкое тепло накатывает обжигающими волнами, разливаясь до самых кончиков пальцев вместе с томительной слабостью. Становится жарко, дыхание буквально опаляет легкие, и голова кружится от умопомрачительного аромата девственного тела в моих руках… Бездумно вырисовывая губами и языком узоры на подрагивающем животе, соскальзываю пальцами ниже пояса, торопливо пытаясь расстегнуть пряжку ремня и молнию. Видимо, даже осторожные прикосновения сквозь ткань ощущаются уже слишком остро – Широгане хрипло вскрикивает при каждом движении моей руки, запрокинув голову, с силой кусая губы и невольно каждый раз подаваясь бедрами вверх в попытке прижаться к моей ладони. Наконец, с легким звоном застежки расходятся в стороны, и, неимоверным усилием воли заставив себя отстраниться, я медленно, почти затаив дыхание, стягиваю с него последнюю одежду, чувствуя как все неистовее бьется сердце в груди с каждым миллиметром открывающейся моим глазам неприкрытой и никем невиданной прежде красоты его обнаженного тела.
Стыдливо зажмурившись и покраснев еще ярче, хотя, казалось бы, куда уж еще, Широгане отворачивается, пряча лицо в сгибе локтя и судорожно комкая пальцами тонкие простыни вместе с прядями разметавшихся по постели серебряных волос. Мягко подхватив его ноги под колени прежде, чем он успевает рефлекторно свести их вместе, осторожно предотвращаю его попытку закрыться и, не давая ни ему, ни себе самому времени опомниться, склоняюсь ниже в стремлении доставить своему Королю самое сладкое и чувственное наслаждение, на которое я только способен. Наверное, будь я еще в состоянии адекватно мыслить, я бы хотя бы задумался над тем, что даже понятия не имею, как именно это делается… Но прямо сейчас я мог лишь бездумно инстинктивно делать то, на что меня толкали обезумевшая страсть и безграничная любовь, содрогаясь всем телом с каждым рваным стоном с придыханием, срывающимся с губ первого Короля Тени, и едва удерживая его от уже неконтролируемого всплеска эмоций, заставляющего порывисто метаться по всей постели, резкими сильными движениями выгибаясь навстречу удовольствию и с силой вцепляясь подрагивающими пальцами в мои волосы, забывшись в предоргазменной судороге и царапая кожу острыми ногтями.
Боль от собственной неудовлетворенности становится уже почти нестерпимой, в глазах все затуманивается, и, понимая, что я и сам уже на последней грани перед экстазом, но не желая отрываться от ласки, доставляющей Широгане такое блаженство, дрожащей рукой расстегиваю молнию на собственных брюках, и проскальзываю ладонью под тонкую ткань, чувствуя, как от прикосновения по телу прокатывается непередаваемо сладкая дрожь… Оргазм накрывает одновременно сумасшедшей волной, и на следующие несколько мгновений я просто выпадаю из реальности…
Когда дыхание, наконец, хоть немного выравнивается, и эйфория плавно сходит на нет, я все же нахожу в себе силы приподняться и, избавившись уже от остатков одежды, вытянуться рядом с первым Королем Тени, мягко прижимая его к себе. Он все еще тихо, едва различимо постанывает, приходя в себя, и послушно льнет ко мне, пряча лицо на моей груди. Однако, спустя несколько секунд внезапно чуть отстраняется и, слегка недоумевающим взглядом скользнув по моему телу и нахмурившись, увидев следы мутновато-белых капель на моей руке, произносит со странной интонацией, словно не зная, как к этому отнестись:
- Зачем ты… Я же сказал, что согласен на все…
Коротко поцеловав Широгане в плечо, негромко отвечаю, притягивая его обратно:
- Я хотел, чтобы в твой первый раз было только удовольствие…
Чуть надменно фыркнув, он с легким возмущением в интонациях шепчет в миллиметре от моих губ:
- Глупость какая… – но, прежде чем он прикрывает глаза, нежно целуя меня, я улавливаю в них теплую признательность за столь бережное отношение к его чувствам.
Лениво скользнув под покрывало и утянув меня следом, он снова прижимается ко мне, коротко поглаживая мое тело кончиками пальцев. Крепко обнимаю его, невесомо целуя пряди волос, и, чуть помедлив, все же тихо выдыхаю, прижавшись губами к виску:
- Я люблю тебя…
Широгане на мгновение замирает, осторожно глядя на меня из-под ресниц, но затем чувственно и чуть смущенно улыбается уголками губ и, прикрыв глаза, прислоняется лбом к моему плечу. И я даже не замечаю, как почти сразу же проваливаюсь в сон под его тихое спокойное дыхание…

