Автор: Tod

Фэндом: Kuroshitsuji

Дисклеймер: Тобосо Яно, мне и скучно, и просто жить надоело…

Рейтинг: Неизвестен, допишу – узнаем.

Жанр: Драмма, стеб, юмор, маленькое ублюдство и… О, да! Пародия на хэппи-энд! А далее посмотрим позже.

Пейринг: Sebastian/Ciel вроде бы как…

Статус: Ищу вдохновения…

Примечание: Глава ведется от лица Себастьяна.

Знаете, у любого есть определенные цели, которые должны быть рано или поздно достигнуты. У меня тоже есть такая цель, но на ее пути стоит сама цель – это Сиель.

Этот мелкий узурпатор, который обязан стать моим контрактером… Сначала я думал, что все будет просто… Ну, вы же понимаете, как это обычно бывает: изначально надеешься как ничего несведущий, потом доверяешь опыту своему, а после ты просто становишься самонадеян… И вот я впал в эту высшую стадию, как когда-то Англия вошла в эпоху империолизма, благодаря Королеве Виктории…

Ну, сейчас не об истории. Я стал слишком самонадеян и решил, что смогу сломить любую душу к контракту. Но, не знаю радоваться или плакать, Сиель – тот еще кракатук. Довольно-таки беспечный и подлый орех. Мелкая сволочь, возомнившая себя королем. Малолетний ублюдок с неутолимой жаждой власти и манией величия. Проще говоря, я недооценил кошмара положения и даже наоборот, посодействовал наискорейшему введению меня в слуги безжалостного сопляка…

Разумеется, как и любому на моем месте нужен покой, отдых, уход, в конце концов. Как раз под мое убитое настроение наидобрейшая душа, в отличие от своего племянника, – Анжелина – принесла бутылку прекрасного коньяка. Да, я не отказался выпить с ней. Но и кто бы отказался посмаковать спиртное в обществе прекрасной женщины…?

Правда, собственно, как и всегда, найдется маленькая дрянь, которая норовит все испортить. Ну, конечно же, я говорю о Сиеле. Он – тот, кто выглядывал из-за угла, прикрываясь, что просто пьет кофе. Но я же знаю, этот маниакальный мальчик, который ненавидит кофе, а признает лишь чай, внимательно следил за мной и Анжелиной, сверля своими злобными синими глазами полными какого-то праведно-ревностного огня… Сочетание так себе, особенно, если учесть его последствия…

Через некоторое время мою спину перестал сверлить пристальный взор, и тварь, пожирающая до этого мою несуществующую совесть, соизволила успокоиться. Малец наконец-таки решил оставить меня в покое, а это, знаете ли, уже внеземное блаженство.

Хоть тетка у Сиеля и была закаленной женщиной в сфере спиртного, она вскоре напилась и отключилась. Ну, я, как джентльмен, отнес Анжелину в ее же спальню и уложил на кровать, чтобы она проспалась, а завтра была как стеклышко.

После этого я собирался пойти к моему, наверняка озлобленному мальчику для разговора начистоту. Его не оказалось в комнате, да и вообще в квартире. Почему же я не удивлен?.. И, как назло, сейчас включилась та самая тварь, начавшая вновь бессовестно грызть мою до сих пор несуществующую ответственность.

Я вышел на улицу, честно говоря, даже не зная, куда идти. Но в этом мне помогла совестегрызка, указавшая мне направление, в котором некоторое время назад скрылась моя головная боль. Я шел, шел и шел… Шел довольно долго. Наконец, я услышал довольно-таки забавный разговор, в котором был слышен голосок моего мелкого господина. Ну, чтобы посмеяться, я опишу его с самого начала.

- Эй, девушка! Обернись-ка! – я чуть не лопнул от смеха, потому что эта фраза предназначалась Сиелю. Ну, разумеется, он сначала проигнорировал тех, кто посмел оскорбить Его Величество Злюку, но даже при всей своей выдержке он не смог перебороть свой гнев после такого омерзительного, пятого по счету, обращения к его персоне. Когда Сиель с разъяренным лицом обернулся на жалких людишек, я чуть не надорвался от хохота, что завладел мной от столь комичной картины.

Но, только я посмел предаться некоторому веселью в своей жизни, как заметил, что моего вредного мальчишку захватывают в кольцо. Похоже, что они, наконец, поняли, что моя сопливая девочка на самом деле таковой не является даже, несмотря на свой невыносимый характер. Разумеется, как любой человек, желающий показать себя в более приятном свете, а для заключения контракта мне необходим определенный авторитет, я решил немного подождать, пока Его Высочество не поймет, что застигнуто врасплох. И тут появлюсь я, такой принц, что покарает преступников, посягнувших на мою собственность, хотя, мальцу это знать не стоит.

Я продолжал наблюдать за сворой ребят-суицидников, осмелившихся приблизиться к моему призу. Почувствовав, что ярость этой шпаны дошла до кульминации и разорвала терпение в мелкие клочки, я собрался помочь Сиелю, как джентльмен помогает своей даме, но… Но, черт подери, я вновь недооценил сопляка! Уже через несколько минут боя он откинул своих недругов к стенке, возле которой они распластались как ошметки. Мальчишка лишь отряхнул руки, брезгливо фыркнув на сброд, что посмел посягнуть на эту маленькую леди.

Малец расположил свою особу на близлежащей скамейке, разумеется, сев на спинку и свесив ноги на сиденье, которое было довольно-таки грязным от частых на нем соитий, распивания спиртных напитков и курения. Я же остался в растрепанных чувствах, потому что теперь мне и вовсе не были известны способы подступа к данному созданию, именуемого Сиелем. И все же, я решил подойти к нему именно сейчас, он казался более расслабленным после того, как отколотил тех идиотов. Я встал около его скамьи, на которой Сиель расположился как на троне, он, казалось, не обратил на меня особого внимания и лишь прикрыл глаза, явно не боясь, что я могу причинить ему вред. Мальчишка либо слишком наивный, либо слишком самоуверенный. Хотя… пф, скорее и то, и другое.

- Чего тебе? – наконец подал он признаки того, что соизволил заметить меня.

- Ты не рад меня видеть? – приторная улыбка с моей стороны.

- … .

- Мне расценить это как подтверждение?

Немного помедлив, маленький узурпатор кивнул.

- О, какие мы злые и надутые! И чем же я провинился перед Вами, Ваше Высочество? – растягивая слова, сказал я и одарил его надменной ухмылкой.

- Тем, что приперся, – усталым будничным тоном ответил он.

- Ну, и как?

- Мне было бы приятнее целоваться с кафелем на полу, чем с тобой.

End of third chapter.

Автор: Tod

Фэндом: Kuroshitsuji

Дисклеймер: Тобосо Яно, приношу свои глубочайшие извинения в своем некрологе…

Рейтинг: Неизвестен, допишу – узнаем.

Жанр: Драмма, стеб, юмор, маленькое ублюдство и… О, да! Пародия на хэппи-энд! А далее посмотрим позже.

Пейринг: Sebastian/Ciel вроде бы как…

Статус: Был женат два раза. Оба неудачно. В первый раз идея ушла, во второй нет.

Примечание: Автор заметил ужасную традицию начала глав с утреннего времени…

Я разлепил было глаза, как чуть не ослеп от солнечного света… Это означало начало нового дня и обеденное время, а еще это означало взбучку Себастьяну за опоздание.

Встав с постели, даже не удосужившись ее заправить, я прямиком шмякнулся за компьютерный стол, включил саму машину и приготовился к длительному процессу загрузки.

- Ну, неужели, соблаговолил-таки! – компьютер наконец-то загрузился. Я тут же принялся искать свой последний шедевральный бред, потому как плохо помнил, куда именно запихал его… Но я же Фантомхайв, а потому эта штука сдалась после непродолжительного боя, а я преспокойненько принялся за дело.

Думаю, всем известно, что писатели, да и вообще творческие люди, мало что замечают вокруг во время сотворения чего-либо. Ну, я же тоже вхожу в их число, поэтому, когда Себастьян подошел сзади и положил свою руку мне на плечо, чтобы позвать к завтраку или еще для чего-то, я рефлекторно ударил его по наглой улыбчивой морде. И, конечно же, дабы не спалиться, мой инстинкт самосохранения тут же позакрывал все окна и вырубил компьютер к чертям.

- Сиель, это вообще-то грубовато с твоей стороны, – поучительным тоном сказал мне Себастьян, пока мы шли на кухню.

- Чты? Это ты наглость потерял: опаздываешь, да еще и к господину сзади подкрадываешься во время его работы! – негодовал я. Если честно, то надо было бы еще раз заехать ему по личику, но я был слишком горд, дабы попадать в дурацкое положение дважды.

- Да прекрати ты уже, мелкий узурпатор! – гневно прошипел озлобленный слуга, когда  мы входили на кухню. На данном фронте восседала тетушка Анжелина, и, как уже можно было понять, со мной и подданным произошла удивительнейшая метаморфоза, даже жутковатая…

- Сиель, присаживайся, – Себастьян отодвинул мне стул около стола, я, садясь, не упустил случай наступить ему на ногу.

- Ну, что ты, Себастьян, не стоило… – улыбчивое выражение лица с подтекстом: убью, вот только подожди…

- Ребят, вы чего, меня за идиотку держите? – рассержено вопросила Анна.

Мы сначала начали кивать, а потом резко мотать головами, понимая, что за кивок недолго на эшафоте оказаться.

Ладно, тетка ушла, а потому атмосфера приняла свой обыкновенный видок…

- Да отойди ты! – отмахиваюсь от Себастьяна, загородившего мне проход из кухни.

- Нет, давай обсудим с тобой кое-что, Сиель, – он поднял меня на руки как принцессу (еще одно обещание убить его) и усадил на стул.

- О чем же, презренный раб?

По лицу Себастьяна мне стало понятно, что он потерял какую-либо надежду на то, что я когда-нибудь примирюсь с его существованием рядом со мной.

- Насчет наших отношений, – сказал он с серьезным лицом и вздохнул. – Может, прекратишь вести себя словно маленький ребенок, которого обделили подарком получше.

- Почему же словно…? – злобно прошептал я. Нет, конечно, не специально для того, чтобы он услышал. Нет, конечно, не ради издевательства над ним. Нет, конечно же, не для моего злорадства над его беспомощностью относительно моего поведения. Но, черт подери, все именно для этого!

- Ты слишком упрям… нет, ты слишком не любишь перемены в жизни, – проговорил Себастьян, отчаянно вздыхая. – Сиель, – он засмеялся. – Ты безнадежен.

- О чем ты, глупый подданный? Тебе не стыдно так разговаривать со мной? – я, мягко выражаясь, в неконтролируемом бешенстве. И объект, вызвавший у меня такое состояние – да-да, именно Себастьян. Именно этот индивид. Именно эта сволочь.

- Сиель, будем же откровенны друг с другом. Ты ведь ведешь себя так, не потому что я тебе неприятен, а наоборот. И тебе страшно из-за этого, – он склонился ко мне (мой треклятый маленький рост!), смотря  в глаза и будто гипнотизируя…

- Знаешь что…? – я невинно прикрыл глаза, после чего выглянул из-под ресниц (ну, почему, почему у меня женственная внешность?!) и смущенно улыбнулся.

- В чем дело, Сиель? – спросил он, лыбясь.

Я хмыкнул, сжал руку в кулак и… мощнейший хук правой!

- Да пошел ты, Себастьян! – после этих слов я, гордо развернувшись, вышел из злосчастной кухни, важно чеканя шаг.

- Нет, мне точно нужно идти в актеры! – воскликнул я, входя в зал. Если честно, да-да, честно, я просто счастлив. Мне приносит невероятное удовольствие бить моего глупого слугу, который ведется на мои уловки в поведении. Это крайне весело, пусть и немножечко жестоко.

В очередной раз хихикнув и включив телевизор, я заметил постороннего на территории: это покалеченный подданный вошел в гостиную.

- Что? Уже оклемался? Какая жалость, а я уже работников морга вызвал…

- Для себя, да? Все-таки ты, наверное, дальновидный, – произнесено с едким замечанием.

Я недовольно цокнул, манеры меня абсолютно не интересовали, в конце концов, мне просто плевать вообще на все. Себастьян же, что не удивительно, но забавно до крайности, был достаточно зол, но все же решил почтить присутствием своей персоны диван напротив меня. Ну, я же не виноват в том происшествии на кухне, он сам напросился. Не фиг было упрекать меня в том, на что я не способен: на симпатию к окружающим то бишь.

Не знаю, с чего вдруг он решил начать разговор со мной, но…

- Дорогая, почему ты такая злая? – но эта чертова тварь опять вывела меня из себя. У него что, нет нормального чувства юмора?!

В чем заключается умеренное беззлобное общение между людьми? Правильно, в схожести чувств юмора. Так какого черта я должен общаться вот с этим?!

- Замолкни, третьесортный слуга. Я не твой. А тем более не твоя, – недовольно шикнув на него, я взял первую попавшуюся книгу, специально перевернув ее вверх тормашками и делая заинтересованный вид. Вроде бы он начал читать мне лекцию о нормах обращения с людьми, утвержденными социальным обществом. Я, зевая и совершенно не слушая, абсолютно искренне выражал свое отношение к этой нелепой проблеме, разумеется, это еще больше выводило из себя Себастьяна.

В итоге он не выдержал и спросил:

- Ты вообще меня слушаешь? Это ведь важно!

- Да-да, конечно. Продолжай, я всегда зеваю, когда мне интересно.

- Вообще, чего я распинаюсь перед таким сопляком как ты?! – он встал и вышел из гостиной, явно расстроенный, нет, не то слово, просто рассерженный, что такой сопляк как я его не слушает.

Я, расслабленно откинувшись на спинку дивана, победоносно улыбнулся. Черт подери! Я был горд собой. Ну, немножко. Совсем чуть-чуть. Ведь гордость размером с остров Великобританию не такая уж и большая… Малюсенькая.

* * *

Через некоторое время мне все же пришлось идти на кухню, тогда уже вернулась тетка. Я отметил, что она была очень-таки довольной, что заставило меня насторожиться.

Выглядывая из-за краев кружки, наполненной кофе, я внимательно следил за ней и впервые в жизни старался услышать, о чем говорят другие.

- Ну, Себастьян, вы нашли с Сиелем общий язык или все так же, как и раньше? – мне было непонятно: она язвила или сочувствовала ему?

- Говоря откровенно, все в порядке. Он хороший мальчик, – но я отчетливо прочел по лицу Себастьяна, что он предпочтительней бы назвал меня маленьким ублюдком.

- Что ж, это хорошо. Остальные отказывались даже находиться с ним в радиусе десяти километров. А поясняли это тем, что: «Никогда не видели столь подлого и властолюбивого ребенка! У него, наверное, не все в порядке с головой, что-то вроде синдрома сволочи». Вот, что они мне говорили, – с горечью сказала Анжелина и залпом выпила рюмку коньяка.

- Да-да, я понимаю, – успокаивающе говорил Себастьян моей тетке, но я-то не мудак, я-то понимал, что он о тех, кто плохо отзывался обо мне.

- Нет! Ты паанимашь? Они! Так! О моем племяннике! Пфф! Ик! Ну, сафсем никаких манер! – продолжала тетка, напившись и входя во вкус. Очевидно она не то, чтобы меня так любила, но выговориться-то надо, что племянничек столь непутев… Неглуп, но является ядерной бомбой или заразой, в общем, опасен я для общества по ее словам.

Ну, а если подытоживать полученную мной информацию, то получается что… Получается, что тетка была радостной по одной причине: она притащила выпивку и хотела ее опустошить с Себастьяном! Ну, а этот баклан и не против… Нет, он и в правду идиот.

Вскоре эта комедия мне наскучила, и я отправился прогуляться на улицу. Просто так прогуляться в восемь вечера и заставить поволноваться этих чертовых алкашей… или было десять? Если честно мне было до лампочки относительно времени, но на улицу я вышел и ушел довольно-таки далеко от дома, о чем и пожалел впоследствии.