Глава девятнадцатая

- Вставай.
Проще сказать, чем сделать… У меня уже голова кружится и колени дрожат так, что сохранять равновесие в вертикальном положении задача не из легких. Надеюсь, к вечеру я не буду синим с ног до головы… Широгане такую боевую раскраску явно не оценит. Однако надо отдать Романду должное – он ни разу не ударил ни по лицу, ни в грудь, где раньше были ожоги и переломы ребер.
- Ты не выкладываешься на полную, и этим сам себе вредишь… – впрочем, это не мешает ему раздражаться все больше с каждым моим промахом.
Должен признать, я не особо доверял себе в том плане, что действительно правильно понял услышанное накануне – о том, что Романд и правда вызвал меня не на дуэль, а на тренировку. Поэтому, подходя к арене, чертовски нервничал, не зная, чего же все-таки ожидать… Но от фигуры, выжидательно замершей посреди тренировочного поля, не веяло угрозой. Романд стоял совершенно спокойно, скрестив руки на груди и с ровным и абсолютно нейтральным выражением лица наблюдая, как я осторожно приближаюсь от ворот и останавливаюсь на все же предупредительном расстоянии в несколько шагов.
Насмешливо хмыкнув на мою настороженность, син чуть наклонил голову и с едва заметным интересом в интонациях неторопливо произнес вместо приветствия:
- У тебя есть пятнадцать минут, чтобы попытаться врезать мне, как ты о том мечтал. Я буду только уклоняться.
Опешив на мгновение от такого заявления, я несколько секунд просто стоял и смотрел на него, как на нечто не от мира сего, но затем все же взял себя в руки и, негромко усмехнувшись, ответил, окидывая его внимательным взглядом с головы до ног:
- А не слишком ли это самоуверенно с твоей стороны? Может, я и был неделю назад между жизнью и смертью, но сейчас вполне здоров.
Романд на это лишь пожал плечами, одним только этим жестом уже поднимая глубоко внутри волну азартного желания доказать, как сильно он ошибается, думая, что я ни черта не умею:
- Хочешь что-то сделать – сделай, и если ты по мне хоть раз попадешь, это уже будет для тебя достижением…
Ну что ж, раз таковы правила, претензии не принимаются. Именно с этой мыслью я сорвался с места, едва он успел договорить, мгновенно призывая свое оружие – рассчитывать на то, что он свое не призовет, было бы полнейшей глупостью. Однако, уже спустя несколько минут я понял, что единственным, кто крупно недооценил противника, являюсь я. Романд действительно не предпринимал ни одной попытки нанести удар, а призванным кастетом пользовался только, чтобы заблокировать лезвия моих клинков, если вдруг они оказывались в достаточной близости от его тела. Вот именно, что «вдруг»… Потому что большая часть моих стремлений достать его заканчивалась тем, что я лишь рассекал воздух. За его скоростью я явно не успевал.
Почти невольно вспомнилась моя попытка сразиться с Широгане в настоящем времени, когда Харука попытался его оклеветать. Ощущения были очень похожими – я искренне, в порыве праведного гнева дрался изо всех сил, но ничего не мог. От всех моих ударов уворачивались с легкостью, как в игре, пропуская лишь изредка, словно ради приличия и чтоб уж совсем не выставлять меня слабаком. И от этого было обидно вдвойне…
И хоть умом я прекрасно осознавал тот факт, что это нормально – иметь такое различие в силе с тем, кто учился сражаться намного дольше и был сильнее, инстинктивная злость все равно давала о себе знать, постепенно выводя из равновесия безумным желанием доказать и себе, и своему сопернику, что даже так я способен на большее…
И пару раз все-таки получилось, что несказанно порадовало меня и, похоже, все же слегка удивило Романда, если, конечно, я верно расценил чуть приподнятую бровь при взгляде на порез на руке как знак удивления. Однако, на этом мое везение закончилось… Потому что буквально через несколько мгновений, заблокировав очередной мой удар, син одновременно мягко и коварно улыбнулся и коротко сообщил:
- Время вышло.
В следующий миг я весьма ощутимо впечатался в землю спиной со сбитым дыханием и резкой болью от прямого удара в живот. Похоже, основная часть тренировки обещала быть жесткой, даже несмотря на тот факт, что, скорее всего, Романд не собирался бить в полную силу. Откашлявшись и привстав, опираясь на грунт одним коленом, я выжидательно уставился на своего противника, пытаясь хоть немного предугадать по этому равнодушному лицу следующий шаг. Но, вопреки моим ожиданиям, он лишь коротко качнул головой, отрицая мои предубеждения и, чуть вытянув руку вперед, сделал призывный жест пальцами, предлагая, как и прежде, нападать мне самому. Что ж, не так плохо… Значит, сначала он проверил мои способности как таковые, а теперь я должен был концентрироваться на том, чтобы не открываться во время атаки. Должен признать, из него получался не такой уж плохой тренер, как я опасался.
Правда, в конце концов, моя выносливость все равно сошла на нет. И прямо сейчас я действительно чисто физически не могу заставить себя подняться, не смотря на уже третье по счету требование об этом. Приятно чувствовать вместе с дикой усталостью чувство удовлетворения от того, что постепенно мои глаза стали привыкать к тому, как быстро син перемещается. Но все же большая часть его ударов попала в цель, чего не скажешь о моих. Удивляет и тот факт, что серьезных повреждений не получил ни один из нас – Романд четко контролировал и себя и свое оружие, и вынуждал меня делать то же самое, даже когда я забывался в порыве азарта. Надо полагать, мне действительно очень повезло, что моим обучением занялся профессионал. Что бы там его на это не сподвигло…
Неимоверным усилием воли я все-таки встаю и выпрямляюсь, но меня основательно шатает, и посозерцав эту картину несколько секунд, мой новоявленный наставник чуть презрительно фыркает и, махнув рукой и тем самым обозначив окончание спарринга, произносит с легким сожалением в голосе:
- Что ж, видимо, пока это твой предел… – и, проследив взглядом, как я опускаюсь обратно на землю, все еще тяжело и часто дыша, добавляет, усмехнувшись уголками губ с легким оттенком скептизма. – И это вот с таким уровнем ты со мной драться хотел? Да ты еще больший идиот, чем я думал. У сина в первую очередь должно быть развито чувство самосохранения, и уже потом все остальное…
Не найдя ничего умнее, чем молча злобно посмотреть на него исподлобья, вынужден про себя согласится с тем фактом, что не реши в прошлые разы Хомураби и Рин нас растащить, все могло закончиться очень плачевно. Широгане был прав – мне еще многому предстоит научиться, если я хочу отношения к себе на должном уровне. Но признавать это вслух я не намерен. Даже если и не воспринимаю больше этого мажора, как потенциального врага. Сволочью он все равно остался… Но, может, так даже и лучше.
Неожиданно сев прямо напротив меня, Романд мгновение внимательно меня разглядывает, а затем, скрестив руки на груди, произносит абсолютно серьезным тоном, без тени иронии или сарказма:
- Однако, должен признать, я скорее впечатлен, нежели разочарован. Твоя физическая подготовка на хорошем уровне. Но!… – видимо, оценив мое замешательство, отразившееся в неверящем взгляде и наверняка вытянувшемся от услышанного лице, он чуть вздыхает вновь с оттенком раздражения и продолжает уже громче, с ноткой агрессии. – В этом и есть вся твоя проблема. Ты дерешься исключительно за счет обычной силы и выносливости, как это делают простые люди, – и внезапно резким жестом стукнув меня пальцем по лбу, договаривает в такой манере, словно отчитывает нашкодившего котенка. – Тебе твоя внутренняя тьма для чего дана? Просто так, на всякий случай? Ею пользоваться надо! Это же и есть твое настоящее оружие. Клинки это так, удобный проводник, как, впрочем, и все твое тело. Если хочешь перейти на следующий уровень и дальше, нужно научиться вкладывать в каждый удар не только силу мышц и скорость, но и всю свою сущность.
После окончания его монолога на некоторое время повисает тишина. Романд, очевидно, ждет, что я что-нибудь отвечу в свое оправдание, но я не вижу в этом смысла. Вместо этого я пытаюсь как можно более полно осмыслить услышанное, что, учитывая усталость, все же не так легко, как обычно. Выходит, дело не в том, что я слабее или плохо сражаюсь. Просто мне как всегда не объяснили самого главного, и я как придурок пытаюсь обойтись без того, без чего обойтись невозможно в принципе. Почти инстинктивно сжимаю пальцы в кулаки, вспоминая, сколько раз я в своем времени тренировался с Ко и дрался бок о бок с ним же и с Широгане, и ни один не удосужился выяснить тот факт, что я, может, ни черта не понимаю, как правильно пользоваться своей силой, оттого и развиваюсь так медленно и неконтролируемыми скачками. Ну знаете… если я все-таки найду способ вернуться, а я все еще в это верю, разнос устрою обоим…
Видимо, мыслительный процесс, отразившийся в моем сосредоточенном взгляде, был защитан в пользу того, что я не так уж и безнадежен, раз понимаю всю серьезность обстоятельств и то, что с этим что-то надо делать. Во всяком случае, судя по выражению лица Романда, он моей молчаливой реакцией вместо препирательств остался доволен. Чуть склонив голову на бок и с легким интересом в глазах, он негромко произносит с неожиданно доверительными интонациями:
- Слышал от Рин, что у тебя плохо с концентрацией. И ты даже различать тьму не способен… Это так?
Признаться, первая реакция – легкое негодование по поводу того, что Рин с ним обсуждала что-то подобное. Это мои проблемы и касаются они только меня. Однако, вторая мысль оказывается несколько разумнее и, усмирив эмоции, я вынужден смириться с тем, что без посторонней помощи мне будет очень тяжело справится с тем, о чем я не имею ни малейшего представления. А значит, в моих же интересах сказать все, как есть. И надеяться, что это останется только между нами.
Киваю, подтверждая озвученную информацию, и чуть помедлив, все же решаюсь рассказать в общих чертах о своей попытке вернуть полученную от другого тьму ее владельцу, избегая, конечно же, любых деталей и уж естественно не обозначая имени и причин. Только ощущения и результат…
Романд слушает внимательно, изредка слегка кивая головой, словно сам с собой соглашаясь в чем-то, и по окончании моего рассказа, немного помолчав, неторопливо выносит вердикт:
- Значит, все не так плохо. Скорее всего, ты просто не представляешь, на что это похоже, если столько лет жил в мире людей. И поэтому делаешь все неправильно, – и, внезапно протянув руку к моей груди, добавляет снова с тем приказным оттенком голоса, которым ставил меня в известность о тренировке. – Расслабься и закрой глаза…
Лично для меня самого мгновенная реакция на его резкое движение была вполне предсказуема, хоть и сработала инстинктивно. А именно, я почти шарахнулся в сторону, вновь напрягаясь всем телом, как и во время спарринга. Вскинутый на сина взгляд против воли получился откровенно скептичным – не настолько я пока ему доверяю, чтобы закрывать в его присутствии глаза и расслабляться.
Насмешливо фыркнув, Романд окидывает меня странным, одновременно сардоническим и уважительным взглядом, видимо разделяя мысленно мой поступок на трусость и предусмотрительность, и соответственно насмехаясь над первым и поощряя второе. Хотя сам я вижу в этом исключительно рефлекс, как раз из того чувства самосохранения, о котором шла речь немного раньше. Однако, молчаливая заминка длится лишь пару мгновений, после чего син с ультимативным выражением лица на полном серьезе отвечает на мой протест:
- Или возьми себя в руки и делай, что говорят, или будешь учиться сам. Мне без разницы…
Неприятно сознавать собственную беспомощность. Еще более неприятно, что она очевидна. Внимательно вглядываюсь в темные глаза напротив, оценивая степень риска своей доверчивости. С одной стороны, навряд ли он причинит мне какой-либо серьезный вред, учитывая мое положение и отношения между мной и Рин. Ни первый Король Тени, ни сестра его по голове не погладят, если он позволит себе лишнее. С другой – он сам в прошлый раз дал понять, что для него это не слишком весомый аргумент. А еще есть третья сторона, и заключается она в том, что сам я все равно не справлюсь…
Медленно выдохнув и почти скрипя зубами, я закрываю глаза и честно пытаюсь расслабиться, насколько это вообще возможно в данной ситуации. Мгновение спустя, чувствую, как к груди, чуть выше солнечного сплетения, слегка надавливая, прикасаются чужые пальцы, от которых почему-то мягкими короткими волнами расползается холодное покалывание, сперва лишь по коже, а затем постепенно проникая и внутрь. Но когда я вновь уже начинаю предполагать самое худшее, Романд, наконец, решает пояснить мне свои действия:
- Я помогу тебе сейчас прочувствовать твою тьму, ощутить ее внутри. Запоминай ощущения как можно более точно, чтобы потом было легче их воспроизвести. И говори мне вслух, что ты чувствуешь…
Более-менее успокоившись насчет происходящего, сосредотачиваюсь на том, что именно чувствую от странных манипуляций сина. Сперва ничего, кроме все того же покалывания, о чем и сообщаю, получив в ответ, что так и должно быть. А потом… даже не сразу нахожу нужные слова, чтобы объяснить это странное ощущение, как будто я резко проваливаюсь куда-то, а после нескольких секунд стремительного падения вдруг зависаю прямо в воздухе, хотя отдаленным уголком сознания я прекрасно понимаю, что телом-то я по-прежнему сижу на земле. Негромко насмешливо фыркнув, Романд отвечает на мое ярко выраженное в голосе недоумение:
- Считай, что, как говорится, ушел в себя. Только, если обычно это занимает достаточно времени и происходит постепенно, то ты сейчас сделал то же самое за одно мгновение.
Внезапно в груди вновь появляется та же странная пульсация, как и в тот раз, когда я пытался вернуть тьму Широгане, только теперь она ощущается более отчетливо. Словно внутри меня есть еще что-то живое… Через некоторое время начинаю вдруг различать, что источников этого ощущения три, один очень сильный, другой примерно вполовину слабее и третий совсем едва заметен. И чем дальше, тем больше я осознаю с удивлением для самого себя, что они совершенно разные по тому, как я их чувствую. Я не способен описать этих различий словами, но теперь уже мне кажется просто невероятным тот факт, что несколько мгновений назад я ощущал их как одно целое…
Из груди невольно вырывается шумный выдох изумления, я даже отдаленно не мог себе представить, что это может быть так ярко и интересно. Странно, но я словно погружаюсь в какое-то неведомое раньше умиротворение, настолько мне становится хорошо и спокойно от происходящего. Наверное, единение с собственными тьмой или светом действительно значат очень много…
Выслушав все мои описания того, что я впервые постиг за прошедшие несколько минут, Романд некоторое время молчит, подтвердив лишь, что все идет как надо, а затем уточняет одновременно задумчиво и заинтересовано:
- Значит, всего три источника? С тобой еще кто-то обменивался тьмой, кроме Широгане-сама?
Бездумно распахнув глаза, вскидываю на него растерянный взгляд, чувствуя одновременно приступ легкой паники:
- Откуда ты?… Ты что, ее чувствуешь?…
- Не будь идиотом, – на короткое мгновение мне кажется, что он едва сдержался от того, чтобы снова стукнуть меня по голове. – Все, что внутри тебя, я могу воспринимать лишь как неотъемлемую часть тебя. Невозможно прочувствовать тьму одного сина в другом. Но я достаточно часто вижу первого Короля Тени, да и тебя тоже наблюдаю не первый раз, и было просто невозможно не заметить, что после того, как ты чуть героически не помер, Широгане-сама стал почти на треть слабее, и на ту же величину увеличился твой потенциал, – и, после небольшой паузы, син добавляет будничным тоном, слегка пожав плечами. – Если тебя это беспокоит, мне нет дела до причины такого поступка. Я лишь констатирую факт.
Некоторое время я еще недоверчиво вглядываюсь в его лицо, осмысливая услышанное, но, поразмыслив, понимаю, что в конце концов все логично, а Романд не слишком похож на того, кто любит копаться в чужой жизни. Мне-то в любом случае все равно, но Широгане вряд ли будет очень рад, если по всему дворцу разойдется новость о том, что он в интимных отношениях со своим приближенным.
Прикрываю глаза, концентрируясь обратно на своем внутреннем мире тьмы. Одновременно с этим син продолжает давать дальнейшие указания:
- Раз третий источник так мал, им можно пока не заниматься. Сосредоточься на остальных двух – который из них холоднее? Учитывая, что учить тебя придется с нуля, для начала проще использовать более сильную тьму как таковую, чтобы тебе было легче достигнуть результата…
Признаться, в этот раз я почти не ощущаю внутри холода, как это было в прошлый раз. Возможно, уровень ощущений зависит и от намерений использования тьмы… Но я старательно пытаюсь делать то, что от меня требуется. Правда, чем дальше, тем больше результат стараний начинает меня смущать. В конце концов, решившись, произношу причину своих сомнений вслух:
- Вообще-то… холодная из них только тьма Широгане. Моя собственная теплая.
Даже не видя его лица, я чувствую, что впервые за все это время Романд изумлен совершенно искренне и ничуть не меньше, чем я сам.
- Ты ничего не путаешь в своих ощущениях?…
- Нет. Она определенно теплая… Это плохо?…
- Но тьма не бывает теплой… Более или менее холодной индивидуально, но не теплой…
Повисает несколько напряженное молчание, и я начинаю все больше нервничать. Помнится, в первые же дни моего пребывания здесь я узнал от Ко, что от меня «не веет холодом», как от остальных синов. Но, похоже, особого значения этому никто не придал – нейтралитет и ладно, у меня и в характере был полный нейтралитет, и это всех удивляло куда больше. Но вот так… причина-то понятна, во всяком случае, мне самому. Но со стороны это явно выглядит более чем подозрительно.
Задумчиво поцокав языком, Романд, наконец, нарушает тишину, но произносит свои мысли неожиданно спокойно, как будто ему и правда все равно и совершенно неинтересно, почему так вышло:
- Ладно, в конце концов, в мире нет ничего невозможного. Раз саморазрушения личности у тебя пока не наблюдается, значит, какой бы твоя тьма не была, с ней все относительно нормально.
Едва удерживаю себя от вздоха облегчения. Слава богам, он не собирается меня об этом расспрашивать… Признаться, с ним я бы хотел обсуждать это меньше всего. Романд последний, перед кем я был бы готов случайно попасться на своей лжи. Во всяком случае, пока.
Последняя фраза слегка цепляет мой интерес:
- Состояние личности что, тоже зависит от тьмы?
Раздраженно фыркнув от необходимости объяснять мне с его точки зрения элементарные вещи, син, чуть помедлив, отвечает, стараясь коротко изложить самое основное:
- Скорее, они взаимосвязаны. Тьма внутри нас – это и есть олицетворение нашей личности. Это не только отражение нашей силы и мощи, это отражение и каждой черты характера, каждого взгляда на жизнь. Как индивидуален каждый из нас, так и тьма каждого неповторима. Меняемся мы – меняется тьма, а иначе как по-твоему можно было бы ее различать и ассоциировать с ней кого-либо определенного… – и, после паузы, он добавляет с немного другой интонацией, больше похожей на предупреждение. – Но если вдруг с самой тьмой внутри сина по какой-либо причине что-то произойдет, его самосознание окажется под угрозой.
Видимо, это такой завуалированный почти дружеский намек, что мне стоит быть предельно внимательным со своими странностями на случай, если все-таки это не норма. Правда, меня больше начинает заботить мысль, а не выйдут ли мне подобные тренировки боком, если вдруг при попытке использовать свой внутренний потенциал, я вместо тьмы явлю миру свет, который прячется под ее покровом. Вот с этим мне действительно стоит быть предельно осторожным…
Внезапно уже ставшие почти привычными ощущения ожившей внутри меня моей сущности не то сина, не то рея быстро, хоть и плавно, растворяются, и только когда они исчезают окончательно, я понимаю, что не чувствую больше чужого прикосновения к своей груди. Открыв глаза, обнаруживаю, что Романд снова скрестил руки на груди и выжидательно на меня смотрит. Однако прежде чем я успеваю спросить, что дальше, он объясняется сам:
- Теперь, когда ты знаешь, как это должно чувствоваться, попробуй повторить то же самое без моей помощи.
Сколько это занимает времени, не знаю. Получается у меня далеко не с первого раза, но когда, наконец, получается, я ощущаю настолько сильный прилив радости от удовлетворительных результатов, что усталость отходит на самый дальний план. После того, как Романд признает этот шаг пройденным, наступает очередь умения различать тьму других. Но, неожиданно, теперь это дается почти легко, хотя раньше я не чувствовал совершенно ничего. И буквально с третьей попытки мой мир неожиданно помимо звуков и образов наполняется еще одним, потрясающе ярким набором разнородной энергии, от насыщенности которой у меня даже слегка кружится голова – слишком много становится всего сразу. К счастью, через некоторое время острота ощущений притупляется и с помощью довольно доступных объяснений сина мне удается понять, как самому определять избирательность такой способности. Когда Романд все же объявляет тренировку на сегодня законченной, я внезапно обнаруживаю, что уже полдень…
Уже подходя к выходу с арены, я, наконец, решаюсь задать подсознательно мучающий меня все это время вопрос:
- И все-таки, что тебя дернуло вдруг прекратить пытаться от меня избавиться?
Остановившись и посмотрев на меня с привычной надменностью, как и в первую нашу встречу, Романд чуть приподнимает бровь в знак удивления и презрительности одновременно и неторопливо отвечает, растягивая слова и снова обращаясь ко мне, как к умственно отсталому:
- Ты, правда, думаешь, что мне до тебя было дело? Да плевать я хотел на то, откуда ты взялся и как надолго. Но моя обязанность здесь – это сохранение полного порядка и подчинения Королевской власти. И, к сожалению, самый легкий способ делать это наилучшим образом, это держать всех, кто здесь есть, в подобии страха либо хотя бы напряжения. Провокация – возможность выяснить, с кем придется иметь дело. Дуэль – отличный способ поставить на место. Только и всего…
- Но если тебе было все равно, почему ты решил меня учить? Что изменилось?
На этот раз син медлит с ответом, внимательно глядя мне в глаза, словно решая, стоит ли вообще пояснять мне причины своих поступков, или же с меня хватит и последних. Но после этой небольшой паузы, он все-таки произносит с немного отстраненной интонацией, на мгновение переведя взгляд от моего лица куда-то в пространство за мной:
- Преданность это не врожденное качество. Быть преданным – это решение. И такое решение достойно уважения… – и, почти сразу же вернувшись к прежнему сволочному виду, он добавляет со снисходительной усмешкой. – Не обольщайся. Выше уровня щенка ты в моих глазах все равно пока еще не поднялся. Но я не слепой и уж тем более не идиот. А ты, к счастью для твоего Короля, не безнадежен… Все что тебе нужно, это пара хороших пинков в нужном направлении. И пинать тебя буду я – больно, но зато эффективно.
С этими словами Романд отворачивается и идет дальше к выходу, оставляя меня задумчиво-иронично смотреть ему вслед, обдумывая факт того, что уже второй раз за время пребывания в прошлом я сталкиваюсь с тем, что враги иногда на поверку оказываются не такими уж и врагами. И это радует и настораживает одновременно, напоминая о том, что все намного сложнее, чем хотелось бы видеть…
Неспешно, но целенаправленно выхожу на дорожку, ведущую к барьеру, разделяющему Королевства. Нужно увидеться с Рюуко и по возможности получить ответ уже сегодня. К своему удивлению, от реев у входа во дворец я узнаю, что первый Король Света тоже на данный момент пребывает на тренировочной арене, занимаясь обучением Ко. Но негласная новость о том, что они все-таки помирились, меня несказанно радует, и, поразмыслив, я решаю, что вряд ли они оба будут против, если я не стану ждать, а присоединюсь к ним на их активных занятиях. Они или правда не сразу замечают мое появление, или просто не видят в этом ничего такого, ради чего стоило бы прерывать тренировку, и я получаю отличный шанс своими глазами увидеть, насколько Ко всего за несколько уроков, полученных лично от Рюуко, улучшил свои навыки как боец.
- Все-таки у него к этому есть талант…
Я не сразу понимаю, что та же мысль, что промелькнула в моей голове, была озвучена и отнюдь не мной. Обернувшись, с изумлением обнаруживаю прислонившегося к ограждению рядом с собой второго Короля Света, с легкой заинтересованностью и снисходительностью так же наблюдающего за действием на арене. Как и когда он успел возникнуть, словно из ниоткуда, я понятия не имею, но в отдаленном уголке сознания мелькает мысль, что вот так глядеть во все глаза и уж тем более спрашивать об этом не слишком-то вежливо, поэтому я лишь сдержанно приветствую его и соглашаюсь со сказанным ранее.
Следующие несколько минут проходят в молчании, я не особо уверен, насколько Шисуи заинтересован наблюдением за тренировкой, и захочет ли он отвлекаться на разговор, а сам он не продолжает. Однако его следующая фраза, внезапно произнесенная совершенно другим, неуверенным и напряженным голосом, моментально привлекает все мое внимание, давая понять, что пришел он совершенно не за этим:
- Ты ведь можешь видеться с Хомураби?
Чуть помедлив, киваю, в глубине души чувствуя подступающее любопытство. Я так ничего и не знаю о том, как складываются отношения между этими двоими после того, как они, наконец, смогли поговорить наедине. И видеть неожиданную инициативу от Шисуи одновременно и удивительно, и радостно, и интригующе.
Слегка прикусив губу и по-прежнему не глядя на меня, второй Король Света на пару мгновений вновь замолкает, очевидно, обдумывая, стоит ли говорить то, зачем он пришел, а затем, все же решившись, внезапно вынимает из внутреннего кармана королевской мантии небольшой запечатанный свиток и, положив его на ограждение между нами, просит почти шепотом, одновременно с этим как-то устало прикрывая глаза:
- Пожалуйста, передай ему это. Только прошу, без свидетелей…
- Хорошо…
Признаться, теперь я чувствую легкую растерянность – не с таким выражением лица обычно передают любовные письма. Но, с другой стороны, если бы письмо было деловым, Шисуи вряд ли бы хотел передать его обязательно незамеченным. И значит, либо я чего-то не понимаю, либо между вторыми Королями происходит что-то странное…
После того, как я забираю свиток, Шисуи задерживается еще на некоторое время, а затем так же тихо и почти незаметно уходит до того, как Рюуко и Ко, наконец, закончат. А получив согласие на совещание от Первого Короля Света, я и сам почти стремительно возвращаюсь в Королевство Тени. Я, конечно, не уверен, что Хомураби захочет со мной об этом говорить, но может хотя бы его реакция на послание мне хоть что-нибудь объяснит…

Глава восемнадцатая

Выскользнув в коридор, я еще успеваю уловить негромкий хлопок закрывшейся двери в апартаменты моего Короля. О том, как Хомураби умудрился уловить появление Широгане, я предпочитаю уже лишний раз не думать – мне это, видимо, все равно не дано. Впрочем, иногда меня посещает мысль, что недоступно мне это лишь в виду того, что я на самом-то деле свет, пусть еще и не совсем проснувшийся. В конце концов, я ведь могу просто ощутить присутствие тьмы. Но вот различать ее у меня не получается…
Остановившись перед дверями личных комнат первого Короля Тени и глубоко вдохнув, немного неуверенно поднимаю руку и негромко стучу. Еще пару часов назад я делал это совершенно спокойно, но теперь меня почему-то охватывает странное волнение. Возможно, после рассказа второго Короля Тени…
Створка двери отворяется резко, но почти бесшумно, я на мгновение замираю, не зная, что сказать, встретившись с усталым и несколько сердитым взглядом голубых глаз, однако в следующее мгновение Широгане мягко улыбается уголками губ и на его лице мелькает тень облегчения. Видимо, несмотря на неожиданность столь позднего визита, он все же действительно рад меня видеть.
Прикрыв на мгновение глаза, первый Король Тени негромко выдыхает с едва различимой досадливой интонацией:
- Я так устал, что даже не заметил твоего присутствия во дворце…
Мягко улыбаюсь в ответ и чуть насмешливо, но в то же время ласково отвечаю:
- Я предполагал нечто подобное, поэтому решил прийти к тебе сам.
Широгане на мою фразу неожиданно отводит взгляд, на щеках едва заметно, но все же различимо проявляется румянец смущения, и, чуть помедлив, он слегка отстраняется в сторону, молчаливым жестом приглашая меня пройти в его комнаты. Признаться, от того, как именно он это делает, я и сам начинаю чувствовать себя неловко. Но в любом случае, просто коротко увидеться и уйти все равно не входило в мои планы. Мне хочется побыть с ним рядом…
Ненавязчиво проскальзываю в комнату, Широгане прикрывает дверь и на мгновение так и замирает, напряженно, спиной ко мне. Затем медленно поворачивается и проходит вглубь комнаты, к небольшой аккуратной софе, держась при этом как-то неестественно прямо и скованно. На короткий миг меня охватывает легкое удивление от того, насколько он вдруг волнительно стал реагировать на мое присутствие, однако уже в следующее мгновение я внезапно осознаю, что никакое это не волнение и не прочая подобная глупость, просто он настолько устал, что в прямом смысле едва держится на ногах, но всеми силами пытается мне этого не показать.
Мягко, почти неслышно приблизившись и встав прямо за его спиной, молча и в этот раз уже уверенным жестом кладу руки ему на плечи и неторопливыми, но сильными движениями начинаю разминать судорожно сведенные мышцы спины и шеи. Как и тогда, в библиотеке, Широгане коротко вздрагивает от первого прикосновения, но через пару секунд полностью расслабляется с тихим стоном благодарности и, чуть помедлив, сам убирает волосы, чтобы они не мешали. Его тело, не скрываясь, отвечает, поднимая в душе волну трепетного тепла и нежности, каждый раз, когда мои пальцы с силой проходятся по его позвоночнику, он чуть вскидывает голову с шумным выдохом, прикрывая глаза и прогибаясь так грациозно, что совсем скоро и мое собственное дыхание становится непривычно тяжелым. Склонившись, невесомо целую пряди его волос, вдыхая их умопомрачительный запах. Как же я скучал…
Несмелым движением вскинув руку, Широгане вцепляется подрагивающими пальцами в ткань моего рукава и несильно дергает, молчаливым жестом прося сесть. Чуть помедлив, отстраняюсь от него и, обойдя софу, осторожно опускаюсь рядом. Еще несколько мгновений первый Король Тени продолжает сидеть с закрытыми глазами, откинувшись на спинку дивана и не подавая никаких признаков жизни, кроме дыхания, и, не выдержав, я снова мягко прикасаюсь к нему, ласково проведя кончиками пальцев по щеке, и тихо, но с легким упреком произношу:
- Ты себя окончательно угробить решил?
Немного лениво приоткрыв глаза и улыбнувшись уголками губ, Широгане негромко отвечает с легкой усмешкой в интонациях:
- Я что, так плохо выгляжу?…
Покачав головой, мягко, почти невесомо прикасаюсь губами к его щеке:
- Плохо ты не можешь выглядеть при всем желании. Но вот чертовски усталым это точно, – и, осторожно зарывшись пальцами в серебристые волосы и ненавязчиво притянув их обладателя поближе к себе, договариваю чуть тише: – Я понимаю твое чувство ответственности, но, может, не стоило совсем уж отказываться от помощи Хомураби? Сам он от этого явно не в восторге…
- А, так значит, ты у него был… – первый Король Тени как-то странно щурится, слегка поджав губы, и я замечаю, как всего на долю секунды в глубине голубых глаз едва уловимым холодком проскальзывает нотка ревности. – А я все думал, с каких это пор от тебя пахнет алкоголем…
Приходится пару мгновений сдерживать себя от внезапного желания рассмеяться. Да уж, очевидно Хомураби был прав, сказав, что Широгане жуткий собственник… А ведь причин для ревности почти нет. Да и об обмене тьмой Широгане не знает. И, пожалуй, пусть не знает и дальше… Пока, во всяком случае.
Однако, прежде чем я придумываю, как наиболее тактично возразить на столь легкую недоверчивость, первый Король Тени уже совершенно обычным тоном продолжает, устало вздохнув и глядя куда-то в пространство:
- В любом случае, Хомураби сейчас мне бы вряд ли смог чем-то помочь. Проблема не в бумагах или еще в чем-либо подобном, надо что-то срочно делать с Границей. Она все больше выходит из-под контроля. Я уже переискал и перепробовал все, что можно, но так и не могу найти первопричину, – и, наконец, снова переведя взгляд на меня, он договаривает с едва различимой горечью, но одновременно решительно. – Пожалуйста, найди завтра Рюуко и сообщи ему, что требуется еще одно совещание в самое ближайшее время. Похоже, нам все-таки придется пойти на крайние меры…
Как-то мне не нравится это словосочетание «крайние меры»… И еще больше не нравится интонация, с которой я его услышал… Широгане, дождавшись моего кивка в качестве подтверждения услышанного, прикрывает глаза и расслабленно откидывает голову мне на плечо. А моя совесть вновь начинает настойчиво стучаться куда-то в область разума, провоцируя чувство вины и мысли о том, что, может, уже и стоило бы перестать прятать истину. Страшно, конечно, но рано или поздно все равно придется об этом говорить… Жаль только, что именно сейчас, когда между нами все, наконец-то, наладилось… Нервно сглотнув и невольно судорожно сжав кулаки, я чуть хриплым от волнения голосом пытаюсь начать нелегкий разговор:
- Широгане… я… – но едва я произношу его имя, как тонкие пальцы решительно ложатся на мои губы, разбивая и без того балансирующую на грани решительность.
Скользнув по моему лицу томным взглядом из-под ресниц, первый Король Тени чуть качает головой и чувственно произносит почти шепотом:
- Потом… Я не в настроении сейчас на долгие разговоры. Лучше просто обними меня… – и уже совсем едва слышно, скользнув ладонями по моим плечам. – Я так скучал…
Как я могу отказать, когда он сам так об этом просит… Прикрыв на мгновение глаза и усилием воли проглотив подступающую горечь от собственной нерешительности и одновременно безрассудности, крепко прижимаю его к себе, вдыхая умопомрачительный аромат его волос и всеми силами пытаясь скрыть нервную дрожь напряжения. Я идиот и я ведь наверняка об этом пожалею – умом я это прекрасно осознаю… Но я действительно слишком боюсь потерять его сейчас, и это заглушает все рациональные доводы и заставляет меня совершать то, что я когда-то ненавидел больше всего – просто плыть по течению в надежде, что все будет хорошо…
Широгане мягко трется щекой о мое плечо, чуть сильнее впиваясь пальцами в ткань моей рубашки, и, немного помедлив, стыдливо, но в то же время почти уверенно тянется к моим губам, безмолвно, одним лишь трепетным нежным взглядом прося о поцелуе. Так непривычно и оттого так завораживающе видеть и чувствовать, как он впервые проявляет инициативу… как просит ласки… Обхватив его одной рукой за талию и ненавязчиво поглаживая пальцами линию бедра, а второй несильно, но чувственно прихватив тяжелые пряди волос у затылка, накрываю его губы своими, ловя чуть более шумный выдох и с затаенным восторгом наблюдая, как медленно закрываются его глаза в предвкушение удовольствия от близости, которая лишь несколько дней назад перестала находиться за гранью возможного. Чувствую, как даже сквозь одежду острые ноготки впиваются в мою кожу, и по всему телу первого Короля Тени пробегает мелкая дрожь от каждого движения моих губ, хоть я целую его пока еще совсем мягко и невесомо, лишь чуть-чуть иногда задевая кончиком языка. Но в этот раз он пытается отвечать мне, пусть несмело и совершенно неумело, но с уже пробуждающейся страстью… И это дразнит и распаляет желание…
Почти невольным движением подаюсь немного вперед, вжимая его своим телом в спинку дивана, и, наконец, углубляю поцелуй, начиная неторопливо и нежно, но с силой гладить его ладонями, скользя по бокам к талии и поднимаясь обратно к плечам. Он выгибается под лаской и глухо стонет, царапая мне спину, но не отталкивает, напротив, жмется ко мне еще ближе, запрокидывая голову, и, не сдержавшись, я проскальзываю губами к его шее, оставляя языком на нежной коже влажную дорожку и вырывая из груди Широгане первый вскрик наслаждения, переходящий в короткие судорожные стоны в такт моим прикосновениям. Его руки лихорадочно мечутся по моим плечам и спине, словно он все никак не может решить, оттолкнуть меня или же позволить продолжать эту сладкую безумную пытку удовольствием. Наверное, для столь невинного сознания и девственного тела даже этого уже слишком много…
Почти неосознанно, в порыве страсти соскальзываю ладонями на его бедра и чуть сжимаю их сквозь одежду, одновременно обхватив губами мочку уха. Содрогнувшись всем телом, Широгане едва не захлебывается воздухом на резком судорожном вдохе и, уперевшись дрожащими от внезапной слабости руками мне в грудь, отрывисто шепчет с едва различимой ноткой паники в интонациях:
- Акира… пожалуйста… остановись…
Уткнувшись лбом в его плечо и зажмурившись, медленно глубоко вдыхаю, усилием воли успокаивая разливающееся по венам возбуждение. Нельзя, нельзя с ним так резко и стремительно… Он все еще боится такой близости, хоть и понимает, что хочет ее не намного меньше меня.
- Прости… – бережно целую его в уголок губ, стараясь выровнять дыхание, и немного отстранившись, чтобы не прижиматься к нему так сильно, осторожно приобнимаю его за плечи, невесомо и расслабляющее поглаживая пальцами.
Первый Король Тени несколько мгновений еще приходит в себя, нервно теребя ткань моей рубашки на груди, а затем неожиданно ярко краснеет, словно только сейчас в полной мере осознав произошедшее, и, чуть отвернувшись в сторону, произносит слегка подрагивающим голосом:
- Я… я не против, но… не так сразу…
- Я буду ждать столько, сколько нужно, – мягко трусь щекой о его щеку и уже над самым ушком добавляю чуть виновато и почти шепотом. – Просто я тоже очень скучал…
Широгане чуть слышно вздыхает, улыбнувшись уголками губ, и окончательно расслабляется, почувствовав, что я снова взял себя и свое поведение под контроль. Чуть помедлив, вновь позволяю себе пройтись ладонями по его телу в ненавязчивой неспешной ласке, уже без страсти в движениях, только лишь с чувственной нежностью. Не хотелось бы снова все испортить, напугав его своей несдержанностью… В конце концов, о чем я вообще только думал – у него три дня назад первый в жизни поцелуй был, не считая того мимолетного, который я попытался взять без его согласия. Но от одного только осознания того, что теперь он полностью принимает мои чувства, я растерял всю чуткость и осторожность. Нужно быть терпеливее…
Зарывшись лицом в серебристый шелк волос, прикрываю глаза и просто наслаждаюсь теплом и запахом тела любимого. Но где-то глубоко внутри все еще полыхает огонь желания, не давая окончательно предаться идиллии тихой, ни к чему не обязывающей близости. И внезапно меня посещает мысль о том, что возможно причина утраты мною контроля над собственными чувствами кроется кое в чем другом, нежели только возросший уровень доверия в наших отношениях. Хомураби сказал, что Широгане отдал мне почти треть своей тьмы… Это очень много, и если верить тому, что мне рассказывала Рин – чем больше обмен, тем сильнее и менее управляемы становятся чувства. Насчет сильнее в нашем случае, конечно, навряд ли, но вот в остальном…
Кстати об обмене. Подняв голову, осторожно всматриваюсь в лицо первого Короля Тени из-под ресниц. Наверное, стоило бы вернуть ему его внутреннюю тьму, ведь у меня больше нет в ней острой необходимости. А вот ему самому сейчас явно требуется вся выдержка и выносливость, что у него есть, чтобы не уставать так сильно и восстанавливаться быстрее и легче… Только, интересно, как это делается? Вот об этом-то я у Рин спросить забыл…
Несколько секунд пристальным взглядом созерцаю чуть приоткрытые губы первого Короля Тени, одновременно с этим прокручивая в голове мысль о том, что хочу сделать, и пытаясь максимально сконцентрироваться на ощущениях внутри себя. Ну должно же оно хоть как-то чувствоваться… Внутри меня сейчас одновременно три источника, и я точно знаю, что они просто обязаны кардинально различаться между собой. Нужно просто постараться, ведь не может же в самом деле быть такого, что я единственный, кто не способен на это…
Сколько так проходит времени, я не знаю, но уже когда я почти готов отчаяться от осознания того, что ничего не выходит, совсем коротко едва ощутимо внутри что-то словно начинает легко-легко пульсировать где-то в области сердца, каждый раз резонируя с проговариваемой мною про себя мыслью, что я хочу вернуть подаренную тьму ее обладателю. Я даже не успеваю понять, какое из чувств посещает меня первым – радость или изумление, как в следующий миг это странное нечто внутри меня становится холодным и поднимается вверх, губы почти немеют, словно я долго дышал ледяным воздухом и почти рефлекторно и бездумно я наклоняюсь ближе к своему Королю и снова целую его, на этот раз медленно и скорее механически, почти не ощущая при этом соприкосновения.
Однако совершить задуманное мне все равно не удается, поскольку в то же мгновение, широко распахнув глаза в изумлении и почти испуге, Широгане резко отталкивает меня от себя с оглушительным после долгой тишины вскриком:
- Нет! Не надо!
Дыхание сперва перехватывает, но почти тут же отпускает, однако момент полной концентрации теряется и чужая тьма вновь бесследно растворяется в моей собственной. Пару раз кашлянув и придя окончательно в себя, вскидываю на первого Короля Тени взгляд недоумения и, чувствуя искреннюю растерянность от столь категоричного отказа, пытаюсь возразить:
- Но тебе это необходимо…
- Пожалуйста… – Широгане перебивает меня, не дослушав, и, внезапно с чувством схватив мои руки в свои и глядя на меня с какой-то отчаянной мольбой в глазах, произносит подрагивающим голосом. – Это меньшее, чем я могу отблагодарить тебя за все, что ты для меня сделал…
Несколько мгновений молчу, до глубины души потрясенный его словами и взглядом. Да что я сделал-то такого?… Однако, чуть помедлив, все же произношу вслух мысль, навязчиво засевшую в голове после разговора с Хомураби, стараясь только, чтобы в интонациях не прозвучало слишком много скептизма:
- Тебе не кажется, что это многовато, с учетом того, сколько проблем я создал, решив спасти тебе жизнь, которая и в смертельной опасности-то не была?…
- Жизнь?… – Широгане несколько секунд смотрит на меня так, словно вообще не понимает о чем я, а затем слегка качает головой и тихо проникновенно договаривает. – Акира, ты спас больше, чем мою жизнь. Ты спас мою душу… Ты даже не представляешь, из какого кошмара ты меня на самом деле вытащил… – и, мягко осторожно дотронувшись одной рукой до моей груди, добавляет чуть громче, прикрывая глаза. – Я хочу, чтобы это осталось у тебя. Пожалуйста, не отказывайся…
Почти невольно вздыхаю, и, притянув вторую его руку к своим губам и нежно поцеловав, чуть слышно отвечаю, соглашаясь и стараясь не выдать той бури эмоций, что сейчас кидают мое сознание из крайности в крайность – от горькой вины до бесконечной благодарности. Первый Король Тени счастливо улыбается, на взволнованное лицо вновь постепенно возвращается спокойствие, и, подавшись вперед, он прижимается к моей груди, с нежностью обнимая меня за плечи. Зажмурившись от переизбытка чувств, крепко обнимаю его в ответ, и на несколько долгих минут время и пространство снова замирают, оставляя лишь тепло тела любимого, шелест дыхания и неистовый стук сердца в груди…
Осторожно слегка отстранившись и подняв голову, Широгане с долей сожаления в голосе произносит, бросив короткий взгляд в сторону часов на стене:
- Уже поздно… Акира, ты только поправился, так что тебе все еще нужно достаточно сна, – и, тяжело вздохнув и усталым жестом потерев пальцами лоб, добавляет не то виновато, не то смущенно. – Да и мне, если честно, тоже…
- Тогда спокойной ночи, – ласково глажу его по щеке и, коротко коснувшись губ невесомым поцелуем, неторопливо поднимаюсь с дивана.
Он кивает с легкой полуулыбкой, но провожает меня немного странным взглядом, словно сомневаясь в правильности того, что я ухожу спать в свои комнаты. Закрыв за собой дверь, я на несколько секунд прижимаюсь к ней спиной и, прикрыв глаза, чувствую, как отпускает, наконец, легкое напряжение, в котором я пребывал все это время. Определенно, находится с ним рядом и при этом держать себя в руках действительно стало труднее. Что поделать, я ведь подросток, и тело требует своего…
Свечи в коридоре вспыхивают тусклым светом, и я неторопливо спускаюсь по лестнице на этаж приближенных, задумчиво разглядывая узор на полу с внезапно абсолютной пустотой в голове. Видимо, за один вечер слишком много информации и впечатлений, а я и правда только-только пришел в себя. Я даже не сразу воспринимаю тот факт, что у стены общей комнаты приближенных кто-то стоит, скрестив руки на груди и явно кого-то ожидая. И лишь поравнявшись с неожиданным ночным гостем, я все-таки прихожу в себя и мгновенно напрягаюсь, чтобы быть готовым среагировать на что угодно.
- Так, так… Смотрите-ка, кто к нам вернулся… – Романд произносит свое приветствие негромко, видимо не желая случайно привлечь внимание сестры шумом из коридора, но как всегда едко, постукивая пальцами по локтю в такт словам.
- А ты, должно быть, соскучился, если ждешь как любящая жена, – отвечаю в тон с презрительной усмешкой и осторожно, не теряя его из вида, делаю еще пару шагов к своим комнатам.
Признаться, соревноваться в оскорблениях прямо сейчас у меня нет ни малейшего желания. Не хочу портить вечер… Однако, надо полагать, Романда мое мнение довольно мало интересует, потому как он плавным движением отталкивается от стены и делает шаг следом за мной, продолжая нашу «беседу» как ни в чем не бывало:
- Слышал, ты чуть было не помер от маленькой царапины. И это так ты собираешься защищать своего Короля?
Сволочь… Ведь по самому больному зацепил. Резко развернувшись и чувствуя, как подергиваются от ярости жилки на лице, процеживаю сквозь зубы:
- Тебе правда интересно? Так могу продемонстрировать.
Насмешливо фыркнув и возведя взгляд к потолку, син отвечает, слегка растягивая слова:
- Боюсь, я буду разочарован… – а затем, внезапно вновь восстановив зрительный контакт, перестает гримасничать и с совершенно бесстрастным лицом произносит четко и отмерено, словно приказ. – Завтра, в семь утра, на тренировочной арене. Не придешь, я просто найду тебя и прибью там, где найду.
Развернувшись по окончании фразы, он направляется к лестнице, чтобы уйти. От такой смены поведения на мгновение я теряюсь, однако адреналин, уже разлившийся в крови, заглушает аналитический мыслительный процесс и уже скорее по инерции, нежели по желанию, я слегка присвистываю и, приподняв бровь в деланном изумлении, скептически произношу:
- Неужели собираешься избавиться от меня честным способом?
Где-то на задворках сознания мелькает мысль, что фактически я труп. Потому что драться сейчас, когда я даже не уверен в собственных силах и возможностях после такого ранения и стольких дней без сознания, это все равно что самому себе подписывать смертный приговор. И то, что Романд пришел за этой дуэлью именно теперь, лишь подтверждает расчетливую синовскую натуру. Но отказаться драться из-за страха, пусть и разумного… Да я же просто не способен.
Положив руку на перила и спустившись на одну ступень вниз, син внезапно оборачивается и, смерив меня холодным, но неожиданно спокойным взглядом, произносит с легким оттенком раздражения, выделяя каждое слово, словно оглашая элементарную истину:
- Нет, идиот. Я собираюсь заняться твоим обучением, чтобы в следующий раз от тебя было больше пользы, чем проблем, – и, усмехнувшись, но в этот раз без злости, скрывается в полумраке коридоров…
В какой-то момент я все же выхожу из ступора и понимаю, что я не сплю, а все еще стою посреди коридора с открытым ртом и вакуумом в голове. Я не ослышался?… Он правда сказал, что собирается… меня учить?…