End of second chapter.

Автор: Tod

Фэндом: Kuroshitsuji

Дисклеймер: Тобосо Яно, Вы же придете на похороны после того, как я это закончу? Я буду в коробочке.

Рейтинг: Неизвестен, допишу – узнаем.

Жанр: Драмма, стеб, юмор, маленькое ублюдство и… О, да! Пародия на хэппи-энд! А далее посмотрим позже.

Пейринг: Sebastian/Ciel вроде бы как…

Статус: Все сложно.

Примечание: Сюжет извечно продумывается на ходу (за крайне редким исключением). В общем, все равно, что экшн.

Утро только начинается, а я уже не сплю… погодите, я сказал уже? Так вот, я еще не сплю, сидя за компьютером и попивая чай. Знаете, может, вы и не думали об этом, но нужно поставить памятник тем людям или тому человеку, если, разумеется, они были людьми, кто придумал пакетики с чаем и растворимый кофе. И ведь я серьезно.

Собственно, почему же мне не спиться? Просто на меня неожиданно накатило нежелание спать, да и вообще я писатель, с довольно-таки своеобразным вдохновением. Ну, как своеобразным, просто я и мозг, в котором поселилось упрямое чувство, побуждающее к писанине, живем отдельными жизнями и поочередно управляем телом. Удивительно, не правда ли?

- Сиель! Просыпайся, ленивый спиногрыз! – милое утреннее приветствие от тетушки пробуждает меня от мыслей, и я забываю сюжет.

Меня просто коробит от злобы так, что худосочное тело содрогается от сдерживания конвульсивного желания “одарить тетушку добрыми словечками”. Я открываю дверь и просовываю голову в коридор:

- Дорогая миледи, не соблаговолили бы Вы успокоить свою душеньку и прекратить нападки на своего племянника во время Ваших женских проблем?

- Дорогой горячо любименький племянничек, а не мог бы ты оказать услугу и не провоцировать меня на это, А?! – послышался жалобный звон, видимо тетка снова разбила половину какого-нибудь моего любимого сервиза.

Собственно так начиналось любое утро, вне зависимости от того, есть ли у многоуважаемой сестры моей погибшей матери критические дни или же отсутствуют. Наверное, поэтому я вырос достаточно проблематичным ребенком… Сорняк я короче.

Спустя минут десять, я вырубил комп, предварительно запрятав свои эксперименты с писательством под одной схемой, от которой у любого мозг в трубочку свернется, и пошел на кухню. Там Анжелина уже дожидалась меня с рюмочкой крепкого коньяка. Это была единственная радость по утрам: мы с теткой всегда выпивали по рюмочке, для храбрости, чтобы выйти кому на работу, кому на учебу.

Покончив с этой утренней традицией, Анжи злобно улыбнулась, что дало мне понять простую истину: сегодняшний день не должен предвещать ничего хорошего, для меня.

- Сиель, племянничек, ик, я нашла тебе няню…

- Чего?! – я поперхнулся чаем, заляпав добрую часть кухни в заварке из опрокинутого чайника. – Тетя, ты в своем уме?! Мне уже тринадцать! На кой черт мне нянька, которая ничего не понимает в моем возрасте и сюсюкается как с малолетним сосунком?!

- Да ладно тебе, Сиелюшка! Я думаю, что вы поладите. Тем более он не такой.

- Чего? Он? – я вообще оторопел, чувствуя, что мой здравый смысл, очевидно, начал сдавать позиции и отступать с разгромленным войском. И все из-за того, что он сражался с женской логикой.

Послышался звонок в дверь, Анжелина, покачиваясь, пошла открывать какому-то суициднику, осмелившемуся прийти к нам в этот злополучный день. Хотя гостю еще повезло, что не я пошел открывать дверь, ибо мое расположение духа сравнимо лишь с…  Нет настолько жуткой вещи, чтобы можно было сравнить.

Не прошло и тридцати семи секунд, как моя тетушка привела на кухню какого-то молодого двадцатилетнего человека. Я лишь с подозрением покосился на него.

- Сиель, это Себастьян. Я про него тебе сегодня уже говорила.

Я вновь поперхнулся чаем. Откашлявшись, я с “радостным воодушевлением решил сообщить обалденные новости”:

- О, Себастьян, мой бедный дорогой друг, до чего же Вам пришлось докатиться, чтобы продолжать волочить существование?! Неужели Вам самому не отвратительно думать о своем положении? – наигранный спектакль, который мне хотелось исполнить, как можно более фальшиво, не удался, ибо продумывать сценарий мне было некогда.

- Милый Сиель, – юноша подло улыбнулся, раскусив, что я не переношу словосочетания такого типа. – Ты не представляешь, как я сожалею, что мне пришлось согласиться, но я все же нахожу прелесть в данной работе с такими ребятами как ты.

- Ты что, мазохист какой-то? – удивился я.

- Так, молодые чебуречки, приостановите свои остроумные язычки и все слушаем Великую меня! Эту неделю вы оба проведете вместе. Сиель, ты меня знаешь, я это устрою. А, Себастьян, я думаю, ты помнишь, по каким причинам здесь.

- ЧТО?! ВМЕСТЕ?! – очевидно тетку не заботила двусмысленность фраз, которую, как оказалось, понимаем лишь я и Себастьян.

- Цыц, суд окончен. Приговор не может быть обжалован в течение недели и далее посмертно. Все, судья уходит, оставляя заключенных на знакомство, – и тетушка Анжелина пошла на работу.

Вот так началось мое знакомство с неким Себастьяном.

Изначальная неприязнь друг к другу и приговору тетки могли бы дать неплохой предлог для объединения войск против женского мышления, увы, такого рода события могли произойти лишь в моих надеждах, которые на этот счет отсутствовали.

Я и Себастьян стояли в ошарашенном состоянии, явно не догоняя, что именно сейчас произошло. И, если честно, у меня закралась паранойя, что тетка хочет свести меня с ума. И она, кстати, была столь коварна, чтобы замышлять нечто подобное, а потому, мне нужно готовить новые войска в бой. Но на это потребуется пара дней, а пока придется находиться под приговором, ибо нарушение его могло закрыть мне вход в компьютер.

Оглянув своего “товарища по несчастью”, я придумал великолепную стратегию: тетушка сказала быть всю неделю с Себастьяном, Себастьяну точно больше восемнадцати, следовательно, он точно не ходит в школу, а уж из этого вытекает то, что я не могу идти в школу. Гениально, да?

- Сиель, ты чего так улыбаешься, как будто захватил шоколадную фабрику? – вытащил меня из приятных сражений, мягко говоря, расстроенный “нянь”.

- Почему же “как будто”? Себастьян, Вы сильно недооцениваете мои стратегические способности.

- Ну-ну, Сиель, хватит строить из себя взрослого, тебе до полководца далековато.

- Хм, – насмешливая улыбка тронула мои губы. – Я не полководец, презренный раб, я император и король в одном лице.

- Да-да, конечно, – он лишь отмахнулся от меня, как от надоедливого насекомого.

Я, разумеется, мог бы наброситься на столь невежественного подданного с кочергой и размозжить ему черепную коробку, но я же правитель, а правитель должен быть справедливым и жестоким.

- Себастьян, откуда столь большое самомнение у обычного слуги? Лучше будь почтительнее к своему господину, иначе я кое-что скажу тете, а женщины такие сплетницы, что через час весь город, в лучшем случае город, будет знать одну маленькую тайну, – я издал злорадный смешок.

- Да? И что же ты такого можешь сказать? – высокомерно спросил странный индивид, стоящий передо мной.

- Ну, для начала, что ты педераст, который домогался ко мне. Или этого мало?

Очевидно, мой оппонент не ожидал такого поворота событий. Но, как это ни печально, он не впал в замешательство ни минуту.

- С таким же успехом я могу сказать твоей тете, что ты гомосексуалист, который лез ко мне. Не поверит она ни тебе, ни мне, – теперь он лукаво улыбнулся.

- Ладно, я поворачиваю свои ряды обратно. Считай, что мы заключили мирный договор.

Странно, мне даже не было обидно за то, что я проиграл битву.

Уже двадцать минут спустя, мы сидели на кухне и пили чай, непринужденно разговаривая, пока мой безмозглый слуга не испортил идиллию своим нелепым вопросом:

- Сиель, тебе разве не нужно в школу? – при этом он еще сделал невинную мину.

Пришлось мне посвятить своего непонятливого подданного в детали моего плана действий. Он выслушал все с каменным лицом, а потом довольно хмыкнул:

- Что ж, все логично, но думаешь, эти лазутчики смогут проникнуть и устроить диверсию в женском мышлении твоей тети? – Себастьян очень хорошо вник в суть моей игры в военные действия.

- Себастьян, мой непонимающий подчиненный, если уж они устроили балаган в твоем мышлении, почему бы не попробовать на Анжелине? – и я снова усмехнулся. – Кстати, как она смогла заставить тебя согласиться на эту работу?

- Никак. Я сам согласился.

- Вот знаешь, чего я все не могу понять относительно тебя? – спросил я, делая как можно более серьезное лицо.

- Чего же? – охотно отозвался он.

- Ты педофил или мазохист? – теперь я уже просто откровенно на него косился.

- Надеюсь, это тебя не огорчит, но я, ни то, ни другое. Мне кажется, что у тебя слишком бурное воображение.

- Да? А я и не знал, угу. Может это потому, что мне тринадцать лет?!

- Ну, да, как я мог забыть?! Ты же малолетний тиран с манией величия! Похоже, в детстве у тебя был недостаток внимания! Что, ж, теперь я его заполню, мелкий гаденыш! – после этих слов он попытался меня поймать.

- Презренный слуга! Что ты себе позволяешь?! Совсем от рук отбился! Даже господина поймать не можешь! – и я рванул от него по квартире. Вот где-где, а на моем поле боя ему не победить. Вот только, через пятнадцать минут беготни, он зажал меня в угол, откуда единственным выходом служила дверь на улицу. Но, увы, мой непокорный слуга заслонил собой проход. Это была довольно странная ситуация: я стоял в углу, зажатый Себастьяном, он был так близко и прижимал мое тело своим к стене. Я даже покраснел, это все было… неправильно?

- Себастьян! – я уперся руками в его грудную клетку, отталкивая от себя и уставляя взгляд в пол, чтобы не было видно моего красного лица. Молчание Себастьяна несколько отрезвило мое полупьяное смятение, и на моем лице стала царствовать бледнота. Я поднял на него презрительный взгляд, фыркнул и поспешил удалиться гордым шагом в комнату, предварительно хлопнув дверью, чуть не снеся ее с петель.

Через некоторое время в дверь стал ломиться мой подданный, наверное, беспокоился о моем треклятом состоянии или поведении, которое я четырежды уже проклял.

- Сиель, открой, узурпатор мелкий!

Я подошел к двери, сделал бесстрастное лицо и открыл дверь:

- В чем дело, невежественный раб? Тебя не учили, как нужно говорить с хозяином? – моя бровь изящно изогнулась в недоуменном жесте. Хм, может мне в актеры податься?

- Ты уверен, что адекватен? – спросил он с горькой насмешкой.

- Невежливо отвечать вопросом на вопрос господину, – холодно парировал я, ударив его по щеке. На мгновение его лицо озарилось такой эмоцией как удивление, но потом он как-то коварно улыбнулся.

- Господин, неужели Вас не учили обращению со слугами? Или Вы хотите закончить как многие преступники?

- Хм, а ты возможно не так глуп. Подчеркиваю: возможно.

- Может хозяин желает пойти отобедать? – он услужливо поклонился. Такая покорность вызвала у меня лишь нехорошие подозрения. Я положил руку на голову Себастьяну, зарылся в его волосы, в которые вцепился и резко дернул вниз, заставляя опуститься ниже. Раб не возражал, даже не пискнул. Промелькнула мысль, что впоследствии он мне может отомстить за это, ну а пока я безнаказан в подобных действиях. Успокоив себя подобной догадкой, а мой дедуктивный метод почти никогда не дает сбоя, я прошел мимо индивида, ставшего официально моим слугой, и спустился в столовую.

Там уже было накрыто. Шикарно так накрыто скажу я вам! Но, не выразив своего удивления, я прошествовал на свое место и высокомерно сел.

- Приятного аппетита, господин, – раздался голос за моей спиной. Я не только не вздрогнул, я даже не обернулся, уже все итак зная.

- Да, Себастьян.

End of first chapter.

Автор: Tod.

Фэндом: Kuroshitsuji.

Пейринг: Классический.

Жанр: юмор, романтика, стеб, безумство что ли…

Рейтинг: Думаю, PG заслужил.
Предупреждения: Наверняка, я несколько поменял характеры персонажей… Так же собственные герои: сценарист и режиссерша, которые символизируют Вашего покорного слугу в более юном возрасте и его знакомую соответственно. Сказку я злобно-презлобно исковеркал, ибо не помню, а детские книги за ненадобностью сдал в библиотеку.

Статус: Закончу.

От автора: Давно хотел написать нечто подобное.

Описание: Поют птички, закашливаясь выхлопными газами, цветут цветочки на радиоактивной земле, рыбки преспокойно плавают в прибрежных водах из отходов близлежащего завода… Везде вполне себе благоухающая и приятная атмосфера, но вот… Некоторым личностям не сидится, поэтому они решают поставить спектакль «Белоснежка».

Акт первый: Знакомство.

- Тэк-с, что за бедлам вы здесь устроили?! – взревела режиссерша на доставшихся ей актеров.

- Госпожа режиссер, прошу прощения за упавшие декорации, – отсмеявшись, Гробовщик улыбнулся своей шрамообразной улыбкой. Режиссерша отшатнулась в ужасе.

- Себастьян, а зачем мы здесь? – граф Фантомхайв недовольно и устало посмотрел на слугу.

- Ну, здравствуйте! – тут подбежал бодрый сценарист. Оглядев актеров, он воскликнул: – О! Какие личности! Рад вас здесь всех видеть! – воодушевленный автор поклонился всем, а когда выпрямился, его волосы растрепались еще больше. Потом он обратил внимание на съежившийся испуганный комок, когда-то гордо называемся режиссершей. – Что это с Вами? Поднимайтесь. Нам надо роли распределять!

Рассерженная женщина, поднявшись, начала зачитывать список ролей безапелляционным голосом:

- Белоснежка – Сиель Фантомхайв. Принц – Себастьян Микаелис. Гномы: Мейлин, Бард, Фим… Фимеен… Тьфу, черт язык сломит! Финниан! Продолжаем… Алоис и его слуги-тройняшки также являются гномами. Так-с… Анна будет мачехой, Клод – отцом… Хм, осталось еще шестеро… Ладно, разберемся с этим позже. Есть вопросы?

- Почему это я Белоснежка?! Себастьян, пусти! Дай я ее убью! Пусти, я сказал!

- Ох-ох-ох… какая забавная картина…

- Вы так считаете, господин Гробовщик?

- Ну, конечно, молодой человек.

Последующий разговор Гробовщика и сценариста происходит на фоне криков Сиеля и успокаивающих слов Себастьяна, который пытается удержать своего разгневанного господина.

Акт второй: Обещание.

Со сцены несется галдеж, декорации летят в зрительный зал, на полу валяется Гробовщик, а на деревянной сцене, точнее, на обломках сцены и декораций сидят несколько актеров. Это репетиция «Белоснежки». Кстати о Белоснежке, Сиеля привязали к стулу и вставили кляп в рот, чтобы надеть на него платье. Сейчас Себастьян как преданный слуга стоял за Фантомхайвом, потому что мальчик был измотан и беспомощен после серии неудавшихся бунтов. Остальная компашка сидела на вышеуказанных обломках, пьяная в зюзю. Сценарист с Гробовщиком, которого услужливо доставили туда, о чем-то мило беседовали, постоянно икая. Алоис что-то бурно доказывал Греллю, повиснув на шее у Клода. Мисс Элизабет лежала на коленях у Паулы и рассказывала о том, как сильно она любит Сиеля и «жаль, что Белоснежка не я, а Сиель -  не принц!»

Где-то через минут пять после обеда вернулась режиссерша и увидела выше обозначенную картину. Челюсть женщины поползла вниз и познакомилась с полом, также у режиссерши начался нервный тик. Подобрав челюсть и сделав бесстрастное лицо, женщина поднялась на сцену:

- И что это за фигня?! Вы что здесь устроили?! Мы такими темпами не успеем к празднику! Так что подняли свои ленивые туши и за работу!

В зале воцарилась тишина. Потом пьяная компания во главе со сценаристом и Гробовщиком громко заржали на весь театр. Режиссерша стояла в некультурном шоке. Безучастными в веселье остались лишь спящий Сиель да Себастьян.

- Хватит ржать! Принимайся за работу! – женщина взяла сценариста за свитер и начала трясти. – Я знаю, что ты человек безответственность и ленивая задница, но ты обещал мне помочь! Так что, будь добр сдержать обещание!

- Та успокойся ты, ик… У нас еще три дня на репетиции…

- Черта с два! – режиссерша так встряхнула сценариста, что тот ударился головой сначала о свою спину, потом о ребра. И так несколько раз. – Премьера уже завтра! Вы все обязаны сделать ВСЁ сегодня! Поняли?!

Несколько ошизофренелая компания неудавшихся актеров нервно закивала, сочувственно смотря на впечатавшегося в стену сценариста.

Акт третий: Репетиция.

С горем пополам все кое-как выучили слова, после чего печально прошла первая и последняя репетиция «Белоснежки» на, конечно же, уже починенной сцене.

Сценарист почесал затылок и прочитал сообщение:

- В связи с травмами трех слуг графа Фантомхайв и трех слуг графа Трэнси, гномами будут: Паула, мисс Элизабет, Гробовщик, Грелль Сатклифф, Лау и Ланмау. О, да… Завтра будет премьера, постарайтесь! Кста-а-ати… – сценарист оглядел актеров. – Осталась одна сцена, которую мы не отрепетировали… Пробуждение Белоснежки… Сиель! Себастьян! На сцену!

На сцене появился одинокий Микаелис, Фантомхайва же, как было понятно, не наблюдалось.

- Себастьян, а где юный граф? – поинтересовалась режиссерша. Дворецкий пожал плечами, мол, откуда знаю?

Тут из-за поворота выходит Гробовщик, ведя Сиеля перед собой:

- Он долго упирался, но я его привел.

- Что Вы сделали с моим господином? – Себастьян с каким-то беспокойством смотрел на неестественно склонившуюся голову Сиеля.

- О, так ведь я ему вколол снотворное. Проснется только от поцелуя, – Гробовщик улыбнулся. – Да, кстати, в яблочко тоже придется его добавить, иначе маленький граф сбежит с премьеры.

- Великолепная идея, Гробовщик! – воскликнул сценарист. – Ну, ладно, отдайте Фантомхайва Микаелису.

- Господин… – Себастьян чуть ли не нежно взял Сиеля на руки.

Акт четвертый: Премьера.

В театре суета, и ведь неспроста: через пятнадцать минут начнется спектакль. Сценарист спокойно беседует с Гробовщиком, Себастьян и Сиель снова исчезли, обещаясь вернуться через десять минут. Алоис жаловался Клоду, Элизабет Пауле. Лау и Ланмау разговаривали с Греллем. Точнее, Ланмау просто сидела на коленях Лау, который давал советы Сатклиффу, последний записывал все в тетрадь. Красненькую. Только режиссерша, по-видимому, волновалась и оттого грызла ногти.

Вот пятнадцать минут истекли, и сценарист, выпивший для храбрости, вышел на сцену, поскольку он был рассказчиком (кто ж знает текст лучше того, кто сочинил). Благодаря алкоголю, который сценаристу противопоказан, он забыл слова созданной им пьесы. Минут десять этот бухарик тупо стоял на сцене, потом, по ходу, у него заработала соображалка, и он начал импровизировать:

- В общем, жила когда-то девушка. Звали ее Белоснежка, – на сцену вытолкали Сиеля в платье. – Ее мачеха входила в мафию. Она заставила отца Белоснежки жениться на себе при помощи связей, – на сцену вышла Анна и скромненько встала рядом с подошедшим Клодом. Публика пока что молчала, пытаясь переварить произнесенный бред. – У Белоснежки был жених, – Клод и Анна тактично удалились при данном упоминании. Сиель, нахмуренный и скрестивший руки на груди, сел на скамью. Тут сзади подошел Себастьян:

- Белоснежка… – Сиеля передернуло. Он вскочил со скамьи и, запнувшись о шнурки на туфлях, шлепнулся на пол, юбка задралась, но, к счастью (или несчастью), то, что там открылось, видел только Себастьян. Тем не менее, Микаелис продолжал играть свою роль. С каждым словом, что он говорил, Сиель бледнел все больше, и его мягкий вначале румянец превратился в два ярко-пунцовых пятна. Наконец, эта сцена окончилась, и Фантамхайв пулей вылетел бы со сцены, если бы Себастьян не взял своего господина на руки, предварительно поправив ему платье, и не унес за кулисы.

Сценарист продолжал свой импровизированный рассказ, видимо, обратившись к истории:

- Мачеха ненавидела Белоснежку, постольку та мало того, что была красивой, но также являлась революционеркой, которая участвовала в восстании против абсолютизма, – по сцене пробежались искалеченные слуги Фантомхайва, несущие своего господина на плечах. В их руках были транспаранты, смастеренные на скорую руку (еще бы, ведь никто не знал, что выдаст сценарист!) типа «Власть народу!», «Долой абсолютизм!», «Свергнуть тиранию!» и все в таком же духе. Тут зал уже откровенно впал в ступор, а особо отходящие уже ухахатывались вовсю. – В один чудесный солнечный денек мачеха решила избавиться от своей падчерицы, – на сцену вышли Анна и граф Фантомхайв. – Без лишних слов она решила ее убить, – Анна достала нечто вроде пулемета и направила его на Сиеля. Тот помчался за кулисы, «мачеха» за ним. Некоторые нервные зрители упали в обморок от вида настоящего оружия.

А сценарист продолжал нести ахинею, пусть пока что и безобидную:

- В итоге, Белоснежка скрылась в лесу.

Опускается занавес. Оттуда слышны грохот и ругательства. После занавес открывается. На сцене стоит Сиель в изорванном платье посреди маленькой мебели.

- Так Белоснежка нашла домик гномов-мятежников. Не найдя хозяев, она обнаружила, что в доме ужасный беспорядок, и решила прибраться, – Фантомхайв брезгливо стал изображать убогое подобие уборки. – После уборки Белоснежка очень сильно устала. Она поднялась на второй этаж и нашла там спальню с маленькими кроватями. Мудро прикинув, что ни на одну из них она не уместится, Белоснежка путем жесточайшей логики решила сдвинуть некоторые кровати, после чего легла на них и быстро уснула, – граф Фантомхайв лег на кроватях и закрыл глаза. Публика затихла, дабы усвоить новый поток чуши и подготовить себя для следующих шокирующих сцен.

Занавес вновь опустился. Снова шум, грохот и икание, а еще злобное шипение вроде «Просыпайся, тварь неблагодарная!» и «Ты что, уже яблоки сожрал?! Себастьян! Что это еще за «чтооо..?»?! Целуй этого идиота!» Занавес подняли с громким «Банзай!», и перед зрителями предстала следующая картина: небольшая каменная шахта и нестройная процессия разношерстных гномов, которых шатает из стороны в сторону, а они еще умудряются петь песни.

Такой же веселый и шатающийся сценарист буквально выплыл на сцену и, деликатно так кашлянув в кулачок, продолжил свой незамысловатый рассказ:

- В это время… ик… Гномы, что были работящими мятежниками в ссылке, работали в шахте (хорошо хоть он их в Сибирь не сослал),  не покладая своих маленьких ручонок. Так и вот, наконец, они собрались домой. Ну, час ведь поздний и все такое. В общем, идут они себе, песни поют, мешочек краденых алмазов тащат… Проще говоря, создают образ работы для начальства. Ну, идут они час, два, три… Где-то к утру веселые и довольные они приходят домой, – в голову сценариста прилетела красная туфля на каблуке. Вынужден заметить, подобная деталь гардероба была у режиссерши. Могу также предположить, что кинула она ее потому, что сценарист грубо перепрыгнул к следующему действию, не дав поменять декорации. Разумеется, после подобной махинации сценарист вырубился минут на восемь, в течение которых устанавливали выше обозначенные декорации домика гномов и чьи-то руки затаскивали валяющееся тело за кулисы. По истечению тех восьми минут бывший труп вытолкали на сцену свеженьким, улыбчивым и с кучей следов побоев на лице. Он даже был в состоянии, что говорится, «режима живчика» и мог говорить, то бишь, рассказывать дальше:

- О чем это я…? Ах да… Пришли гномы, значит, к себе домой. Приходят, а там… Чистота! Представляете? Вот и они удивились, угу, – сценарист аж кивнул, чтобы убедить народ. – Ну, они не стали, правда, на этом заморачиваться. Мало ли какая благодать бывает. Так что, порешив на этом, гномы решили идти спать. Открыли дверцу… Закрыли дверцу. Переглянулись и  снова открыли. Начались перешептывания, – актеры старательно стали изображать требуемое. – Дружным итогом маленького консилиума стало решение разбудить «нечто, пришедшее в их дом». Окружив Белоснежку, они думали, как бы к ней подступиться, пока какой-то гений не начал ее щекотать. Благо девушка не грохнулась с кровати, ага, иначе бы потерь было не избежать.

Как же я ненавижу предсказуемость людишек! Все эти безмозглые твари, которые идут на поводу чувств, а не здравого смысла, готовые в любой момент сгинуть в небытие, и быть от этого счастливы, что умерли во благо. Или жить на протяжении всей своей никчемной жизни, храня у сердца рану, которая никогда не заживет, и жалеть о возможности умереть, которой они не воспользовались! До невозможности раздражает. Но эти свойственно всем людям. Непредсказуемость – есть тот признак, отличающий для меня тех людей, с которыми можно скоротать этак пол века, и при этом не подохнуть от скуки. Я демон, я ем людей, вернее их души, в обмен на исполняемые желания.
Сейчас, как не прискорбно сообщать я стою на перепутье. Ну, в том месте, где стоят люди, когда не могут решить, например что им сегодня съесть: рыбу под сливочным соусом, или жареную говядину. Глупый пример, но перепутье, неотъемлемое составляющие существования людского, по итогам которого у вас получится турнирная таблица любых спортивный соревнований. С различными вариантами событий, и кучей развязок. Перепутье это, на котором, вы как помните, стою сейчас я, отделяет меня от моей награды.
Передо мной лежит мой нынешний хозяин, которому я поклялся вечно служить, исполняя обязанности дворецкого, и выполняя поручения этого маленького гаденыша. Служить верой и правдой, в здравии и муках, не предавая и не извемяя (? Х_Х), моему молодому господину. Но сейчас…. Мальчишка лежит передо мной, истекая кровью, и из его маленького туловища торчит огромный для него…не суть важно. Короче он на грани смерти. И все было бы хорошо, если бы злой дворецкий пришел, подлатал его, или съел, наконец, его душу. Но нет же, перепутье создал для меня именно этот мальчишка.
- Господин! Вы умираете!
- Я, должно быть, прожил хорошую жизнь!
- Вы не слушаете меня!
- …я почти все сделал в ней! – его глаза блаженно закрываются, готовые принять забытье, и отпустить приготовленную для меня душу Богу! Но я бы не был бы и дворецким и демоном, если бы не помешал этому!
- Господин! Я все ещё могу вас вылечить!
- Не говори ерунды! Никому не под силу это!
- Вы сомневаетесь во мне?
- ДА! – прозвучало неожиданно громко, и, поднявшись на секунду на руках чтоб сказать мне это в лицо, и он снова опускается на землю,
- Позвольте…?
- Нет!
- Господин!
- Я сказал нет!
- Я могу вернуть вас к жизни!
- Не нужно! Я и так пожил дольше положенного! Сейчас я хочу просто умереть!
- Но господин! А как же ваша месть!? – предпринят попытку я. Чтобы пробудить в маленьком засранце жажду жизни.
- Я думаю это глупо…
- Но как…!?
- Месть – это удел слабых! А я сильный, и я сейчас умру.
- Господин! А как же госпожа Элизабет?
- Они вполне сможет найти себе нового жениха! Они прекрасно смотрелись вместе с Транси, на его балу! – меня перекосило.
- Но господин! А как же ваше поместье и слуги? – он приоткрыл глаз и посмотрел на меня, снова его закрывая. Его лицо было таким расслабленным, как будто он не чувствовал боли.
- А ты думаешь, они будут беспокоиться?
- Несомненно!
- Думаю миллион фунтов стерлингов в шкафу у каждого из них, их утешит…
- Но господин! А как же служение короне?! Как же Королева?!
- Думаю, Великобритания и без моих маленьких плечь продолжит стоять на этой земле! И хватит уже! Я умираю, и хочу сделать это спокойно! Хоть бы слезу пустил, честное слово!
- Демоны не плачут! – прозвучало обижено, хотя я этого от себя не ожидал.
- А граф Фантомхайв не передумывает!
- Господин!
- НУ ЧТО ТЕБЕ НАДО СЕБАСТЬЯН!?
- А как же контракт, который мы заключили!? – секундная пауза, и Сиель усмехается и снова опускается на землю.
- Ну, думаю, я могу простить тебе его!
- Господин! А душа?!
- Наверное, достанется жнецам!
- Но я, же есть хочу!
- Пофиг! Я умираю.
- Я могу вас вылечить!
- Я тебе запрещаю!
- Я все равн…
- Это приказ! – я наверное уже стер всю эмаль моих зубов! Ии чего мальчишка против меня так ополчился?! Неужели это из – за вчерашней ночи!?
- Господин? Это из – за вчерашнего? – мальчик, замирает, а потом вновь продолжает молчать, игнорируя моё присутствие. – Если это так, то я был неосторожен! Впредь я буду аккуратнее!
- Я умираю.
- Господин! Ну, позвольте! – у меня уже настоящая истерика.
- Нет! Я запрещаю тебе меня лечить! Я умру!
- Агрх!?