Это напоминает ситуацию с разбитыми песочными часами – ты держишь их в руках, а потом – бах! – и они падают, разбиваются, и сквозь разбитое стекло высыпается песок. Но это даже не песок – это само время, ведь то были песочные часы!

Так и с нами – мы стоим, просто стоим рядом друг с другом, а потом происходит это самое «бах!», и я уже касаюсь твоих губ, Акира. Секунда превращается в яркую искру, а меня накрывает невидимым потоком, водоворот чувств затягивает все глубже, и я счастлив. Счастлив целую секунду, а может и больше. Как мне передать, как показать все, что я чувствую сейчас? Я счастливец, потому что могу целовать тебя, Акира, сколько бы это мгновение не длилось.

Но потом твои руки с силой упираются мне в плечи, и ты легко отталкиваешь меня.
И снова вспышка, но уже совсем другая. У меня в ушах застыл звук твоих шагов и стук собственно сердца. Будь я кем-то другим, я бы сказал, что оно готово разлететься на мелкие осколки, как стекло в песочных часах. Но Королю Тени такая роскошь непозволительна. Что меня бережет? Сама Тень или моя воля? Или моя вера, что однажды ты ответишь мне взаимностью?

Взбалмошный мальчишка! Кричишь, ругаешься и никак не можешь принять мои чувства. Но я всегда рядом, Акира – твоей тенью, твоим королем. Меня не пугает ожидание. Что значит все это время, если я смогу держать в руках вечность, когда ты передумаешь? Акира!

- Эй, Широгане, ты чего застыл? – ты стоишь в нескольких шагах от меня, ожидая, когда я подойду к тебе.

- В чем дело, Акира?

- Ты что, совсем меня не слушаешь? О чем только думаешь? Привел меня сюда, рассказал страшных историй про чертовых кокучи, про опасность для очередной жертвы, а теперь мы сидим тут и бездельничаем! Чего мы ждем, Широгане?

Ты продолжаешь ругаться, а я наклоняю голову и прячу улыбку в темноте. Привел, привел, и про опасность рассказал.

- Какой же ты нетерпеливый, Акира!

- Я тебя сейчас!.. – замахиваешься на меня, но я легко уворачиваюсь – играю с тобой и, как всегда, наблюдаю. Ты делаешь прыжок в мою сторону, легко пересекая пространство, сильная рука хватает меня за воротник, а я отклоняюсь назад. Все еще хочется засмеяться – твое ребячество выглядит таким забавным. Ты замираешь, глядя мне в глаза и осознавая, насколько мы близко сейчас друг к другу.

Из песочных часов выпадает последняя песчинка. Никакого хэппи энда и, в общем-то, вообще ничего не происходит. Бывает, кажется, что самый обычный миг может стать волшебным. И просто пересечение взглядов может стать чем-то большим. Но ты всего лишь злишься, а потом убираешь руку, и волшебства не происходит.

Я отворачиваюсь, одергиваю плащ и вглядываюсь в огни ночного города.

Порой я верю, что я река – спокойная, идущая своим путем. А ты океан, Акира. Сегодня невозмутимый и молчаливый, а завтра бушующий и кипящий. И знаешь, реки любят океан. Потому что все их потоки стремятся к нему.