Спустя час, Сиель невредимый сидит напротив меня, усмехаясь. На его одежде напоминая о прошедшем, ещё алеет засохшая кровь, но он цел, более того, уже бессмертен.
- Этот конец я не предусмотрел! – он усмехается.
- У меня не было выбора. Контракт уничтожил бы меня, если бы я забрал душу до исполнения обязательств, или бы я остался без души.
- А такой вариант тебя устраивает?
- Конечно, нет!
Сиель продолжает смотреть на меня открыто, без тени смущения, стращая меня новым взглядом алых глаз, а я мучаю себя за идиотизм! Как я до такого только додумался?!
- Знаешь Себастьян… – я поднимаю голову. – …я всего лишь хотел смертью выпытать из тебя признание, что ты без меня не можешь. Особенно было обидно после твоего ухода прошлой ночью. Но ты меня поразил! Такого исхода я не ожидал! Думаю у меня сеть ещё…хм, целая вечность, чтобы заставить тебя признаться мне в любви! Правильно говорю?
- Да мой господин!
- А теперь в Ад, мой верный дворецкий!
************************ Happy? End************************

Небо синее, тяжелое, затянутое грозовыми тучами мрачно висело над Лондоном, закрывая собой яркое летнее солнце, погружая город в сумрачную тишину, и, казалось, природа затихла, замерла в ожидании чего-то, чего-то сильного, бурного, стихийного. Воздух стал прохладным, слабый ветерок начал усиливаться, ветки деревьев задвигались, аккуратно подстриженные листья зашевелились, зашумели, будто радуясь чему-то, будто трепетали в ожидании чего-то. Зеленная трава и белоснежные розы медленно закачались, двигаясь в так ветру. Птицы перестали петь, замолчали, запрятались куда-то, скрылись, затаились. А небо все темнело, набирая силу, впитывая в себя соки, вбирая энергетику, казалось, оно дышит, пыхтит, хмуриться, но ему все еще мало, еще недостаточно. Еще не время. Еще немного, совсем чуть-чуть. А вот и ветер стал сильнее, он тоже набирал мощь, где там далеко, там откуда он неожиданно появился и налетел, срывая шумные беспомощные листья с деревьев и завивая их вихрем, уносил за собой, высоко поднимая в небо. Вдруг раздался оглушающий грохот, громкий, угрожающий, страшный, от такого грохота собаки обычно поджимали уши и прятались в укромное место. Грохот раздавался снова и снова, раскатами разливаясь по всему небу. Кое-где заблестели молнии. Ну вот, кажется, все приготовления закончены, и пора бы уже начаться самому главному.
Первая капля упала неожиданно, затем вторая, третяя, воздух на улице стал спертым и тяжелым, а капли все продолжали изредка падать, быстро, однако набирая скорость и увеличивая количество. Одна из них слетела с неба и, пролетев несколько десятков метров, упала на нежную розовую щеку юного, в самом расцвете молодости и сил мальчишки. Она резко упала, заставив мальчика от неожиданности моргнуть, сомкнуть длинные черные ресницы, скрыть прекрасный, цвета небесной синевы глаз, что смотрел сейчас, устремив любопытный взгляд вверх.
Мальчишка стоял, подняв голову и с интересом, затаив дыхание смотрел в грозовое небо, будто пытаясь в нем что-то увидеть. Он стоял, прислушиваясь к каждому шороху, вдыхая теплый воздух, с нежной полуулыбкой, ощущая своей кожей сначала легкий, потом усилившийся ветерок. Он любил такое состояние природы, любил предгрозовую тишь, затем шум, затем грохот, любил этот теплый воздух. Любил сумрак, окутывающий собой все вокруг, погружая в тревожное спокойствие всех и вся, ему казалось, что в такие моменты сама тьма, что-то потустороннее, что-то, чего обычный человек никогда не увидит своими глазами, снисходит на землю, всегда…с самого детства ему так казалось.
Но, вот мелкий, накрапывающий дождик уже почти набрал свою силу, и прозрачные капли становились больше, тяжелее, они падали на землю и разбивались, разлетаясь вокруг блестящими стразами. Теперь пошел дождь, изливаясь потоком на сухую землю, с каждой минутой превращаясь в ливень. Юноша уже не смотрел в небо, он стоял, опустив голову и взгляд в низ, он смотрел внимательно и напряженно на синий камень, что переливался на его большом пальце, смотрел так, будто пытался что-то в нем увидеть, отыскать ответы на свои немые многочисленные вопросы.
А в это время из поместья алые глаза смотрели на тонкую фигуру юного графа, мальчика, который, не боясь ни демонов, ни людей уверенно повернулся спиной к свету и вступил во тьму, продав свою душу дьяволу, заключив сделку, обрекая себя до конца своей недолгой жизни на значение «товар». Демон удивлялся ему, поражался, сомневался, задумывался, ненавидел, желал его тело, жаждал его душу, любовался им. Но он никогда, никогда не думал, что сможет полюбить. И когда это случилось, демон не поверил сам себе, возненавидел себя и его. Его, которого любил до безумия, за которого знал, что сможет отдать свою жизнь, его которого страстно желал, его на которого мог любоваться бесконечно, его которого хотел бы запечатать навечно таким какой он сейчас: юным, красивым, утонченным, бесстрашным, гордым, статным, умным, хитрым, расчетливым, озорным, холодным, непреступным, безжалостным, никогда ни в чем не сомневающимся и не жалеющим ни об одном своем поступке, действии, приказе, но в то же время таким хрупким, жалким, нежным, милым, слабым, беспомощным, одиноким Сиэлем Фантомхайвом.
Глаза смотрели, пожирали, сжигали, в голове демона рисовались различные картины от эротических сцен до того как он собственными руками убивает его, своего возлюбленного.
Дождь усилился еще больше, и пора уже было позвать юного графа домой. Себастьян, устало вздохнув, взял зонт и, раскрыв его, вышел в сад. Бесшумно он подошел к мальчику, и уже было открыл рот, чтобы почтительно обратиться, как вдруг Сиэль сам повернулся к нему и решительно приказал:
- Произнеси его!
- Что? – удивленного переспросил демон.
- Мое имя! – уверенно глядя в алые демонические глаза, ответил граф.
- Сиэль… – спокойно произнес мужчина.
А мальчик в ответ вздрогнул, ему было так непривычно и необычно странно слышать свое имя из уст его демона, но…это оказалось приятно.
- Еще раз! – выдохнул Фантомхайв.
Хитрая улыбка заиграла на губах Себастьяна, он слегка наклонился к его лицу и, взяв графа за подбородок, повторил:
- Сиэль, Сиэль…Сиэль, хозяин мой…Я могу повторять его вечно…
Небо, не переставая, изливало воду на землю, извергало ее с грохотом, рычанием, щедро поило цветы и растения, заполняло реку, ямки, размывало дороги. Повсюду стоял шум, шум бурный, но приятный на слух.
Но, все это, как обычно, длилось недолго и вот уже показались края огромной синей тучи, что теперь стала быстро направляться на Запад, и в дали уже заблестели лучи яркого солнца, щедро одаривая теплым светом влажную землю. Ливень начал стихать, превращаясь в дождь, а дождь постепенно в отдельные моросящие капли и вот яркое, будто очищенное солнце полностью освободилось от своих оков, а в воздухе появилась легкая свежеть и аромат мокрых трав и цветов.
Буря закончилась, на место тьмы снова пришел свет, точно так же как и в жизни Сиэля, и он думал об этом, чувствуя сильные руки, сжимающие его в крепких объятиях, чувствуя нежные прохладные губы Себастьяна на своих губах…

Наше время

Грелль.

Резко открыв глаза Грелль вспомнил, что сегодня ему надо пораньше быть на работе и сдать отчет Уилу. Посмотрев на часы и воскликнув «Черт уже пол 11″ пулей взлетев с кровати Грелль поспешно начал одеваться. Накинув брюки, рубашку и туфли он, собрав в охапку остальную одежду теллепортировал в свой кабинет. Прибыв на место Грелль закончил одеваться.
-Опять опаздываете Сатклифф! – раздался довольно знакомый голос Уила. Жнец сидел за столом Грелля в довольно непринужденной позе и читал отчеты.
- Ох, Уили как ты меня напугал! облегченно воскликнул Грелль поправляя одежду.
- Ну, в первых не надо со мной фамильярничать жнец Сатклифф, а во вторых, где вас носит? – невозмутимо проговорил Ульям привычным движением поправляя очки.
Грелль мгновенно сник, но, не растерявшись, пошел в атаку притворившись, что ничего необычного не произошло.
- О, Уили, лапочка я всего-навсего опоздал, что в этом такого?????
- В том, что вы как вы выражаетесь «всего-навсего опоздал» нет ничего необычного, но вы могли б хотя бы сегодня прийти вовремя – Ульям Т.Спирс начал потихоньку раздражаться. Грелль недоуменно захлопал ресницами.
-А, что сегодня какой-то особенный день??Тебя ,что повысили? -ниагроно изумился Грелль – а нет это меня наверное повысили!
Грелль демонстративно плюхнулся на диван у окна.
- А вот ерничать не надо. – Уил наконец-то поднял голову от отчетов.
- Хм, вообщето мистер Сатклифф сегодня с утра была проверка и ВАС мистер Сатклифф, если вы в ближайшее время не реабилитируетесь, будет уволено, а пока вы понижены до помощника жнеца и конфисковали вашу косу!! На неопределенный срок.
Грелль от неожиданности упал с дивана, вскочив на ноги, он начал возбужденно ходить по кабинету.
- Уили, лапочка ты, должно быть, шутишь!- заламывая руки Грелль плюхнулся на колени.
-Отнюдь нет помощник жнеца Сатклифф – встав со стула Ульям пошел к двери и уже на пороге как будто что-то забыв, сказал – и, кстати, завтра можете не приходить на роботу – и стремительно вышел из кабинета. А Грелль так и остался сидеть на полу кабинета не веря, в произошедшее. С безвыходным отчаянием он попытался вызвать косу, но попытка не удалась. Косу уже конфисковали. Ничего не видя вокруг Грелль вышел из кабинета, идя по коридору, он то и дела натыкался на мебель и окружающих.
-Грелль, что с тобой такое? – раздался озадаченный голос Алекса Доусена
-А? Что? Ты что-то хотел Алекс?- растеряно посмотрев на Алекса, отозвался Грелль не останавливаясь. Алекс и еще пара жнецов недоуменно проводили Грелля взглядом. Еще бы всегда жизнерадостный Сатклифф был сам не свой. Он жалко выглядел, как-то блекло. Выйдя из здания Грелль забрел в какой-то из проулков.
Голодный и отчаявшийся, он упал на землю,бормоча себе под нос:
…Ох, да что ж это такое? Ну почему я не такой как все? Почему я не могу нормально жить? Работать? Почему я норовлю все испортить или сделать по своему? И как я теперь буде жить без работы…Хм, нет не жить а существовать …Сколько раз я пытался себя изменить?? Да много! Да не скоро услышу я это : «Опять опаздываете Сатклифф!»
Ох,Уили, Уили почему ты со мной так? За, что? Да я не идеальный помощник ,не идеальный жнец!Но я это Я! И я не могу измениться .Принимайте меня таким ,какой я есть!!…..
Опустошив себя душевно Грелль заснул…

Ульям…

Раздраженно шагая по коридору Уил раздумывал:
…Вечно этот Сатклифф опаздывает. А мне нагоняй, итак работы по горло. Нет, ну Грель просто уже охамел. Так, тут несовпадение смертей, уволю….Сатклифф опять во всём красном, ужас какой-то. Нет, так документы не заполняются. Полюбому сейчас веселится, всё ему побоку, а люди работают. Блин, сколько работы..-покачав головой Уил попытался вникнуть в отчеты – в этом весь Сатклифф…Стоп,все хватит! – прервал размышления о Грелле приказал себе Ульям – надо браться за работу!
Приказал,сделал!Углубившись в отчеты Уил забыл о времени.Вдруг резко открылась дверь,ударившись о косяк, в кабинет влетел Алекс.
-Мистер Спирс,что случилось с Греллем??
Невозмутимо подняв голову Уил проговорил:
-Ну,во первых вы могли бы нормально зайти ко мне в кабинет ! А,что касается мистера Сатклиффа , то его пониженно и отстранено от работы.Я ответил на ваш вопрос?А теперь если не возражаете я продолжу свою работу.
-Но,мистер Спирс я Грелля никогда таким не видел,он брел по коридору натыкаясь на мебель и лю…-оборвав его на полу-слове Уил проговорил
-Благодарю за информацию.А теперь я могу продолжить свою работу?Да кстати неужели Вам нечего делать?
Алекс молча вышел из кабинета.
Как только закрылась дверь Ульям отшвырнул перо,откинулся на спинку стула и устало протер глаза.
…Хм,странно все єто,что имел ввиду Алекс,неужели так на Грелля подействовало все это?…Хм,- взяв в руки перо и начав его крутить- надо проверить будет как там Грелль,но это после работы-тяжело вздохнув -её в последние время много. так все за дело!
Взявшись за бумаги Уил углубился в отчеты.Когда закончил работу было уже темно.Уил решил не тратить время зря и сразу-же теллепортировал под дверь Грелля .Позвонив в звонок он стал ждать когда ему откроют.
…Странно ,это не похоже на Сатклиффа,он после первого же звонка дверь моментально открывает, а тут…что-то тут не так…
И не дождавшись,когда ему откроют Т.Спирс теллепортировал в саму квартиру,успокаивая себя тем,что он имеет веские причины…
-Грелль,отзовитесь!-осмотрев всю квартиру Уил был очень озадачем не найдя Грелля в квартире.Попытка отыскать сознание Грелля не увенчалась успехом.Ульям не на шутку встревожился,но он не мог нечего поделать.

Грелль

Очнулся Грелль от того,что на него ,что-то капало.Окончательно проснувшись Грелль встал.голодный и мокрый он побрел дальше.Вдруг его останавливает насмерть перепуганный ребенок лет 7-ми.
-Господин,помогите пожалуйста мне!
Грелль удивленно посмотрел на мальчика.
-Ты видишь меня?-потрясенно прошептал он.
-Господин,господин помогите мне!Там мою маму убивают!!!!-заламывая руки пристал мальчик.Схватив ничего не понимающего Грелля за руку ,он потянул его за собой.
…О чем говорит этот мальчик?Его маму убивают?Ничегошеньки не понимаю…-размышляя таким образом Грелль послушно шагал за ребенком.Вдруг резко остановившись он не увидел мальчика.Осмотревшись вокруг он понял,что не знает где находится,зато вокруг было полно всякой нечести:
-Смотрите ,кого к нам Джетро привел!!-Воскликнул какой-то мужчина.
-Какоооой красавчик!Правда потрепанный-язвительно проговорила одна ведьма.Подойдя к Греллю она положила руку ему на плечо,вальяжно оперевшись на него прошептала.
-Меня зовут Виола голубчик .А кто ты?И как тебя зовут7Хм.хотя не говори ,то что ты демон и так видно,вот только какой демон?
-Демон?!-возмущенно закричал Грелль,наконец-то став самим собой .Его волосы стали кровавыми,зубы острее и глаза заблестели как изумруды.Он был прекрасен.
-Я демон???Меня так еще никогда не оскорбляли.!!Я.что похож на этих кровожадных…этих,этих-возмещению Грелля не было предела…
-О!-от удивления у Виолы открылся рот.
-А вы совсем не изменились Грелль Сатклифф.Все такой-же.-произнес мужчина за угловым столиком,его лицо было скрыто тенью.
Резко развернувшись в его сторону Грелль внимательно посмотрев на него и узнав Себастьяна (а это был именно он) закричал:
-Себастьянчик,лапочка!!!!-от переизбытка чувств хлопнулся в обморок.
Тяжело вздохнув Себастьян Михаэлис,встав из-за стола подошел к бесчувственному жнецу внимательно его осмотрел:
-Вечно с вами морока!-подняв Грелля на руки он вынес его из таверны .За всем этим с удивлением наблюдали посетители таверны.

Себастьян

…Как чувствовал,что не надо идти сюда.Странно он все таки выглядел,когда его тот паренек привел,как побитая собака.Интересно,что с ним произошло?-весело усмехнувшись Себастьян вспомнил реакцию Грелля на него -Хм.все таки этот забавный этот Грелль..Фухх,что-же скажет господин,правда я от него уже давно ничего не слышал…-размышления Себастьяна прервались с пробуждением Грелля.
-Себастьянчик,мне это сниться??Это и правда ты?Знаешь а борода тебе идееееет-конец фразы потонул в крике ,это Себастьян разомкнул руки и Грелль упал на землю…переступив через Грелля демон зашагал дальше.
…Да все таки не надо было его с собой брать, теперь он не отвяжется…

Уили
…Уже неделю ничего не слышно о Грелле, где его черти носят?То, что он не мертвій я точно знаю, его пленка к нам не поступала.Интересно где же он может быть?Поисковая группа не может его найти.Может попробовать еще раз отыскать сознание Грелля?…

Грелль
…Ой не верю,я живу с Себастьянчиком. Себа такой лапочка, но иногда он просто бяка!Любопытно а где этот Сиэль?Он ведь тоже демон-глупо хихикнув Грелль посмотрел на спящего демона.Размечтавшись он представил, что будут делать втроем на кровати ,представил, как ласкает Себастьяна, как целует Сиэля, как Себастьян медленно … но в мечты грубо ворвался голос Себастьяна
-Если ты это сделаешь Грелль то можешь идти домой, и сотри эту пошлую ухмылку с лица.Хотя если я впаду в маразм, то это мы все проделаем. – не открывая глаз и не меняя выражения лица с смехов в голосе проговорил демон.
-Себа,неужели ты правду говоришь?-довольно воскликнул Грелль,и потянувшись к демону поцеловал его. К величайшему изумлению Грелля, Себастьян ответил на поцелуй и сам просунул язык в рот Грелля изучая и лаская его.Грелль разомлел.Осмелев Грелль начал изучать тело Себастьяна. легко освободившись от Грелля демон довольно улыбнулся:
-Ну и как теперь ты доволен?И хоть на некоторое время успокоишься!
-Наборот.ты еще больше распалил мое воображение.Хотя, – коварно усмехнувшись Грелль откинулся на кровать.С довольным выражением лица он заснул.Ему снился замечательный сон.Себастьян его целовал и раздевал,открытые участки кожи он покрывает поцелуями…

Себастьян.

…Мда..самое страшное,что мне понравилось, но я хочу продолжения-думал Себастьян расслаблено сидя в кресле прикрыв рукой глаза.Опустив руку демон рискнул подойти ближе и посмотреть на него.Он подробно рассмотрел лицо.Рассмотрел длинные,черные как смоль ресницы,чувственный рот.Этот Грелль был совершенно ему незнаком.Легко наклонившись вперед Себастьян поцеловал сонного Грелля. Расстегивая пуговицу за пуговичкой он оголившиеся участки белоснежно нежной кожи покрывал поцелуями. Демон с коварное улыбкой продолжил осмотр.Он перевел взгляд на широкие и мускулистые плечи на гладкую грудь.Дальше его взгляд скользнул по ребрам к крепкому как барабан животу.В конце концов он добрался до той части мужского тела, которая так легко доказала ему, что он не зря все это затеял. Добравшись до интересующей его части тела. которая поразила даже видавшего демона своими размерами.Представив какой она будет в полной готовности, демон ощутил дрожь во всем теле. Облизнувшись в предвкушении, он склонился над Греллем и начал пробуждать его…

Грелль
Сон был прекрасен а пробуждение еще прекрасней. Изящная рука Себастьяна ласково и осторожно поглаживала набухшую плоть в верх и вниз, поиграла с дергающийся головкой. Плотоядно улыбнувшись демон облизал указательный палец и нарисовал влажный кружок вокруг открытого кончика.
-Тебе нравится? -спросил Себастьян не отрываясь от своего занятия.
-Мм…м – промычал нечто невразумительное Грелль.
Слегка улыбнувшись он чуть сдавил кончик доведя Грелля до такого состояния, что он был уже вне себя от желания.На лбу у Грелля забилась жилка. Мгновенным движением он отбросил его руки и уложил демона на постель. Грелль был слишком возбужден .Он неспешно начал изучать тело Себастьяна как это делал он.Доведя демона до предела он опустился на кровать перевернувшись на живот приподняв ягодицы предлагая себя. Демон не стал тратить времни и погрузился в долгожданное тепло.
Грелль удовлетворенно вздохнул и на его лице появилась виноватая улыбка, он выгнулся на встречу Себастьяну. Демон глубоко погрузился в алого жнеца, потом подался назад оставив в нем лишь один кончик.
-Пожалуйста Себастьян ! -умоляюще прошептал юноша.
- Что пожалуйста? -хрипло спросил он оставаясь в том же положении.
-Вернись ко мне!! – это уже был крик души.
и получи то чего так желала.Получил все. что ему было нужно.И блаженно вздохнул.
И пока они возбужденно двигались Грелль удивлялся себе и ему.Получив долгожданную разрядку Грелль и Себастьян заснули.

5 месяцев спустя…

Уильям…
Измученный Уил уже не знал, что и думать. Он знал, что у Грелля сильная эмоциональная связь с кем-то.
… За все это время я понял, что Грелль мне очень дорог.Странно я этого и не ожидал от себя. Грелль очень сильная личность. Я… Я…я даже его люблю, мне без него очень скучно…А как мне не хватает его » Уили лапочка» – грустно усмехнувшись Уил зашел в квартиру Грелля разделся сделала себе кофе и расслабленный сел на диван.

Себастьян
Проснувшись вечером демон довольно улыбнулся и вспомнил как после мужского стриптиза завелся Грелль.
… Да странно все это – усмехнулся – демон и жнец.Хм. а он ведь до сих пор не сказал. что же с ним произошло?! Все таки как все изменилось. Никогда бы не подумал, что такое возможно …
Он вспомнил пробуждение…

Грелль

Проснувшись после восхода солнца и с удивлением увидев, что Себастьян еще не проснулся. Алый жнец лукаво улыбнулся, его ладонь скользнула к животу Себастьяна а от него к треугольнику темных волос, чтобы лаская дразнить и возбуждать.Возбудив демона да такой степени, что когда почувствовал твердую плоть сзади себя и ощутив, как эта плоть осторожно продвигается в него он не протестовал.
-О-о-ох! – вздох удовольствия вырвался у демона.
-Тебе не больно?-встревожился Грелль
Демон почувствовал у себя на затылке его дыхание.Оно было горячим и прерывистым.
-Н-нет! -простонал он. -Но я не знаю как…я никогда…
-Я покажу тебе! – прошептал Грелль- расслабся и прижмись ко мне. Я все сделаю сам. Не волнуйся я осторожно, я не буду спешить.
Грелль осторожно дюйм за дюймом продвигался вперед. Наконец не выдержав этой пытки Себастьян резко дернулся вперед.От боли он довольно простонал.
-Грелль- это был стон полный боли и наслаждения
-Да Себас… -прерывистый шепот алого бога.
Грелль опустил веки.Наслаждение и удовольствие, как духовное, так и физическое, затмили все, жнец почти не обращал внимания на окружающие. Он чувствовал лишь обжигающее тепло демона его движение. Грелль даже не пытался сдерживать стонов, которые распыляли Себастьяна все сильнее.
Черное и красное.Смерть и страсть. Такая противоположность и такое удивительное, противоречивое сочетание…

Себастьян

…Фухх никогда бы не подумал, что мне будет так хорошо без господина.Хм, он ведь скро должен вернутся. Любопытно будет посмотреть на его реакцию…
Размышления Себастьяна прервал проснувшийся Грелль.
-Ну чего ты хмуришься??-но на этот вопрос демон не смог ответить.
В комнате появился Сиэль.

Сиэль

-Себастьян! -голос прозвучал как удар хлыста.- Что это такое??Отвечай! -от переизбытка гнева он топнул ногой.

Себастьян
… Мой маленький граф, мой господин. Как же он прекрасен в гневе. А как он смущается, О он покраснел. И зачем эти глупые вопросы, если и так все видно…
Демон с нежностью усмехнулся.

Сиэль

… Опять эта ухмылка, и никакого ответа. Как меня бесит эта его усмешка.Он даже не прикрылся… и Этот..этот Сатклифф…Да как он посмел прикоснутся к Моему дворецкому… И опять эта снисходительная ухмылка…
-Себастьян! Это приказ…Убери Это отсюда!

Фэндом: The most beautiful death in the world (Kuroshitsuji)
Персонажи: Эрик\Алан

Рейтинг: PG-13
Жанры: Hurt/comfort, Слэш (яой)

Размер: Миди, 23 страницы
Кол-во частей: 5
Статус: закончен
Глава 1-Позволь мне только быть рядом… разреши стать частью твоей(с)

 Свет ночного города тает на земле Вижу нашу улицу, он идёт по ней И, когда я рядом с ним, не хватает слов Хоть бы сердце раны жжёт от семи ветров