Глава семнадцатая

Снова вдохнув, наконец, прохладный вечерний воздух Королевства Тени, прикрываю глаза и невольно улыбаюсь, чувствуя облегчение и какое-то странное тепло в душе, словно я и в самом деле вернулся домой. Как ни странно, но три дня пролетели неожиданно быстро, я даже не успел повыть от скуки. Шисуи приходил каждый день, утром и вечером, меняя мне повязки и долечивая оставшиеся следы ожогов, однако поговорить мне с ним нормально так и не удалось, ибо он, похоже, действительно был очень занят делами. Во всяком случае, каждый раз, как я его видел, выглядел он уставшим, хоть и улыбался как всегда, словно все в полном порядке. Но, по крайней мере, поблагодарить его я смог. В ответ на мои слова он как-то странно хмыкнул и ответил, что мне чертовски повезло с моей внутренней тьмой, ее количеством и силой, потому что будь ее хоть на самую маленькую частичку меньше, я бы умер на месте.
Выходит, тем фактом, что я вообще изначально остался жив, я неожиданно обязан второму Королю Тени. Подумать только… мой будущий недоброжелатель в прошлом спас мне жизнь, подарив в благодарность эту самую недостающую частичку своей тьмы. До чего же все-таки любит судьба приподносить сюрпризы…
Рюуко, к моему удивлению, больше не появлялся, но, надо полагать, на то были причины. Кроме того, что он довел себя бессонницей до жуткого состояния, обязанностей Короля ему никто не отменял. И потом… наверное, все-таки его несколько насторожило произошедшее между нами. Так что возможно, что он намеренно какое-то время решил избегать встречи и уж тем более оставаться со мной наедине.
Зато Ко и в самом деле примчался в мою комнату ни свет ни заря на следующий же день после того как я очнулся. Видимо, он действительно пребывал всю неделю в высшей стадии нервного напряжения, потому что, замерев всего на мгновение в дверях с выражением неверия и одновременно безумного счастья на лице, подросток буквально запрыгнул ко мне на кровать, стиснув меня в объятиях, и, уткнувшись мне в грудь, в голос разревелся, не в силах сдержать собственные эмоции.
Я в тот момент, наверное, впервые ощутил такое удивительное сочетание признательности и снисходительной нежности. Чувствовать, что он так сильно ко мне привязан, было чертовски приятно, хоть одновременно с этим меня и огорчало, что ему пришлось так переволноваться. Ласково ероша его короткие волосы, я нес какую-то успокаивающую ересь, которой, если честно, уже даже не помню, а про себя все пытался придумать, как же поосторожнее начать разговор об их с Рюуко взаимоотношениях. Однако, едва волна неконтролируемых эмоций прошла, Ко сам неожиданно резко вскинул голову и, глядя на меня все еще мокрыми глазами с почти умоляющим взглядом, срывающимся голосом тихо произнес:
- Скажи мне, что он не специально…
На мгновение я даже опешил – он что, правда, в этом сомневался? Впрочем… я не был уверен в том, насколько много Ко знает о случившемся. Как именно Рюуко ему об этом сказал? Вполне возможно, что первый Король Света просто напрямую обозначил факт того, что именно он меня ранил, а объяснять, что, в общем-то, я сам подлез под удар, не счел нужным. Либо, что наиболее вероятно, на объяснения не было времени. Ведь подросток столкнулся с ним и всеми остальными, когда они только вернулись во дворец. Естественно, что на кону стояла моя жизнь, и дорога была каждая минута. А потом… получив такой шок, он, наверное, и не хотел уже ничего слышать.
Мягко обхватив Ко за плечи и снова крепко прижав к груди, я так же негромко, но с улыбкой и как можно убедительнее ответил:
- Разумеется, нет. Это произошло случайно, и я сам виноват в случившемся не меньше. Так что не злись на него…
- Я не злюсь… – чуть отстранившись и покачав головой, подросток слегка нахмурился и смущенно отвел взгляд. – Просто… когда я тебя увидел… Акира, это было действительно страшно. И когда Рюуко-сама сказал, что это сделал он… – запнувшись, он немного нервно выдохнул и продолжил уже шепотом. – Я испугался… Даже не мог ничего ответить или спросить, просто стоял и смотрел на него, как идиот, а потом развернулся и убежал. Сам не знаю, что на меня нашло… Я всю ночь не мог уснуть, у меня в голове не укладывалось, как это могло произойти. В итоге, под утро я уже просто отключился и проспал тренировку. Но… он даже не пришел за мной… – на этих словах парень как-то странно сжался, словно ему внезапно стало холодно. – И я не знаю, что мне теперь делать. Мне было обидно за то, что произошло с тобой, но в тоже время я не могу подойти и поговорить с ним об этом, потому что боюсь, что он рассердился на меня за мое поведение…
Признаться, я едва подавил желание истерично засмеяться. Двое, избегающих друг друга из-за мысли, что каждый из них сердится на другого… Нет, ну ладно, ребенок, но Рюуко мог ведь догадаться об этом. Впрочем, в таком состоянии, в каком он пребывал всю эту неделю, это не кажется таким уж странным…
- Он не сердится. Напротив, он чувствует себя виноватым и очень переживает из-за того, что произошло, и в том числе за тебя… – и, поймав слегка недоверчивый и в тоже время полный надежды взгляд, я добавил чуть тише, улыбнувшись кончиками губ. – Поговори с ним… Он боится потерять тебя так же, как и ты его. Точнее, он уверен, что уже потерял. Скажи ему, что это не так…
Чуть помедлив, Ко осторожно кивнул и слегка улыбнулся в ответ. После этого мы плавно отошли от грустного к простым разговорам обо всем подряд, и больше я к этому не возвращался ни на следующий день, ни через день. Так что о том, поговорили эти двое, или все еще нет, я не знаю. Но надеюсь, что у них все наладится. Во всяком случае, ни один из них на самом деле не испытывает никаких негативных чувств к другому… А значит, все не так уж плохо. Дело лишь за временем, кто-нибудь из них все равно не выдержит и сделает шаг навстречу.
Почти не заметив, как проскочил все коридоры и лестницы дворца на пути к кабинету Широгане, я замираю перед уже такими знакомыми дверьми и, переведя дух, осторожно стучу в них. Однако меня неожиданно ждет разочарование – первый Король Тени на рабочем месте явно отсутствует, поскольку никто мне не отвечает, да и сами двери на проверку оказываются надежно заперты. Немного помедлив, я все же направляюсь дальше, на верхний этаж, решив, что как бы то ни было, но он не должен совсем уж сильно рассердиться, если я нанесу ему визит в личные комнаты. Я скучал по нему… и смею надеяться, что он тоже по мне скучал. Да и потом, ну должен же я как-то поставить его в известность о том, что я вернулся и вновь нахожусь в полном его распоряжении. В обоих смыслах этой фразы…
Однако и здесь история повторяется. Недоуменно застыв на несколько мгновений, немигающим взглядом уставившись в стену, начинаю лихорадочно соображать, где в такое время Широгане может быть – в библиотеке, в тронном зале или же еще где-нибудь – однако мои размышления прерываются короткой, чуть приглушенной фразой над самым ухом:
- Не ищи, его нет во дворце…
Резко отпрыгнув и развернувшись, обнаруживаю стоявшего у меня за спиной Хомураби, который насмешливо фыркает на мою реакцию и, сложив руки на груди, добавляет:
- И с возвращением.
- Не пугай меня так, – немного нервно выдыхаю, прикрыв на мгновение глаза, и уже спокойнее уточняю. – А где он?
- Понятия не имею, – и, слегка усталым жестом потерев пальцами лоб, второй Король Тени отстраненно поясняет. – Он просто сказал, что ему нужно уйти по делам и будет он поздно, а уж куда и зачем, он мне не отчитывается. И от помощи моей он сейчас категорически отказывается…
Удивленно моргаю:
- Почему?
- Ну… – Хомураби слегка усмехается и, окинув меня взглядом с ног до головы, произносит с легким скептизмом в интонациях. – Пока Широгане пребывал в трансе возле твоей постели, мне пришлось работать за двоих. Теперь, придя в себя, он в буквальном смысле выгоняет меня отдыхать, хотя вообще-то я и так себя прекрасно чувствую.
Мои губы невольно расплываются в улыбке:
- Ну… он благодарен тебе и чувствует себя обязанным.
Небрежно фыркнув, второй Король Тени слегка отворачивается и отвечает ворчливым тоном:
- Лучшей благодарностью мне будет тот факт, что он начнет думать над тем, что он делает. А с бумажками я и сам разберусь, – прикрыв глаза и чуть пожав плечами, он добавляет, немного растягивая слова. – К тому же мне чертовски скучно. Я настолько привык к своему постоянному распорядку, что даже не знаю, чем себя занять в такое вот внезапно возникшее свободное время, – и, снова обернувшись ко мне и улыбнувшись, он договаривает с совершенно иной лукавой интонацией. – Составь что ли компанию, а то в гордом одиночестве даже вино не пьется.
Его предложение невольно меня смущает, причем в основном именно та его часть, где упомянут алкоголь. Но, с другой стороны, с Рюуко я уже подобным образом вечер проводил, и в целом было совсем неплохо. Да и к тому же, мне тоже, в общем-то, все равно абсолютно нечем сейчас заняться, а Широгане вернется неизвестно когда. Так что… почему бы и нет.
Сдержанно киваю, соглашаясь, и Хомураби мягким жестом приглашает меня пройти в его комнаты следом за ним. Слегка нервно сглатываю, мысль о том, что я войду в столь личное пространство второго Короля Тени, оказывается неожиданно волнительной. Признаться, даже входя в спальню Широгане, я особо ничего не чувствовал, разве что немного опасался за реакцию своего Короля на подобное вторжение. А сейчас я действительно слегка нервничаю, хотя причин как таковых вроде и нет. Я уже утерял ту настороженность по отношению к Хомураби, которая жила во мне поначалу, как следствие нашей встречи в моем реальном времени. Так почему?…
Почти невольно задерживаюсь на пороге, окидывая взглядом просторную комнату в мягком сочетании темно-красного и… белого?… Должен признать, весьма неожиданное для меня сочетание. В том смысле, что я неожидал его именно от второго Короля Тени. Мне почему-то казалось, что он и в абсолютно черной комнате будет чувствовать себя ничем не хуже, чем в любой другой. Но такой контраст… Хотя не могу не отметить, что смотрится действительно красиво. И, несмотря на яркость, действует скорее успокаивающе.
Осторожно прохожу внутрь, аккуратно закрывая дверь. Хомураби коротким кивком головы указывает мне на широкий диван, на низеньком столике красного дерева уже стоят открытое вино и небольшой поднос с разными сладостями и фруктами, чуть поодаль от них одиноко возвышается наполовину полный бокал. Достав еще один из высокого стеклянного шкафчика, второй Король Тени устраивается рядом со мной, причем неожиданно близко, чем в очередной раз меня слегка удивляет. Я вообще заметил, что он совершенно не соблюдает со мной никакой дистанции, ни физически, ни эмоционально. С одной стороны, мне это приятно, но с другой, почему-то от этого я чувствую себя рядом с ним немного напряженно.
Осторожно принимая из его рук наполненный бокал, отмечаю, что в этот раз вино белое. И аромат несколько мягче, чем у того напитка, который я пробовал в кабинете у первого Короля Света. Пожалуй, он нравится мне больше… Почувствовав случайное легкое соприкосновение пальцами слегка вздрагиваю от неожиданности и рефлекторно почти отдергиваю руку, едва не расплескав содержимое бокала. Хомураби как-то странно смотрит на меня, чуть приподняв бровь в знак удивления, а затем с немного надменной интонацией произносит:
- Тебя что-то смущает?
Почти невольно слегка краснею за собственное невежливое поведение и, чуть помедлив, негромко отвечаю:
- Не то чтобы смущает. Просто мне немного неловко…
Насмешливо фыркнув, второй Король Тени непринужденно откидывается на спинку дивана:
- Ну-ну… Стесняться будешь в комнатах Широгане, а здесь нечего… – и, выдержав паузу и с внезапно задумчивым выражением лица возведя глаза к потолку, он иронично добавляет. – Хотя, пожалуй, нет. Если еще и ты вместе с ним будешь стесняться, ваши отношения так на одних словах и застрянут.
К счастью, я еще не успел сделать глоток, а только поднес бокал к губам, иначе я однозначно подавился бы от такого комментария. Метнув в сторону Хомураби слегка рассерженный взгляд, я уже открыл было рот, чтобы выдать ответную колкую реплику, однако он неожиданно резко вскидывает руку в предупредительном жесте и уже совершенно по-другому, мягко и доверительно улыбнувшись, негромко произносит:
- Ладно-ладно, не заводись… В любом случае, просто расслабься. Иначе я начну подозревать, что мое общество тебе все же неприятно.