- Ох… – бумаги, которые с такой тщательностью были собраны Аланом в совершенно ровную стопку, листочек за листочком, теперь ворохом устилали дорожку к их с Эрик.. диспетчером Слингби, кабинету. Юноша, побледнев, в шоке от этой неожиданной и совершенно нелепой оплошности, бросился было подбирать их, как сильные руки уверенно схватили его за плечи, поднимая. До боли привычный, вызывающий дрожь во всём теле голос, лениво растягивая слова произнёс: – Алан, ну что такое… Тебе нехорошо? Юноша затрясся, неуместное томление и жар, разлившийся по телу, вызвали яркий румянец смущения на щеках стажёра Хамфриза. – Так. Ну-ка, давай в кабинет, и нечего так трястись – подумаешь, бумажки уронил, вот сейчас у Спирса в голове лампочка включится, и он на своём секаторе прилетит сюда, шаманить над тобой. Рассмеялся Эрик Слингби, подталкивая стажёра к кабинету, и, вернувшись к бумагам, одним махом подхватил их с пола, не обращая внимания, что они теперь больше похожи на кучку мусора, нежели на его отчёт начальству. Выполненный, естественно, Аланом, который каждый раз старался незаметно переделать всё, прежде чем ЭТО попадёт в руки Ти Спирса. Совершенно ошибочным было сделать те выводы, которые озвучил Эрик, думая, что его хрупкий стажёр трясётся так из-за этих чёртовых бумажонок, кои, кстати, явно были переделаны, что было точным, ведь юноша опять получив просьбу отнести это Спирсу, сначала сел за переделку сам… А Алан же, закрыв за собой дверь в кабинет, быстро прошмыгнул к своему месту, и тут же сжался на кресле, прячась за очередную кучу работы, предоставленную старшим – Жнецом Спирсом. Именно ему, как одному из самых ответственных. «Не хочу наутро увидеть огромное панно из белых листов, раскрашенных помадой и клубничным блеском Сатклиффа- коротко аргументировал начальник, и Алан подавил неуместный порыв поинтересоваться, откуда уважаемому начальству известно, каким блеском пользуется диспетчер Сатклифф… Эрик, наконец, появился в кабинете, и аккуратно пристроил «кучку-отчёт» на краю стола своего стажёра, ласково улыбнувшись тому, вернулся на своё место и, потянувшись, снова занялся тем, чем занимался почти весь этот день – делал вид, что считает собранные ими души. Хотя на самом деле диспетчер Слингби весь день краем глаза посматривал на своего необычно подавленного стажёра… тот в последнее время чаще обычного старался не смотреть ему в глаза, на эти же глаза не попадаться, и вообще делал всё, чтобы быть ещё более незаметным. Чем обычно. «Хотя куда уж больше» – мысленно фыркнул Эрик. Вот и сейчас это хрупкое совершенство упорно делало вид, что занимается разбором бумаг. Хотя с другой стороны и хорошо, что он не хочет, чтобы его замечали. Эрик, с проснувшимся чувством собственника, совершенно с ним согласен. Хватит и того, что сам он его заметил. И не желает никому отдавать или делиться его вниманием…«Неужели догадался?» – Эрик похолодел, Смерть упаси! Если Алан узнает о том, что его напарник постоянно о нём думает, и чёрт бы всё побрал, хочет – он бы тут же перевёлся и исчез, а этого Эрик ему уже не мог позволить. Руки конвульсивно сжались в кулаки, а внутри всё свело судорогой, стоило ему только представить Алана в своих объятиях. Нет. Ни за что. А ничего не подозревающий Алан быстро-быстро заново разобрал всё обратно в ровную стопку и прижал сверху каким-то отчётом, чтоб хоть как-то разгладить, ибо уже не оставалось времени на переделку, даже с его скоростью работы. Вытащив папку с документацией на несколько десятков душ, он привычно принялся проверять их, но отвлечься от мыслей о находящемся совсем рядом диспетчере, не мог. Всегда, с самого первого дня, когда он увидел Эрика, у него тряслись руки, а внутри словно поселился кто-то другой, разделив его, и без того измученную душу, напополам… Одна половина по-прежнему интересовалась только чётким выполнением поставленных задач и упорным нежеланием искать контактов с другими жнецами, а вот другая… Его постоянно кидало то в жар, то в холод, стоило только посмотреть на Эрика. Его словно клинило. Стоило увидеть этого жнеца, как в голове щёлк – и всё чего хотелось, это подойти к нему так близко, как это только возможно, дотронуться до его кожи, почувствовать его тепло, и защиту его сильных рук. О Смерть всемогущая, как же его смущало всё это!.. А с учётом того, что видел он Эрика по восемнадцать часов в сутки, то и вовсе, он казался себе каким-то голодным, жадным до этого харизматичного красавца. Только до него, до него одного… хотелось быть рядом, хотелось перестать быть таким незаметным, но только для Эрика. Чтобы… Да уж, собственник Алан Хамфриз, вот же смехота. И ведь кого захотел – собственного напарника. Мало того, он же мужчина! Алан снова мучительно покраснел. Докатился. Юноша бросил взгляд на часы – полдень. Пора отнести отчёты Уильяму Ти Спирсу, и можно было пойти взять перекусить. Обедать в общей столовой он не имел привычки. Подхватив бумаги, и стараясь не шуметь, он быстро выскользнул из кабинета, опустив глаза. Не хватало ещё посмотреть на Эрика и… забывшись сделать что-то, что его выдаст… Вот же попал… «Вот же…попал…» – чуть не сорвавшись следом за совершенно бледным Хамфризом, мысленно дал себе пинка Эрик, опуская голову на руки. С каждым днём, проведённым рядом с Аланом, ему казалось, что его самоконтроль и каменная стена пофигизма ко всему, что его окружало – давали трещину, резко тая, стоило только этому нежному существу появиться в поле зрения Эрика. Алана в общем-то опекали и любили в управлении все, даже персональная красная заноза в заднице всего управления – Сатклифф постоянно сюсюкал с «крошкой Аланчиком», тут же тиская его, когда он не мог отстраниться или закрыться руками. Например, когда Алан нёс очередную «кучку», которую следовало довести до ума, прежде чем нести начальству. Вот в такие моменты ЭТО и вылавливало Алана, начиная умильно тискать за щёчки, ерошить его аккуратно уложенные волосы и жутко бесить, тут же оказывающегося рядом с персональной Косой, Эрика. Слингби с Сатклиффом не церемонился – пинка для ускорения в сторону кабинета Спирса, и вот уже Алан , сопровождаемый «бдящим» диспетчером, красный до невозможности, спокойно идёт в кабинет… А Эрик просто не мог не присматривать за Аланом. Слишком хрупким был этот парнишка, слишком его хотелось… нет, даже не защитить, не оберегать… Нет, тут были куда сильнее желания, и жнецу казалось вот-вот, ещё немного и он не выдержит – схватит Алана в охапку, поцелует перед всем управлением и пошли они все Смерти в… Ему хотелось прикоснуться к парню, касаться кончиками пальцев нежной кожи, дотронуться до губ, осторожно обхватить тонкую талию, чтобы он прижался щекой к груди Эрика… Хотелось… Да много чего хотелось, вот только если этот хрупкий ангел узнает о его желаниях… Да уж… Он точно потеряет всякое уважение в глазах Алана, и тот будет всеми силами пытаться исчезнуть из его жизни. А Эрик не хотел терять его хотя бы так, как стажёра, как жнеца, с которым пусть и недолго, но они будут бок о бок работать. Да, Эрик прекрасно знал, о шипах (и мириться, к слову сказать, с этим не собирался…). Видел однажды, другого жнеца. И когда это впервые случилось тут, в этом кабинете, но с его Аланом… Он сразу понял. Но только не мог сказать ему, что видел, знает, хочет поддержать. Быть рядом столько, сколько это будет отмерено. Но на двоих. А драгоценные дни уходили, утекали… И всё, что Эрик мог, это проводить с ним столько времени, сколько это было возможно в рабочее время, а по ночам метаться во сне, потому как с самого первого дня ему снился только он – Алан. Получив сухой кивок, означавший у Спирса «я доволен, скройтесь», Алан аккуратно закрыв за собой дверь, задумчиво шёл по опустевшему коридору… Внутри начинало неприятно ныть, где-то в области сердца, и подавленный, он понимал – ещё несколько часов, это в лучшем случае, у него есть, чтобы исчезнуть куда-нибудь, желательно в свою скромную квартирку с толстыми стенами, и…о том, как он корчится от боли, не узнал никто… Отчаяние от осознания своей беспомощности, грозило захлестнуть его с головой, и вновь мучительно захотелось… в объятия Эрика. Да, такого не будет, никогда не будет, но… Как же ему этого хотелось… душевная боль, тоска по несбыточному – это, казалось, было куда хуже боли от всё увеличивающихся по продолжительности приступов… «Странно…я думал, ещё пара…часов…». В столовую он не пошёл. Похоже, хуже ему становилось уже сейчас, а не как он рассчитывал. Ведь, никто и не говорил, что приступ будет начинаться по заказу, только, что теперь делать? Что угодно, только бы Эрик не увидел… Только бы не… Боль острым клинком врезалась в грудную клетку, не давая возможности двинуться или дышать – ноги подкосились, когда Алан открывал дверь в кабинет, только, ослеплённый болью юноша этого не знал. Очки слетели на пол, а свернувшийся клубком на полу, Алан случайно задел их ногой, вытолкнув почти в коридор. Руки судорожно сжались на месте, в котором угнездилась, сконцентрировалась боль – сердце. Конечно, шипы ещё не достигли его окончательно, но… – Эрик… Упрямо прошептали губы, прежде чем с них снова сорвался еле слышный стон… Недоброе предчувствие гнало Эрика из общей столовой обратно в кабинет. Когда в столовую вошёл раздораконеный Сатклиффом Спирс, и не появился Алан, Эрик насторожился. А когда уже юноша не явился и через десять минут, пятнадцать секунд, Эрик оставив поднос трещащему Ноксу, выскочил прочь. Первое, что бросилось в глаза, едва вписавшемуся в поворот с лестницы в коридор Эрику – открытая дверь и очки. Он еле слышно простонал что-то, бросаясь туда, чувствуя, что увидит… И не ошибся, Смерть великая, ну почему он не ошибся! На полу, в очередном приступе, корчился его Алан, не в силах сделать лишнего вдоха, но едва слышно хрипящего. – Э..ри..к.. – Тише… Тише, мой хороший, давай, – Эрик опустился на колени возле юноши, не церемонясь подхватил под колени одной рукой, а второй обнял за плечи, быстро поднимая, и перенося трясущегося от боли Алана на диванчик, который когда-то сам и притащил сюда, придумал какую-то нелепую отговорку, но зная, что Алан никогда бы сам не попросил об этом. Хотя часто остаётся тут на ночь… Эрик опустился на колени у изголовья, стащив пиджак, он скрутил его и положил под голову Алана, и теперь мог только гладить, сжимающего зубы от боли, парня по голове, шепча разные глупости… «Воды, наверное, нужно принести воды..» – Эрик попытался было отстраниться от него, как Алан вдруг распахнул глаза и, вцепившись в его руку, хрипло попросил: – Н-нет… Пожа..луйста, Э..рик… Пожалуйста… – Я никуда не денусь, я обещаю тебе, тише, мой хороший… – очередная судорога снова скрутила Алана в клубок, а Эрик только и мог, что обнимать его, уткнувшись носом в волосы, легонько касаться их губами, шепча уже, наверное, в сотый раз: -Тише… Душа моя… Это пройдёт… Пройдёт… Алан сжал зубы, сильнее сжимая пальцы на плече наставника, очередная вспышка боли – и спасительная темнота окутала измученного юношу… Мгновение понадобилось старшему диспетчеру,чтобы перенести хрупкое чудо, которое ещё потряхивало после пережитого, к себе домой. Почему к себе- он не задумывался вообще. Эрик, убедившись, что приступ прошёл, перенёсся обратно в управление, и сразу направился к Спирсу. У его двери уже мялся Сатклифф, острыми зубками терзавший смачно накрашенную блеском нижнюю губу. Не снижая скорости, Эрик вырвал у красноволосого изрядно помятый отчёт и, влетев в кабинет, захлопнул дверь так, чтоб Сатклифф за ней усёк, что с его мордашкой будет, вздумай он и дальше тут стоять. – Мистер Спирс, – начал Эрик – Отчёт и до свидания, – как всегда коротко и по делу отозвалось начальство. – А, да, Сатклифф вот, принёс… Да смерть меня побери, я не о том, – Спирс вздохнув раздражённо, коснулся очков, невзначай поправляя естественную деталь гардероба любого Жнеца. – Простите. Так вот, я о своём стажёре… Его не будет эту неделю, я, считайте, отпустил его, – вот после такой наглости, можно было и оказаться на месте Сатклиффа, огребя по башке секатором. Причём Спирс знает, как ударить так, чтоб побольнее было. Грель часто умильно улыбаясь, рассказывает, как сильно любит его начальство, раз причиняет такую «адскую и всеобъемлющую боль». Из размышлений о собственной незавидной участи его вырвали совершенно неожиданные для Слингби слова: – Снова приступ? Я предупреждал его, но вам достался упорный малыш. Идите, Диспетчер Слингби и… присмотрите за ним, у вас неделя. При всём желании, прикрывать ваше отсутствие я не смогу долго. И на счёт сбора душ – начинается самое тяжкое время и не мне говорить вам об этом. Алан должен собрать столько душ, сколько положено. Так что вам будет тяжело, я надеюсь, вы это понимаете? Держите меня в курсе. Идите. Ошеломлённый Эрик только кивнул, покидая кабинет. Сатклифф видимо ничего не сумевший услышать, тут же оказался рядом, но Эрик просто прошёл мимо, и красноволосое нЕчто, рванувшее за ним, видимо, недостаточно хорошо освоило «бег на короткие дистанции с учётом новых сапог с высоченными каблуками»,так как очень живописно расплылось по полу, и тут же заверещало, мол это Уилли его так не любит, даже ноги его бедного не держат… На памяти Эрика ещё не было прецедентов, когда бы Спирс называл кого-то малышом, или по имени, да, даже Греля, с которым у него, как подозревал Слингби, что-то всё-таки было, он нещадно лупил и обращался невероятно холодно. Впрочем, Грель не был бы Грелем, если бы вот так просто отступился… И вот, что самое интересное, откуда Спирс знает о том, что у Алана случаются приступы? Как долго уже это происходит? Или может, с того самого дня, как Алан появился в управлении, Спирс всё знал? Это, неожиданно, оказалось очень обидной мыслью. Потому как Эрик хоть и не мог предъявить на своего хрупкого стажёра никаких прав, это не мешало ему испытывать чувства, свойственные ревнивому собственнику. Да уж… По дороге домой Эрик заглянул в аптеку, в магазин и домой вернулся нагруженный по полной программе всем от бытовых мелочей, ванных принадлежностей, до обезболивающего и витаминов, как в таблетках так и в натуральном виде, правда, он не представлял любит ли Алан всякие там апельсины, но фруктов всё-таки накупил. Оставив покупки в узком длинном коридорчике, он, тихо разувшись, прошёл сразу в комнату, где оставил своего ненаглядного. Алан по-прежнему спал… Видимо, он вертелся во сне, потому что волосы были немного взлохмачены, Эрик присел на край футона, осторожно погладить его по волосам. Алан еле слышно что-то проворчал и длинные пушистые реснички дрогнули, юноша открыл глаза, но тут же глаза его расширились от ужаса. Без очков, как и любой Жнец, он почти ничего не видел, а пугливый и скромный Алан, так и вовсе чувствовал себя без них то ли просто голым и выставленным на всеобщее обозрение, то ли просто панически боящимся всего, что могло его сейчас окружать в этом мутном пятне, коим являлось сейчас всё вокруг. Мужчина тут же вытащил из внутреннего кармана своего пиджака очки своего стажёра (не смог выпустить из рук хотя бы их, раз нет возможности прикоснуться к их обладателю, а теперь вот положил в карман, у сердца) и, взяв парня за руку, вложил их ему в ладонь. Алан дёрнулся от прикосновения, но почувствовав ЧТО ему вернули, тут же их одел. Удивлению не было предела – он находился… Ещё не понял где, да это и не было таким важным как то, что на краю футона сидел Эрик! В голове понемногу начинали всплывать подробности происшествия, случившегося каких-то час, может, чуть больше, назад. Это же подтверждали и часы на стене у двери. – Эри… О..