Глава шестнадцатая

Помолчав еще несколько мгновений, показавшихся мне вечностью, Рюуко, наконец, вскидывает голову, однако все же не смотрит мне в глаза, и, вымучено и как-то слегка нервно усмехнувшись, негромко произносит:
- Наверное, так, как я, тебе жизнь не портил еще никто…
Ну… если быть честным, настолько близко к смерти я действительно оказался впервые. Но, в конце концов, это был мой собственный выбор. И даже по отношению к Широгане вряд ли первый Король Света желал, чтобы произошло что-то подобное. Как бы они не ссорились, это не было ненавистью…
Прикрыв на мгновение глаза и невольно тихо вздохнув, как можно мягче отвечаю:
- Не говори так. Я же знаю, что ты не хотел.
Чуть покачав головой, Рюуко возражает, снова неосознанно стиснув пальцами ткань одежды:
- Не важно, хотел я этого или нет. Я позволил этому произойти… – и, прикусив на мгновение губу и снова отвернувшись, он добавляет немного тише. – Это действительно чудо, что ты выжил.
- Но выжил же, – улыбаюсь уголками губ, стараясь вложить в интонации как можно больше убедительности и одновременно беззаботности, давая понять, что обо всем этом уже самое время забыть. – И в любом случае, я сам достаточно виноват в случившемся. Так что перестань брать всю ответственность на себя.
Обернувшись так резко, словно я сказал что-то вообще немыслимое и из ряда вон выходящее, первый Король Света, наконец, встречается со мной взглядом, в котором я явственно различаю помимо вины изумленное непонимание и… страх… Словно устав сдерживаться, подрагивающим от волнения голосом он неожиданно громко произносит с таким смятением, словно сомневаясь в том, что я вообще понимаю ситуацию:
- Акира, я тебя едва не убил… Тебя это что, ни капли не волнует?
Он боится… Только я не могу до конца понять, чего именно. Нет, разумеется, это всегда страшно – осознавать, что еще немного, и ты бы совершил непоправимое. И для него, как для призванного воплощать Свет, это тяжело вдвойне… Но, почему-то мне кажется, что дело не только в этом. Что-то другое… связанное непосредственно со мной, а не просто с произошедшим как таковым.
- А ты ждал, что я тебя ненавидеть буду? – почти невольно выходит едва слышно.
Судя по его лицу, похоже, действительно ждал. Фыркнув и чуть прикрыв глаза, он отвечает уже немного спокойнее и даже скептически, но все равно я остро чувствую его напряженность:
- Знаешь, для приличия, мог бы хоть и разозлиться…
- Ты себя в зеркало видел? – мягко усмехаюсь и, выдержав паузу, договариваю, снова ощущая легкий прилив трепетного тепла. – Как я могу злиться на кого-то, кто так за меня переживал?…
Тяжело вздохнув, словно это жест смирения с тем, что я идиот, Рюуко мягким движением отталкивается от стены, наконец, приближается ко мне и, чуть помедлив, опускается на край постели с той же стороны, где до этого сидел Широгане. Вблизи он выглядит еще более изможденным, алый свет в глазах поблек настолько, что кажется почти черным, и тени бессонницы как нельзя более мрачно дополняют этот вид. Не удивлюсь, если он все ночи продежурил в этой же комнате на пару с моим Королем. Внезапно выцепляю случайным взглядом едва заметные, уже почти стершиеся, но все же различимые красноватые следы на его щеке. Как от…
Слегка хмурюсь, рука неосознанно тянется к его лицу, но он мягко отстраняется, не позволяя мне прикоснуться. Покачав головой и улыбнувшись уголками губ, негромко произносит:
- Не надо… Я это заслужил.
Чуть помедлив, все же осторожно спрашиваю:
- Широгане?…
- Я тоже ожидал это от него, – Рюуко как-то загадочно усмехается и коротко договаривает, слегка отвернувшись. – Шисуи…
Удивленно моргаю, как-то не особо представляя себе что-то подобное. Шисуи правда поднял руку на первого Короля Света?… Я всегда считал, что он даже муху обидеть не способен. С его-то мягкостью и спокойствием… Мда, выходит, даже насчет его характера я достаточно заблуждаюсь.
Чуть перемещаюсь на подушках, стараясь устроиться поудобнее – от долгого пребывания в полусидящем положении порядком затекла спина… Неосторожное резкое движение сопровождается короткой вспышкой боли в груди, невольно срывая с моих губ тихое шипение. Обернувшись на звук, Рюуко окидывает меня внимательным и еще более виноватым взглядом, а затем едва слышно выдыхает, замерев в каком-то странном напряжении, словно желая прикоснуться ко мне, но не решаясь этого сделать:
- Тебе… очень больно?
- Нет… – мягко улыбаюсь, стараясь, чтобы прозвучало как можно убедительнее.
Он слегка прикусывает губу и вновь прячет глаза, но я успеваю заметить снова этот странный, непонятный мне страх. Немного помолчав, все же не выдерживаю и, слегка подавшись вперед, осторожно доверительно произношу:
- Рюуко, в чем дело? Почему ты держишься со мной так настороженно?
Первый Король Света едва заметно вздрагивает от моего вопроса, на лице мелькает тень неуверенности, словно он сомневается, как же все-таки поступить – объясниться или сделать вид, что все в порядке.
- Я не знаю…
Он произносит это настолько тихо, что я едва разбираю слова, и тут же замолкает, словно не в силах подобрать слова. Однако, когда я уже, устав ждать продолжения, собираюсь перевести тему в другое русло, чтобы хоть немного снять повисшее напряжение, Рюуко все-таки договаривает немного громче, хоть и по-прежнему не поднимая взгляда:
- Я не знаю, как объяснить то, что я почувствовал, когда ранил тебя… Из меня словно душу выдернули, – он снова запинается на мгновение, но я этого почти не замечаю, чувствуя, как сердце от его слов пропускает удар, а по коже пробегает холодок. – Я в тот момент как будто сам умер, настолько все стало безразлично… И больно… – при этих словах он нервным неосознанным жестом прижимает руку к груди, с той стороны, где сердце, и судорожно выдохнув, стискивает пальцами ткань одежды, словно ему больно прямо сейчас. – Мне становилось легче, только когда я был с тобой рядом и слушал, как ты дышишь. Чувствовал, что ты все еще живой, и надеялся, что все обойдется… Я испугался. И вовсе не того, что совершил. Не пойми меня неправильно, я не хочу сказать, что мне все равно и я могу любому причинить вред без зазрения совести… Но в тот момент я испугался, что не станет именно тебя, – наконец, вскинув голову, он уже почти выкрикивает последние слова, очевидно, не совладав с собственными эмоциями. – Я не знаю почему, не понимаю, откуда у меня к тебе такие сильные чувства!… Я всего-то разговаривал с тобой пару раз, я тебя почти не знаю… но… – оборвав фразу, словно сил продолжать уже не осталось, Рюуко отворачивается, прикрыв глаза и с силой стиснув зубы, но, в общем-то, в продолжении ни один из нас уже и не нуждается.
Я услышал и понял все, что он сказал, и что не сказал – тоже. И от осознания произнесенного мне теперь самому становится не по себе. Возможно ли… что он действительно почувствовал нечто особенное, ощутил нашу с ним связь?… Даже если и не понял, что это было?… Одна душа на двоих. Две жизни, переплетенные единой судьбой. Каково это, чувствовать, как умирает твое будущее от твоей же руки, но, не зная об этом, не понимать, откуда такое отчаяние?…
Отчаяние. Вот что он чувствовал все эти дни. И готов спорить, он познал это чувство впервые. Поэтому ему страшно…
Мне-то легче, я знаю, что и почему происходит. И мне действительно жаль, что ему пришлось все это прочувствовать. Хоть он и натворил дел, но, как я уже сам ему сказал, не он один виноват… Рюуко все еще прижимает руку к груди, и, чуть помедлив, я слегка подаюсь вперед, к нему, осторожно обхватывая пальцами судорожно сжатую ладонь в черной перчатке. Он удивленно выдыхает, поднимая на меня взгляд, и я просто успокаивающе улыбаюсь в ответ. Я не знаю, как и что сказать ему на его слова… Но, думаю, у меня и на лице неплохо написано, что я сейчас чувствую.
От соприкосновения… медленно, мягкими волнами накатывает тепло. Не яркое, но чувственное. И по слегка растерянному выражению лица первого Короля Света я понимаю, что он тоже это ощущает. Внезапно до моего удивленного сознания доходит тот факт, что это первый раз, когда мы прикоснулись друг к другу… И, похоже, впредь этого делать не стоит. Но это чувство… оно хоть и странное, но приятное.
С трудом сдерживаю легкую усмешку, наблюдая, как Рюуко едва заметно краснеет. Мда, видимо он, в виду своей непосвещенности в секреты нашего с ним бытия, воспринимает происходящее через призму несколько иных чувств, и его это явно чертовски смущает.
Отпускаю его и даже, на всякий случай, слегка отодвигаюсь. Приятно или нет, но почему-то я более, чем уверен, что подобное может иметь для нас обоих не самые лучшие последствия. Не говоря уже о том, что я только что лишний раз поставил себя под подозрение, и не важно, что я просто хотел его успокоить. Я должен быть осторожнее… Рюуко, конечно, в отличие от Широгане, до каждой мелочи докапываться не станет, но такое явление даже он вряд ли оставит без внимания. А сейчас еще рано говорить о том, кто я такой. Я… сам еще к этому не готов.
То ли решив подумать над этим позже, то ли списав все на свое нервное состояние – а я очень надеюсь на второй вариант – но, пару раз моргнув, словно прогоняя наваждение, первый Король Света на несколько мгновений отводит взгляд в сторону окна, уже почти спокойно созерцая пробивающийся сквозь ткань штор красноватый отсвет, говорящий, что время к закату, а затем негромко произносит, неожиданно вводя меня в легкое замешательство:
- Знаешь… а ты был прав.
Как будто в продолжение нашего последнего разговора… И, пожалуй, я даже догадываюсь, что он имеет в виду, но на всякий случай все же уточняю:
- О чем ты?
- О Широгане, – выдержав короткую паузу, он продолжает немного тише, но неожиданно проникновенно и с искренним сожалением в голосе. – Я… никогда бы не подумал, что все, что я видел все эти годы, действительно всего лишь маска, в которую он вжился настолько, что даже забыл, как снимать. Похоже, что только ты ему и смог это напомнить…
Прикрываю на мгновение глаза, чувствуя, как с души медленно, но верно сваливается тяжелый камень всей атмосферы взаимоотношений прошлого. Ради того, чтобы это услышать, стоило рискнуть жизнью…

Широгане открывает глаза и сразу же, привычно, поднимает взгляд на тумбочку. И улыбается. Яблоко лежит там, где и положено.

Юный король тени хватает его, касается губами гладкой кожицы и благоговейно шепчет:

- Рюуко…

На бледных губах расцветает улыбка, украшая щеки сина милыми ямочками. Он пережил еще одну ночь кошмара и все благодаря назойливому рею.

Настойчивому, нахальному, улыбчивому рею.

Широгане сел на кровати, поджимая ноги под себя, натянул одеяло на плечи и задумчиво повертел яблоко в ладонях. Гладкая кожица глянцево блестела, источая приятный аромат сока.

Интересно, а что почувствовала Спящая Красавица, когда откусила от отравленного яблока?..

Широгане усмехнулся и отложил фрукт в сторону. Встал, привел себя в порядок. Весь день будущего короля расписан по минутам, но иногда в нагромождении занятий, уроков и важных встреч удается найти лазейку.

Но только не сегодня. Или сегодня, но вечером. Не сказать, чтобы Широгане был не рад этому. Наоборот – чем больше дел, тем лучше. Тем меньше времени остается на мысли, на страхи, на самокопание.

Уродливые темные пятна скачут по лицам синов и реев, словно играя в пятнашки. Широгане жмурится и молит про себя «исчезни!». Но пятна не пропадают.

В голубых глазах юного короля потихоньку застывает лед. Широгане ощущает, что попал в ловушку. Она находится в нигде и в никогда. Там нет дверей и окон, лишь гладкие, блестящие, уходящие ввысь зеркала. Бесконечное множество «Я», существующих в зазеркалье.

Бесконечное множество страхов и теней.

«Хомураби говорил, что у короля есть дар – и проклятье. Может быть, видеть эти тени, эту тьму – и есть мое проклятие?»

Широгане закусил губу и попробовал прислушаться к тому, что говорил какой-то советник, приближенный к Трону. Но суть слов ускользала от сина, проваливаясь в тартарары.

Тень медленно расползалась по лицу говорящего, опутывая его своими щупальцами, торжествуя в своей безнаказанности. А Широгане лишь сильнее закусывал губу, расширенными от ужаса глазами следя за советником.

Это ведь сон, да? Лишь гадкий, липкий, затянувшийся кошмар!.. Или вся реальность – сон? А он, Широгане, сидит один в комнате с зеркалами, в кровь сдирая ногти, пытаясь пробиться наружу?

- Широгане-сама!..

Син моргнул и испуганно отшатнулся. На языке был привкус металла, а по подбородку стекло теплое… кровь? Прокушенная губа ныла.

Хомураби извинился перед Советом и вывел Широгане из зала.

- Что с тобой?- без предисловий спросил син, прищуривая изумительно изумрудные глаза.

-Что со мной?..- растерянно повторил Широгане, присматриваясь к Хомураби. Да, тени и в него пустили свои корни… много теней…

- Так, похоже, ты не в себе.

- Я в нигде, Хомураби. Я нигде и никогда…

- Ясно. Я пришлю к тебе лекаря. Иди к себе в комнату, отдыхай.

- Я не болен, Хомураби,- Широгане слабо улыбнулся,- Я просто сошел с ума.

- И это лечится,- усмехнулся син,- Иди-иди.

Широгане хотел сказать, что видит тень Хомураби, но, почему-то, не смог вымолвить ни слова. Губы беззвучно зашевелились, проговаривая фразу. Широгане рассмеялся. И пошел в комнату.

Там осталось яблоко, гладкое, как залакированное. Там можно кричать. Попробовать напасть на тьму. И можно запереться и не открывать. Лекарь не поможет, ведь лекарь тоже болен тьмой. Тени проникли в его мозг и управляют им изнутри.

Это бред-бред-бред, но это правда-правда-правда. Но никто, никогда и нигде не поверит.

Потому что Широгане никому не может рассказать.

Син остановился на лестнице. Он не хотел идти в комнату. Там слишком опасно находиться.

Широгане улыбнулся. И быстро свернул направо, прокрался к выходу и выскользнул из замка. Через сад син бежал стремглав, боясь, что Хомураби обнаружит его отсутствие. Белый замок, близнец Темного, приближался. Гладкие стены гордо возвышались над деревьями и цветами. Широгане промчался под распахнутыми створками, огляделся. Ни одной тени… ни капли тьмы!..

Осталось только найти того, ради кого Широгане пришел сюда.

- Знаешь, Шисуи, я не думал, что это так интересно!..

Широгане обернулся. Из бокового коридора вышел Рюуко. Его сопровождал Шисуи, держащий в руках стопочку книг.

- Рюуко-сама, вот видите. Политика – это очень познавательный предмет… Э…

Реи удивленно замерли. Широгане подскочил к Рюуко и схватил за руку. Бросив ревнивый взгляд на Шисуи – ну, только помешай нам! – син шепнул Рюуко на ушко:

- Пойдем к тебе.

Будущий король рей улыбнулся и кивнул:

- Хорошо. Шисуи, прости, мне нужно отойти ненадолго.

- Ужин подадут вам в комнату, Рюуко-сама,- улыбнулся регент Света.

Рюуко кивнул и повел Широгане за собой, спеша поскорее увести сина из холла.

- Ты считаешь, что я сошел с ума?..- тихо спросил Широгане в спину рею.

Тот пожал плечами:

- Возможно, я тоже.

Дверь в комнату рея открылась сама, как только Рюуко приблизился к ней. Широгане на миг замер на пороге, осматриваясь. Тени, тени, тени?.. Нету! Ни одной!..

Широгане с облегчением вздохнул и шагнул к кровати, опустился на краешек.

- Что случилось, Широ?..

Рюуко сел рядом, предварительно захлопнув дверь. Путь к бегству был отсечен. Син виновато улыбнулся и пожал плечами:

- Ты не поймешь.

- Знаешь…,- Рюуко мягко накрыл ладонь Широгане своей, сжал,- Ты просто попробуй рассказать. Выговорись. Тебе станет легче.

-Я.. я не могу!..- Широгане замотал головой, отдернул ладонь, закрывая лицо руками,- Я хочу, но не могу!.. Это сны! Сначала просто сны! Темнота! Понимаешь, просто темнота! И ничего больше!.. А потом – зеркала!.. такие гладкие, блестящие, холодные!.. И в них – я. Я везде и нигде, понимаешь!.. Я не настоящий!.. Я псих, Рю!!!…

- Ты балда,- тихо улыбнулся Рюуко, обнимая сина за плечи и прижимая к себе,- Знаешь, я тоже мог бы сказать: «ты не поймешь». В мои сны приходит свет. Беспощадный и бесконечный свет. И нет ни одной тени, где можно было бы укрыться от этого палящего ада…

Широгане замер, растерянно посмотрел на Рюуко снизу вверх. Не врет?..

- У тебя.. тоже… ад?..

Рюуко кивнул и улыбнулся:

- Ну да.

- И ты… не боишься?..

- Неа.

Широгане облизнул вмиг пересохшие губы и глухо спросил:

- Почему?..

- Потому что у меня есть ты.

Ты…ты…ты…

Слова эхом отозвались в душе Широгане. Он почувствовал, что просто обязан сейчас сказать что-то очень, очень важное, что-то, что, возможно, изменит всю его жизнь… Что-то родное и теплое, и…

- Я…

- Широ, что у тебя с губой?!

Широгане растерянно замолк. Рюуко встревожено глядел на него. Сказать, что «ты ничего не понимаешь»?!.. Оттолкнуть?.. Опять?..

Широгане глубоко вдохнул – словно перед нырком в воду – и потянулся к Рюуко. Прошептал ему в губы:

- Попробуй – узнаешь..,- и мягко, нерешительно поцеловал.

Рюуко ответил – неопытно, ласково и сладко. Слишком сладко, чтобы отпускать…

- Знаешь… мне кажется… у меня новое сумасшествие…

- М?..

- Ты…

Син входит в комнату как в реку – крепко зажмурившись и задерживая дыхание.
В висках отчаянно пульсирует кровь, а по венам бежит адреналин.

Страх.
Страх умереть во сне, рассыпаться искрами и исчезнуть – навсегда.
Прекратить существование, перестать чувствовать, переживать, улыбаться, мыслить… Это жутко.

Вымораживает от попыток представить это.

«…Первая смерть… Отчаянный кошачий вопль… Маленький Широгане бежит по двору, заворачивает за угол и кричит. Кричит от ужаса. Задушенное кошачье тельце покачивается на проволоке, подвешенное к нижней ветке дерева. Глаза безумно выпучены, пасть раскрыта…

- Что… что с нэкой?..- тихо, глупо, жалобно шепчет син, не имея сил сдвинуться с места.

Кажется, что блестящие зеленые глаза смотрят прямо на него, взгляд проникает в душу, запоминает, выворачивает наизнанку, перетряхивает… Изменяет навсегда…

- Все нормально, Широ. Пойдем, у тебя сейчас уроки по расписанию.

Хомураби быстро уводит короля в Замок, но Широгане уже понял. Нэка умерла. Навсегда-навсегда…»

Этот сон до сих пор преследует его. Скрип веток, тонкий запах сакуры и жуткий взгляд стекленеющих глаз…

Хочется кричать и биться в истерике, забыть, прекратить этот кошмар, вырваться из замкнутого круга.

Но никто не поможет. Королю Тени некому довериться, некому рассказать о своем страхе.

Син входит в комнату, включает свет и падает на кровать. Переодевается, забирается под одеяло и замирает. По стенам ползут тени, полосатые, как кошки. Чтобы выключить свет надо сделать три шага к стене и три шага
обратно.

Широгане лишь крепче сжимается в комок и закрывает глаза.

Дверь скрипит.

Новый запах смешивается с ароматом корицы и ванили, которыми пропахла комната сина.

- Ты опять пришел?- тихо шипит Широгане.

- Да,- просто улыбается Рюуко и садится на край кровати,- Я не помешал?

- Если я скажу «да» – ты уйдешь?- фыркает Рюуко и откидывается на кровать.

Спиной вперед – как в пропасть. Широгане на миг замирает, следя за развевающимися волосами рея, но потом подскакивает и пытается столкнуть его. Рюуко смеется и дразнится:

- А у меня есть яблоко!..

- Дашь?- подкупающе робко интересуется Широгане, отпуская рея.

- Дам,- кивает Рюуко и вновь падает на кровать.

Широгане, улыбаясь, перебирает пальцами черные блестящие пряди его волос, заплетая в свободные косички, сворачивая кольцами и наматывая на пальцы. Син успокаивается. От Рюуко пахнет хлебом и чаем. Такой странный тонкий запах наполняет холодную темную комнату короля тени уютом.

- Ты все еще думаешь, что я не понимаю?- спрашивает Рюуко, доставая яблоко.

- Не понимаешь…,- отзывается Широгане, жадно рассматривая фрукт.

- Ты боишься…,- задумчиво проговаривает рей.

- Боюсь,- соглашается син и тянет руку к яблоку.

- Расскажи!- Рюуко проворно прячет яблоко за спину и улыбается.

- Ты не поймешь!..

- Ну-у, я хотя бы попробую.

Рей подмигивает. Широгане нервно смеется и качает головой. Сейчас он выглядит слишком усталым и слишком взрослым для своих 16 лет.

Рюуко разжимает пальцы, и яблоко падает на кровать, мягко проваливаясь в складки пухового одеяла.

- Это опять сны?..

- Да…,- шепчет син, закрывая глаза.

А рею не нужно других разрешений. Он робко обнимает Широгане за плечи, притягивает к себе, обнимая, даря тепло, свет, защиту… Все, что можно – даря этому глупому и гордому существу.

Широгане утыкается лицом в плечо Рюуко и судорожно цепляется пальцами за рубашку на его спине. Рей гладит его по волосам и тихо баюкает.

Потом, когда син засыпает в его руках, Рюуко аккуратно укладывает его на кровать, встает и выключает
свет. Тихо уходит, чтобы вернуться завтра, оставляя на тумбочке яблоко, как главное доказательство своего существования.

Это не сон.

Когда-нибудь… когда-нибудь, Король тени сдастся и расскажет. Все.

Темное пятно застыло на потолке и пульсирует, как сердце. Тень или не тень?

Казалось бы, кто лучше темного короля должен разбираться в этих вопросах?.. Но, увы – глаза не в состоянии распознать сущность тьмы, забившейся в угол и щерившейся щупальцами-тенями по потолку.

Широгане кутается в одеяло и прячет лицо в подушке. Мягкая ткань пахнет чем-то кисловатым, терпким, фруктовым. Яблоки?.. Возможно, яблоки…

Темный король замирает и старается не думать о тени на потолке. Но лежать без света спиной к опасности – еще страшней. Так и кажется, что тень заворочается, распрямит щупальца и бросится вниз, целясь в беззащитное горло…

- Ты не спишь?..

Скрип двери. Тонкий лучик света как ножом перерубает связующие нити между тьмой и тенью. Широгане поднимает голову и, щурясь, смотрит на вошедшего.

- Рюуко?..

- Мне показалось, что тебе нужна помощь…,- король света нерешительно стоит перед дверями и смотрит на Широгане.

- Тебе показалось,- син пожимает плечами и отворачивается.

- Может быть, я могу посидеть с тобой?..

- Пожалуйста, уходи. Я устал,- Широгане накрывается с головой и молится всем монохромным богам, чтобы назойливый рей ушел.

Шорох шагов. Скрип пружин в кровати. Натяжение ткани.

-Ты не поймешь…,- шепчет Рюуко и мягко гладит Широгане по волосам, пропуская серебристые пряди между пальцев,- Я чувствую, как тебе плохо.

- Это ты не поймешь, никак не поймешь!.. Мне не нужна твоя помощь!..- темный король дергается и отталкивает руку рея.

- Пожалуйста…

Син замирает.

- Пожалуйста… Не прогоняй,- Рюуко слабо улыбается и ложится рядом с Широгане, подкладывая ладонь под щеку,- Я боюсь темноты.

Откровенность за откровенность?.. Широгане нерешительно мнет одеяло пальцами и вздыхает:

- Тебе снятся кошмары?

- Не-а,- улыбается Рюуко,- Мне вообще не снятся сны.

Широгане поднимает взгляд на темное пятно. Потолок чист. Показалось?..

- Что ты там высматриваешь?- заинтересованно спрашивает Рюуко, приподнимаясь на локте.

- Неважно,- отрезает Широгане,- Засыпай. Посижу с тобой, чего уж там…

- Спасибо,- Рюуко быстро наклоняется и целует Широгане в щеку. Син изумленно моргает.

- Не хмурься,- смеется король света и закрывает глаза.

Единственное яркое красное винное пятно исчезает из темного тусклого мира короля тени. Широгане вздыхает, укрывает Рюуко одеялом и садится рядом, слегка покачиваясь – вперед-назад.

- О, погоди… Это тебе,- Рюуко достает из складок юката яблоко и кладет на тумбочку.

- Спи, спи,- ворчит Широгане, невольно улыбаясь.

По комнате медленно расплывается яблочный аромат – свежий, кисловатый, насыщенный…

Темное пятно на потолке дрожит, тает и теряет свою острую, отчаянную опасность.

Сон? Возможно, сон…

Возможно, ничего этого нет, но пальцы ощущают тепло тела спящего рея даже сквозь одеяла.

Возможно, это и есть самое важное…