кхм, мистер Слингби, простите, я… – Всё в порядке. Вернее, насколько это возможно, конечно. Не вскакивай и не трясись ты так. Алан, ты забыл что ли, я сколько раз тебя просил называть меня по имени – Эрик. Никаких мистеров, – он ласково улыбнулся ошарашенному произошедшим, и не до конца понимающим происходящее, Алану. Тот, обведя взглядом незнакомую комнату, неуверенно спросил: – Аа, я, ээ… Где? – «нда, ну просто сверхгениальный вопрос», мысленно дал себе пинка Алан. Но, похоже, Эрик был готов и не только к этому вопросу, потому что, преспокойно увалившись спиной поперёк к счастью большого футона, Эрик криво усмехнулся и решил добить стажёра сразу всем, что хотел сказать: – Ты? У меня. Это конечно не пятизвёздочный отель, но, надеюсь, смогу тебя выходить и в таких условиях, – рассмеялся мужчина, – кстати, хотел сказать, на счёт шипов… – Алан напрягся, но Эрик покачал головой, – не переживай, я давно в курсе, просто, не хотел тебя беспокоить тем, что знаю об этом, но сейчас… Меня убивала невозможность разделить с тобой это, а теперь, вот смотри, как вышло. Знаю, ты и сам искал, как от них можно избавиться, но теперь нас таких искателей двое, и… Я хочу попросить тебя – больше никаких тайн на эту тему, хорошо? Ошарашенный Алан почти полностью спрятался под одеяло, только огромные глаза за стёклами очков ещё видел Эрик, юноша еле заметно кивнул, Слингби ожидал, конечно, что тот покраснеет там, в обморок, может, хлопнется ну или ещё чего, но Алан в противовес его ожиданиям словно застыл, побледнел… – Я… Я,наверное, пойду, Диспетч.. Эрик… – еле слышно закончил он, пытаясь вылезли из кровати, но Эрик подскочив, вернул его на прежнее место. Алан замер – прикосновение его рук к плечам, это. Это, так хорошо… -Ууу, ты, похоже, ударился, когда упал. Лежи и не думай даже вставать, ну, разве что вон, до ванной. Хотя, лучше зови меня, тут идти и идти… – Алан недоумевающее воззрился на напарника – идти и идти? До ванны, если он правильно расценил, дверь справа от себя – шагов пять, в лучшем случае… – И да, на неделю у тебя постельно-Эриковый режим. Да не бледней ты так, я имею ввиду, ты лежишь и отдыхаешь, а я о тебе забочусь. И только посмей мне что-нибудь возразить, – отрезал Эрик, знал бы Алан, как он сам сейчас смущается от собственных слов, точно бы врезал и убежал. Может и правильно бы сделал… – Неделю??? Да Мистер Спирс нас обоих линчует! – «Нет, это всё какой-то жуткий невероятный сон. Ну ведь сон же!» только Эрик снова довольно усмехнулся, гипнотизируя своей улыбкой и без того похоже, помешавшегося на нём Алана, – Спирс сам меня отпустил, вернее, сначала я сообщил, что не будет тебя, а потом он послал меня… на неделю за тобой поприсматривать. Слушай, вот ты объясни мне, почему он – знает о том, что тебя мучают приступы от шипов, а я – твой напарник – нет? Вот не знал бы, что знаю о них, обиделся бы! – резко надулся Эрик, делая шаг от футона. Алан, не соображая, что творит – вцепился в рукав его пиджака. – Эрик!.. – а вот теперь начинало доходить… Тонкие пальцы разжались. Выпуская плотную ткань и он снова опустил очи долу. Вот же дурак, Эрик сейчас наверное смотрит на него, как на сумасшедшего… Если бы Алан сейчас поднял глаза, то понял бы – как ошибается. Эрик с нежностью смотрел на, в тысячный раз, смутившегося стажёра и не находил в себе сил отойти или отвернуться. Присел обратно на футон, прижал его к себе и, поглаживая рукой по волосам, позволил себе обхватить второй рукой талию Алана. Они просидели так чёрти знает, сколько времени, прежде чем Эрик разорвал тишину. – Ничего он никому не сделает. Сам дал мне неделю. И учти, проведёшь ты её здесь и даже не пробуй возражать. А сейчас, давай-ка укладывайся, отдыхай. Я пока вернусь в управление, надо кое-что забрать на эту неделю, – усмехнулся Слингби и, нехотя разжав объятия, опустил даже не пытавшегося сопротивляться Алана на кровать. Действительно, о каком сопротивлении может идти речь, если это то, чего так давно хотелось, и о чём было стыдно даже мечтать? – как-то мечтательно думалось пытающемуся не краснеть стажёру Хамфризу, вцепившемуся в одеяло и наблюдавшего за уходящим Эри…Эриком. Да, Эриком и всё тут! – Н-нда… Смерть подери, он что – издевается? Никто столько не обрабатывает и за месяц, а уж Алан, – растерянно уставившись на несколько ровных кучек, Эрик пытался представить, как хрупкий Алан за несколько дней, ну максимум за ту же неделю всё ЭТО успевает перебрать, составить отчёты по содержанию каждой папки, если необходимо, дать рекомендации по проведению дополнительной работы… В общем всё то, что Эрик делать хоть и умел, но до ужаса не любил… только вот стоило представить бледного, бившегося едва не в припадке от адской боли Алана, как руки сами потянулись к папкам, и вот уже он перемещается с этой кучей работы обратно домой, к Алану, отчаянно надеясь только что сможет с этим всем справиться… Стоило Эрику уйти, как Алан действительно понял- приступ отнял куда больше сил, чем он думал, а уж вкупе с теми новостями, которые свалились после… Неудивительно, что он действительно очень быстро уснул… А когда снова открыл глаза, понял, что на этот раз «внутренние часы» его подвели – судя по заливающему спальню солнечному свету из не задёрнутых штор, было уже совсем не раннее утро, это точно. Юноша вскрикнув, быстро вскочил – Мистер Спирс его убьёт и правильно сделает! Это ж надо так проспа… незнакомая комната, на нём из одежды только бельё, Алан, всё ещё растерянный, пытался на ближайшей ровной поверхности найти свои очки, но, что-то снеся, настороженно замер. Наконец рука нашла искомый предмет, и он, наконец, пару раз глубоко вдохнув выдохнув попытался вспомнить, что же такое случилось… Он помнил приступ, потом неслабый такой поцелуй с полом, потом… А вот потом… Ох…- еслиб Алан матерился, сейчас бы наверное весь запас использовал. Как же он так умудрился, да ещё перед тем, кем больше всего не хотел обнародовать своё состояние – Только не Эрику! Сколько раз он говорил себе, что если Эрик узнает, самое логичное и представимое, это просто выкинет его кому-нибудь другому, зачем возиться с умирающим стажёром? А самое страшное – перестать его замечать, говорить с ним, хлопать по плечу или трепать по волосам, когда Алан в миллионный раз смущается по любой мелочи… А получилось вон как… Принёс к себе, отмазал перед начальством, не оттолкнул, когда было плохо, и, кажется, совершенно не собирается отправлять Алана к нему домой – сил набираться. Может… Может, не всё так потеряно, как казалось ему? Ещё и раздел, кстати, Алан покраснел и быстро надел брюки и рубашку. Заморачиваться по поводу остальных предметов гардероба типа пиджака – не стал, провёл рукой по волосам и, осторожно выскользнув в коридорчик, набрёл на гостиную – и замер. Всё и без того крошечное, пространство квартирки, было сплошь усеяно бумагами, раскрытыми папками, смятыми листками, с таким знакомым и дорогим сердцу почерком – размашистым, но невероятно красивым так или иначе, а сам обладатель спал в кресле, с очередной безликой папкой на коленях. Алан подхватил первую попавшуюся папку – скорее машинально, нежели осознанно, секунд пять ушло на осмысление того, что эта работа предназначалась ему, и на то, чтобы понять – Эрик впрягся за него. Бросив быстрый взгляд на спящего жнеца, он быстро собрал разбросанные документы, и, решив не рисковать, забирать папку из рук спящего, покинул комнату. Эрик вздрогнул, и нехотя разлепил глаза. Рядом что-то, хотя, что за глупости, кто-то шуршал. Осторожненько так, тихонечко… Эрик улыбнулся и быстро нашёл источник шума – Алан аккуратно укладывал на столе несколько небольших рядков из папок. Улыбка быстро сошла с лица мужчины, когда до проснувшейся совести дошло, что парнишка, только вчера корчившийся от боли на пороге их кабинета, провёл несколько часов за вознёй с документацией, чем должен был заняться за него Эрик. Он вскочил, папка упала с колен, и пока Эрик удивлённо взирал на листочки, Алан не мешкая, быстро поднял их, и аккуратно складывая в папку, не понимая глаз, промямлил: – Доброе… утро… – Обед скорее. Судя по всему. Чёрт, Алан, отдай это, тебе отдыхать надо. Не мог меня разбудить? – бурчал Эрик, прекрасно понимая, что если стажёр дорвался до документов, то лучше оставить их ему, себе дороже выйдет отбирать. – Ладно, ладно… Пойду тогда… завтрак приготовлю… – Эрик провёл рукой по волосам, н-да, оригинально, травануть юношу своей стряпнёй – лучшего способа приковать парня к постели и не придумаешь. Алан замотал головой. – Н-нет. Я справлюсь, вы как-то говорили, что не очень..умеете… вы пока идите в ванную, а я сделаю нам что-нибудь поесть. Вам же ещё тащить это всё в управление, а потом на сбор душ… за двоих… – совсем уж тихо закончил Алан. Похоже, в той папке, что проверял Эрик, проблем уже не было, так что стажёр положил её в кучку и пошёл на кухню. Когда он успел выяснить, где она, Эрик уже не заморачивался. Пока он был в ванной, Алан действительно приготовил завтрак, омлеты с ветчиной (к счастью Эрик очень любил сей продукт, так что недостатка в нём не наблюдалось). Глава 2- «Тепло» От автора: Выкладываю как есть. перезалью попозже,как обычно, после получения материала от беты Пока он был в ванной, Алан действительно приготовил завтрак, омлеты с ветчиной(к счастью Эрик очень любил сей продукт, так что недостатка в нём не наблюдалось), нашёл кофе, правда жуткую растворимую муть,и даже не стал пробовать искать сахар- уж кто кто, а он то знал, что этот Жнец любит, а чего нет. И сахар в список того что любил Эрик Слингби не входил. Эрик, обычно не заморачивающийся на тему того, как ходить дома, выполз на кухню с полотенцем на шее…Из одежды на нём только брюки. Алан чуть не задрожал, и опустив глаза выпалил что завтрак на столе, а он не хочет, и вынесся из кухни-Эрик даже не успел и слова сказать. Удивлённый он проводил унёсшегося в сторону ванны стажёра, и сел за стол. Удивляться можно было бы и дальше-ведь из того что находилось в холодильнике Эрика,сложно было что-то нормальное составить для нормального завтрака… Но есть хотелось сильнее. -Итадакимас-улыбнулся он, хватая палочки. Отличное начало дня… Алан прислонился спиной к двери, и сполз по ней, тяжело дыша. ОН ИЗДЕВАЕТСЯ? Расхаживать перед ним…вот так!Нет, Алану интересно конечно было увидеть как выглядит его наставник если с него стащить эти стандартные тряпки, но одно дело думать об этом, а другое, когда какой-то не до фей видимо тебя нашёл и теперь решил что хотя бы что-то надо исполнить, даже при условии что больше ничего Алану не светит. Кто-же его так ненавидит, что посылает ему одну пытку за другой? Где и кому он так перешёл дорогу, что может видеть, но не смеет прикоснуться…щёки снова окрасились нежно-розовым цветом. Какое- там прикоснуться, Смерть упаси такое думать! Да Эрик просто ускорения ему придаст куда-подальше! Алан несколько раз глубоко вдохнул закрыв глаза. Надо умыться хотя бы… Поднявшись, он с трудом осилил два шага до раковины и обомлел-на белоснежном полотенце, у самого края раковины, лежала нераспакованная зубная щётка и небольшая прямоугольная бумажка с одним единственным-«Алану». Это так…так… Он обеими руками вцепился в край раковины, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Надо было ещё закончить кое-что прежде чем Эрик-сан уйдёт. Эта мысль оказалась шикарным (пинком) посылом к действию. Быстро умывшись, он осторожно проскользнул в гостиную, и схватив последнюю папку, быстро начал перепроверять материал. Он не мог допустить чтобы мистер Ти Спирс нашёл что-то недоделанное. Только не у Эрика… Эрик, довольный,за обе щеки уплетал приготовленное Аланом. Но торопила его даже не мысль о том, что пора бежать на ковёр к Спирсу с материалами, и не последующие изъятия душ в двое большем количестве, а то, что где-то там, в другой комнате-Алан. Хотелось заставить его вернуться, и позавтракать с ним. Или лучше всего притащить еду в гостиную, и любоваться им, попутно приканчивая приготовленный заботливым стажёром завтрак. Мечтательно вздохнув, он быстро поев, помыв посуду, потопал в за рубашкой,галстуком и пиджаком , не задумываясь о том, что на пути в единственную спальню в этой квартирке- гостиная, и что он полуголый. Но до него быстро дошло, когда сидевший там Алан чуть в угол не забился, когда увидел по прежнему полураздетого Жнеца, и теперь сидел к нему спиной у окна, старательно делая вид что просматривает бумаги. Эрик усмехнулся и быстро утопал в спальню, одеваться. Когда он собранный и готовый к выходу, вышел к Алану, то первое что бросилось в глаза это аккуратно сложенные папки с материалами, между которыми были краткие записки к просмотренному. Эрик нахмурился -Алан, спасибо,конечно, только я же говорил-тебе нужно отдыхать, а ты даже сейчас умудряешься копаться в бумажках,-парень стушевался и опустив голову еле слышно извинился,Эрику пришлось усесться рядом с ним на пол, и обнять -Это ты меня прости, ворчу тут как Спирс в конце месяца на Сатклиффа…-ещё не забылся недавний инцидент, когда Спирс начал разбираться с Сатклиффом там же-в зале для совещаний,в котором все жнецы исправно собирались в конце месяца чтобы предоставить свои отчёты ещё раз и не только бумажками, но и поделиться с новичками какими-то историями, Спирс считал,это поможет вновь прибывающим лучше понимать что их ждёт. Так вот Сатклифф умудрялся на каждое слово босса находить десять, в итоге Спирс отправил всех работать дальше, а уж что он там делал с красноволосым-Эрика решительно не волновало. Только случай был презабавнейшим,и Алан робко улыбнулся, не сдержавшись. Эрик приподнял его лицо за подбородок и сделав вид что задумался, усмехнулся -Тебе идёт улыбаться.-и, проведя рукой по волосам застывшего в немом удивлении, словами напарника, Алана, Слингби поднялся, подхватил папки. И шутливо отсалютовав сидящему на полу парню, направился в коридор. Конечно, было бы крайне оригинально явиться к Спирсу и без обуви, а Эрик сейчас, после того,как уже в который раз чуть не спалившись, был в таком состоянии, что и за обувью то пошёл чисто на автомате… Он собирался уже перенестись в управление, как всё ещё взлохмаченный Алан выбежав из зала,застыл у дверного косяка ведущего из коридора к трём комнатам. И выдохнув -Будьте осторожны! Поклонился и снова исчез,предположительно в спальне. У Эрика словно верёвку с камнем с шеи сняли. Вот теперь он точно получил заряд бодрости на целый чёртов долгий день! Алан действительно скрылся в спальне, и даже дверь закрыл, её он сейчас спиной и подпирал-опять усевшись на полу, и устроив голову на коленях. Щёки наверняка были пунцовыми от смущения- ну какого Спирса он ведёт себя как заботливая и беспокоящаяся жёнушка!? Кто право ему такое дал??? Эрик по доброте душевной разрешил ему у себя остаться а он только и делает что говорит всякие глупости, за которые вот как сейчас-стыдно. Потому что не имеет права… А Эрик там сейчас пашет за двоих. Как не вовремя случилась эпидемия, поставившая на уши всех Шинигами не только их отдела. Все носились по городу как ошалелые, собирая души, плёнки которых отбивались так, будто не желали уходить, Алан понимал, что эти люди не были готовы в большинстве своём к своему уходу, потому плёнки становились до ужаса неуправляемые, и несколько Шинигами уже пострадали так или иначе. А Эрик теперь должен перевыполнить сбор за двоих! Алану было ужасно стыдно, даже при условии что он осознавал-выйди он сейчас на сбор, первая же попавшаяся, даже слабая, душа, и он следующий на очереди в путешествие под названием «два месяца в лазарете». Это если шипы до сердца не доберутся. Только вот толку сидеть и жалеть себя или его не было, надо было занять себя чем-нибудь. Хотя бы очень банальным . Готовка, уборка… Например. Алан вскочил,и быстро прошёл в кухню. Так. Пожалуй отсюда и начнём! Четыре часа спустя. Комнаты убраны, бельё в стирке. Жуткая машинка ему не давалась, спасибо он нашёл коробку, в которой покоилась не распакованная инструкция. (Видимо шинигами либо стирал сам,либо каким то чудом освоил машинку без неё, либо пользовался человеческой прачечной- решил Алан). Покопавшись в ней, он быстро понял что к чему, порошок тоже нашёл, и не мешкая загрузил одежду, которую вытащил из шкафа и ванной. В холодильнике были ещё продукты, да и то, что он нашёл в пакете принесённым Эриком, очень помогло в приготовлении. Он спокойно сделал фруктовый салат. Т.к йогурт в пакете,в придачу к фруктам, нашёлся. Эрик,видимо, не знал слово-умеренность, потому что фруктов было килограмма два. Но при его то силе да, мог и не заметить. Ещё там были таблетки разные, от которых становилось просто тошно. Не хотелось думать о Шипах… Эти несколько часов даром не прошли, и Алан с трудом добредя до дивана в гостиной, просто упал на него, измождённый но довольный. Лёгкая боль в груди испортила всё его «доволен проделанной работой, это ведь для Эрика!». И перевернувшись на бок, лицом к спинке дивана, он закусил губу… Сама по себе, боль от каждого шипа почти ничего собой не являла. Это будто каждая душа отдельно выла внутри, наполненная ядом гнева, от как им всем казалось-несправедливости. Они не хотели уходить. Они были злы, полны ненависти,это обращалось в яд, ЭТО и двигало шипы…Но если одна душа почти не вызывала боли, то все они-единой силой… Вот это было страшно. Боль в такие моменты казалось зашкаливала. Словно капсулы удерживающие их где-то вскрывались, и освобождённые гневные души устремлялись вперёд! А куда вперёд, как не в его сердечко?… В ближайшие дни начнётся очередной приступ. Алан знал. Не чувствовал уже даже, не предполагал. Просто знал.И сейчас собирал по крупицам все оставшиеся силы, чтобы пережить новый приступ. Только сейчас, сквозь отчаяние и безысходность, прорывалось какое-то иное чувство, и Алану казалось, что это надежда, а может уверенность? Уверенность в том, что теперь он не один…Теперь у него есть… -Эрик…-прошептал Алан, прежде чем его глаза закрылись,и он провалился в сон… -Алан…-шёпотом, шатаясь от усталости, не замечая вообще ничего вокруг себя, Эрик натыкался-на тумбочку в прихожей ногой, на дверной косяк плечом, в зале снеся к чертям вазу на столе косой,куда-то зашвырнув пиджак… Этот грохот разбудил уснувшего несколько часов назад Алана. Потерев глаза, он одел очки и теперь хлопая ресницами наблюдал как его напарник перемещается аки Зомби по комнате, что-то шепча, и сбивая на ходу попадающиеся предметы. Вскочив,Алан не долго думая обхватил его руками за плечи и легонько потряс -Эрик-сан? Эрик-сан?Ох… Пойдёмте…-притащив почти на себе,это безвольно шаркающее и продолжающее что-то шептать тело в спальню, он сгрузив его на кровать собирался уже выпрямиться и исчезнуть от греха подальше, но был пойман в неслабые объятия старшего жнеца. Тот пробормотав что-то типа: -Тепло….-окончательно зафиксировав уже даже не пищащего от шока стажёра, уснул. А Алан пискнул только один раз-когда его увалили на кровать, и прижали спиной к горячей даже через рубашку, груди жнеца. Потом он просто замер, выпрямился как солдатик, и застыл. Правда долго так стараться не дышать и застыв в одной позе он пролежать не смог, так что скоро сон принял в свои объятия и его. Тем более что честно признаться ему было так хорошо и уютно… -Эрик…  »Я будто выпал из сна, а тут другая весна… И мне теперь не перестать, Тебя искать…»(с) От автора: Не бечено. ВООБЩЕ. Но в принципе Читаю я и бета. так что по*й. Граф,как прочтёшь-я тебе обе эти главы отослал Эрик впервые за долго время просыпался действительно довольным. Во-первых,ему Алан снился, лежащий рядом, и позволяющий обнимать себя, и прятать лицо в своих волосах, он мог бы поклясться что ощущал его запах, и тепло его тела… -Эр-рик..-сан…за…ду…ши..те…-пискнули над ухом. До просыпающегося мужчины начинало доходить, что,похоже, это как-бы ничерта не сон, и это его руки удерживают почти не дышащего от шока(или всё таки от того,что при каждой попытке дёрнуться, Эриковы объятия становились лишь крепче?) стажёра на своей груди, прочно фиксируя его в таком положении. И,походу, парень ещё просто не просёк стояк своего Старшего напарника(хотя бы потому, что вновь начал попытки сползти с тела старшего жнеца) и теперь Эрик и сам ошеломлённый, уставился в такие-же офигевшие от происходящего глаза Алана. Руки тут же разжались, и Алан чуть-ли не навернулся с кровати, отползая. Усевшись на пол, он надел дрожащей рукой ночью снятые очки, и опустил глаза. -Э…Алан, я точно помню, что я домой прип…Пришёл. И точно помню что дошёл до дивана. Тогда вот как я оказался тут?Я не лунатик вроде…-попытался начать разговор со своим трясущимся от смущения стажёром. Ему и самому хотелось сейчас двинуть себе хорошенько, напугал парня! -Это я вас сюда…Довёл. Просто я уснул там, а вы пришли совсем никакой, я машинально вас сюда привёл, а потом…Видимо заснул сам…-уклончиво закончил Алан. Ну не говорить же ему, что Эрик схватил его, прижал к себе, и всю ночь обнимал. -Понятно. Ух… Ну и день вчера был… Хорошо что сегодня можно сделать перерыв…-Эрик улыбнулся, откинулся на спину, и зевнув протянул руку к глазам, всё таки с утра казалось что в них песка насыпали, но пальцы ткнулись в стекло очков. -Алан? Слушай, а я что, всю ночь проспал в очках?-еле сдерживая смешок, поинтересовался он у удивлённо уставившегося на него стажёра… -Ой…-только и смог выдавить Алан, и Эрика прорвало. Он начал смеяться да так, что Алан не выдержал и поднявшись на ноги,покинул комнату, чтобы не начать смеяться вместе с наставником. Нет, ну в самом-то деле, как он мог позабыть снять с Эрика очки? Алан тихонько хихикнул взяв курс на ванную. Быстро приведя себя в порядок, он решил что сегодня лучше тоже начать с чего-то типа яичницы, а уж потом можно и салат достать… Поэтому юноша снова принялся за приготовление необходимого, и как-то проворонил момент когда в комнате появился заметно посвежевший после ванны Эрик. И тут же,почуяв запах ветчины нецеремонясь прижался к спине Алана, заглядывая в сковородку -Ммм… И как я раньше мог есть замороженную еду?-он уселся на стул, потому что даже помогать тут не в чем было-тарелки, палочки, стаканы,всё уже было расставлено. Эрик устроил подбородок на ладони, упираясь локтём в стол, и с удовольствием следил за нехитрыми манипуляциями Алана, который все ещё возился с яичницей и беконом, и не мог заставить себя повернуться лицом к наставнику-лицо просто горело! Эрик же почти прижался к его спине, и его щека касалась уха…охх, ощущения просто..зашкаливают. Эрику тоже приходилось нелегко. Он уже и сам понял, что сглупил, когда вот так вот почти вжался в своего стажёра. Он почти каждые минут пятнадцать ловил себя на мысли что всю дорогу что-то отмачивает, а Алан не замечает… А может, просто не хочет, замечать…Вот уже эта мысль была довольно болезненной. Он конечно понимал всё, но… Хотелось надеяться что дело не в том,что Алан ничего не испытывает к нему, а в том что он очень стеснительный,да и наверняка всё время думает о присту…Идея! Ну не гениальная,конечно, но на троечку потянет! -Алан. Слушай, раз уж сегодня,о.спасибо…-он улыбнулся наконец-то услевшемуся напротив юноше.и продолжил-так вот, раз уж я сегодня всё равно свободен, может прогуляемся по городу?думаю тебе уже можно…Хм,что. Не хочется?-Алан чуть нахмурился, а Эрик, привыкший подмечать любые изменения в его настроении, тут же предложил другую идею,-Ну, тогда мы можем остаться дома и что-нибудь посмотреть. Я закажу пиццу, или что-то такое, сделаю в микроволновке попкорн,-вот тут Алан испуганно вскинулся, словно испугался за кухню,или…за него?…-а что? Обещаю ничего не спалить. Там просто-на три минут ставишь и всё прекрасно. Я уже пробовал,честно!.-Алан.вроде чуть расслабился…,-так как? -ну… в общем..звучит неплохо…-Алан посмотрел на него и несмело улыбнулся, получив широкую улыбку в ответ. -отлично, тогда так и сделаем. Устроим себе день кино.-рассмеялся довольный Эрик. Алан снова опустив глаза,кивнул. После завтрака оба разбрелись заниматься своими делами. Посуда вымыта. Кухня сверкает чистотой, о чём Эрик не преминул сообщить краснеющему Алану, когда тот мыл посуду. Потом один ушёл в спальню убираться, а другой обзвонил ближайшие пиццерии. После чего притащил в спальню диски, чтобы Алан мог выбрать то, что ему хотелось бы посмотреть, спасало то, что дисков у Эрика было много, он периодически что-то покупал, но редко что в итоге смотрел. Через час(за который Эрик успел и наладить необходимое оборудование для хорошего просмотра, включая DVD, который он не очень любил, не ладились у него отношения с техникой…Плюс пока ждал курьера с пиццей, он занялся попкорном, найдя у себя аж 4 пачки того, который нужно просто поставить на 3 минуты. ), оба почти одновременно появились в гостиной, и Алан протянул Эрику три диска с фильмами, которые ему хотелось бы посмотреть… Юноша совсем сник, и Эрик сначала не понял в чём дело, но заметив что Алан теребит рукав уже порядком мятой рубашки,Эрику захотелось себя прибить-он же не дал парню что-то, во что можно было бы переодеться! -так, выбери пока что мы посмотрим первым, а я сейчас!-Он улыбнулся парню и скрылся в спальне. Переоделся в мягкие домашние штаны,свободного покроя, футболку с короткими рукавами, вытащил штаны из довольно лёгкого материала и рубашку с длинными рукавами(всё таки мало ли, Алана ему было сложно представить в чём-то таком во что одет сам Эрик сейчас)и представив всё это на Алане,чуть не облизнулся. Притащив это добро в зал, отдал шокированному Алану, и отправив в спальню принялся возиться с DVD плеером, и дисками. Когда Алан вернулся,Эрик уже притащил и еду,и напитки, и готов был включить фильм. Парень в его одежде казался ещё тоньше,хотя вообще-то КУДА тоньше то! Но видимо было куда… Алан появился перед ним неуверенно переминавшиймся с ноги на ногу и теребящим пуговку на рубашке, которая была ему далеко не по размеру и постоянно норовила сползти с плеча, а Эрик мысленно начал давать себе затрещины, только чтобы не подойти и не прижаться губами к соблазнительному плечу,или вообще оставить на этой тонкой шее красочный засос, и чтоб все потом увидели! Чёрт, о чём он только думает, собственник недоделанный… Наконец, оба расположились у телевизора, Эрик на диване, а Алан как обычно, на полу, оперевшись спиной о стащенную с дивана подушку… Эрик постепенно передвигался по дивану ближе к Алану, передавая то попкорн, то принесённую курьером пиццу или газировку, и в итоге к концу первого фильма(оказавшегося какой-то фантастикой,мало интересующей взбудораженного присутствием Алана, Эрика.) Слингби уже шёпотом обсуждал с Аланом события фильма, что-то спрашивая, над чем-то злобненько угорая, в итоге Алан расслабился, и тихонько смеялся в ответ, пару раз пошутил, умиляя Эрика, и включив второй диск, довольно интересный боевик, Эрик прижимался плечом к плечу Алана, которому фильм не показался интересным, но сказать об этом жадно следящему за происходящим и фыркающим на действия героев Эрику, он не мог. Приходилось едва сдерживая зевки кивать на все возмущения или наоборот радостные возгласы мужчины. Эрик же заметил что его маленькая радость залипает и понемногу похоже засыпает, только когда голова в тысячный раз угукнувшего на его комментарии парня коснулась его плеча, и тут же он вздрогнул и постарался незаметно снова сесть ровно. Эрик вздохнул и отстранившись обхватил парня руками за плечи, укладывая его головой к себе чуть выше коленей. Алан удивлённо распахнул глаза и дёрнулся вверх, то ли уходя от телесного контакта, то ли просто машинально,но Эрик не дал ему вырваться -Всё в порядке, ты похоже уже засыпаешь, так чего не сказал? Спи, я тебя потом разбужу, как фильм закончится-улыбнулся Эрик, и уставился в экран, показывая,что не намерен спорить. Алан, едва дыша, боялся пошевелиться. Может,это ему снится? Или он заболел, и теперь в горячке ему видится всё происходящее? Но тепло исходящее от Эрика так реально… Он осторожно повернулся на бок, лицом к телевизору, и положил ладошку на колено мужчины, зажмурившись, ожидая что Эрик…А что-Эрик?Спихнёт его?Возмутится? Алан предпочитал не додумывать фразу, слишком хорошо и комфортно ему сейчас было… засыпая,ему даже казалось что Эрик гладит его по волосам,так… хорошо… Это… Так… «Хорошо… Чёрт, такой милый…»- Эрик осторожно поднял Алана и перенеся в спальню, вернулся выключить телевизор и вытащить диск. Когда он снова оказался в спальне, у него не достало сил отказаться от искушения устроиться на футоне рядом с Аланом…  »Я будто выпал из сна, а тут другая весна… И мне теперь не перестать, Тебя искать…»(с).часть 2 От автора:картина маслом-не беченное в студию. Тут есть кусочек, который я строчил ночью на телефон. Долго, страшно, потому что переживал что не сохранится,или ещё чего,так что если хотите можете попробовать отыскать его в тексте))). Ближе к концу начинается непонятно что, но уж извините, как смог…Вдохновение давно поставило на мне крест. Ошибки заметите(очепятки я имею в виду) отмечайте, сил нету пересматривать ещё раз…Т_Т Алан осторожно выбрался из ослабевших объятий старшего жнеца, и пулей пронёсся в ванную. И только там,закрыв дверь, он тяжело дыша открыл воду, и плеснул на лицо. Ничего себе «доброе утро». Доброе, и несомненно крайне бодрое! Не успел глаза продрать, как перед лицом «довольнофейс» от Эрика, и спит ведь как будто так и надо, а ему,ему каково? Хорошо что Эрик спал, когда Алан выскочил из спальни. «Надо собраться»-мысленно скомандовал Алан закрыв глаза,пару раз глубоко вздохнув, и когда он снова уставился на себя в зеркало-остался доволен. Никакого шока от случившегося. Ничего… «Ничего…»-удивлённо подумал Эрик, заходя часом позже на кухню. Алан как обычно у плиты… Как будто это не он спал всю ночь в его объятиях,такой тёплый,такой доверчивый и нежный… Мужчина сжал зубы, и нарочито извиняющимся тоном произнёс,усаживаясь за стол -Я вчера отнёс тебя в комнату,да.видимо,заснул рядом-повторил он почти то же, что сказал ему Алан, ранее. -да,конечно… простите,со мной столько возни…-тихо произнёс в ответ парень, и злость Эрика вся куда-то просто испарилась… -Не говори глупостей. Сам посмотри- когда ты пришёл, что тут было? Долбанный бардак и хаос, в холодильнике мыши шаманили над запакованной ветчиной и яйцами,просто потому что их они ещё не достали, а ведь могли бы,-хмыкнул он,- а в комнатах? Да в гостиной Мамай прошёлся, в спальне он обжился, а в кухне…,-Эрик рассмеялся,-в общем ты помнишь что и как тут было. А теперь посмотри-везде чистота и порядок! Да я даже лишний раз ключи от квартиры никуда кинуть не могу, мало ли след оставят,-от плиты послышался сдавленный смешок…,-и между прочим я сейчас не могу и представить себе,как это я жил на еде из микроволновки! Так что не смей мне тут глупости говорить. Кстати,а что у нас там на завтрак? А ты витамины пил? -О,сейчас…-Алан раскладывал еду по тарелкам польщённый и смущённый словами наставника…Значит он тут не лишний?Значит Эрик им доволен?… Это так… Приятно… -Алан? Запри за мной дверь. Мало-ли. Я вернусь через пару часов.-Эрик шутливо отсалютовав кивнувшему юноше исчез. Алан знал, что осталось не так много работы. В основном бумажная, ведь эпидемия начала сходить на нет, люди почти уже не умирали. Это радовало, но работы не уменьшало. Слишком много смертей, некоторые из которых не были прописаны в книгах,появляясь там буквально за полчаса до гибели конкретного человека. Таких прецедентов раньше вроде не было, хотя Алан мог бы поклясться,что ошибается… Но так или иначе, сейчас предстояло перелопатить кучу материалов и составить уйму отчётов. «А Эрику за двоих. Ну.Уж.Нет.!»-мысленно возмутился Алан. Пока у него было время приготовил обед, и устроившись на диване уставился в потолок. Ему нетерпелось дождаться возвращения Эрика. Во всём теле чувствовалась слабость, но пить витамины которые принёс Эрик он не стал. Что ему толку от человеческих лекарств… Алан не заметил как задремал… Разбудили его осторожные прикосновения, словно кто-то никак не мог решить,как же его так подхватить под коленями и под шеей, чтоб поудобнее. Алан резко распахнул глаза и уставился в сосредоточенное лицо напарника. Тот тут же убрал руки -О,проснулся… Прости, ты спал, а я тут сейчас армагедец устрою, так что хотел перенести тебя хотя бы в спальню, чтоб не будить… -Армагедец?-недопонял Алан. Эрик отодвинулся-за его спиной стояла коробка,доверху наполненная листками. Некоторые были чуть смятые и в чём-то розоватом… -С Сатклиффом…поздоровался.-мрачно заявил Слингби,-ладно, раз уж ты проснулся, иди в спальню, а я пока поработаю, потом повторим вчерашнее…-увидев ошеломленное лицо Алана он поправился,-с фильмами. Кино мы посмотрим,Алан, не бледней ты так,будто я тебе постель предлагаю…-и замолк, поняв, что ляпнул то, за что Алан имеет полное право как минимум ему двинуть. И будет прав. -Я помогу.-неожиданно прервал затянувшееся молчание Алан. -Чт…А,нет,Алан, я справлюсь, тут всего-то…-Эрик бросил взгляд на коробку и подумал что всё таки погорячился,но сказал справится,значит он справится. Алан упрямо покачал головой. -Там есть и моя часть работы. Позвольте я хотя бы её сделаю. И я не хочу слышать нет, потому что всё равно помогу.-закончил он. Эрик помолчав с минуту кивнул, и плюхнувшись на диван, пододвинул к себе коробку. Закатав рукава он вытащил первую кучку материала. Алан привычно устроившись на полу взялся за другую. В итоге картина маслом «он работает а я смотрю». Алан быстро проверял папку за папкой, прикидывал что-то в уме, отбирал у всё равно ничего не делающего Эрика ручку и быстро быстро строчил необходимые дополнения, спрашивая у Эрика определённые моменты сбора каждой души. Со всеми материалами они разделались в итоге часа за полтора. Эрик насмотревшись на Алана, тоже активно включился в дело, так как всё равно ему было известно больше. Было решено что Эрик заказывает суши, а Алан вновь выбирает фильмы…Заснули они вновь в одной кровати, потому что теперь уже Эрик не выдержал выбранной Аланом комедии и просто уснул,устроившись так.как вчера уложил Алана-головой на коленях у сидевшего в ступоре парня… Так и прошли оставшиеся несколько дней.Алан готовил, убирал, приучал к порядку и Эрика, а тот уходя за очередной кипой материала умудрялся увязаться ещё кому-нибудь в помощь с непокорными плёнками, и в итоге чаще всего приходил с царапинками и возмущениями на жнецов, решивших что такой случай отличный повод вывести стажёров на задания. Естественно новички огребали от озлобленных происходящим плёнок, ну и от постоянного шила в виде Сатклиффа, который театрально кричал, стоило ему увидеть что кого-то вот вот оплетёт плёнкой. Ну и когда сбегалось пол департамента он «изящно спасал» несчастного. А потом вечером они что-нибудь смотрели, или Алан показывал Эрику простейшие блюда, чтобы тот смог готовить себе сам… А ещё было много улыбок и смеха-общего. Искреннего. Не было неловкостей, не было смущения, оба чувствовали себя комфортно, живя друг рядом с другом…Общаясь, выбирая что-то интересное обоим, узнавали из мелочей что нравится что не нравится обоим…В общем то ещё времечко… И оно так или иначе текло и уходило… Возвращаясь домой в последний отведённый Алану под отдых вечер, домой, Эрик замет ил в витрине одного магазина хорошую бутылку вина. «Чтож, хотя бы отметим..Что-нибудь»-невесело фыркнул он, и прикупив свежих овощей и фруктов(Алан как-то попросил его не покупать больше ничего готового, ведь он сможет всё приготовить сам), заскочил в аптеку.в которой брал Алану витамины, и перенёсся домой. Алан уж точно не думал что-то праздновать. Да, сбор душ в таком диком темпе завершён,это хорошо,Эрик сможет отдохнуть…Но без него. Отвратительная,горькая, причиняющая боль, но увы отражающая реальность,мысль…Хлопнула входная дверь(а Эрик никогда не появлялся в самой квартире, чтобы не пугать Алана), и парень глубоко вдохнув вышел к шелестящему пакетами наставнику. -О,Алан. Слушай, раз весь этот дурдом с душами закончился, может мы это отметим?Та-дааам…-Он извлёк из пакета бутылку вина и помахал ею,довольный своей идеей. Алан с удовольствием наблюдал за улыбающимся Эриком, подсознательно готовясь к тому, что видеть он это будет теперь только на работе… -Алан. Алан?ты меня слышишь?Эй… Тебе не хорошо?-проник в его затуманенное этими грустными мыслями сознание голос Эрика. -А?Да,прости…Всё в порядке…-покачал он головой, забрал пакеты и спиной чувствуя недоверчивый и изучающий взгляд Эрика скрылся в кухне. «Решил отметить последний вечер когда я буду тут. Мило. Наверное…»-ну просто до тошноты мило,нечего сказать. Чтож… Завтра всё вернётся на круги своя, и его личные «демоны» снова станут только его проблемой… Почемуб тогда и не выпить, в самом то деле… Он быстро сообразил лёгкий ужин, и, решив оставить бутылку Эрику,достал штопор, и пока оставив это дело на столе, перетащил поднос с закусками в гостиную,да так и замер на пороге комнаты-везде были свечи… На низеньком столике и вовсе было два витых подсвечника каждый на три свечи… Их ровный свет с лёгким сладковатым запахом создавал иллюзию совершенно иного места,нежели та простая комната, что видела их неловкие взгляды, и смущение… Эрик отвёл взгляд и пожав плечами всё таки нарушил молчание -Всё таки это своего рода праздник, мы сделали столько, преодолели такое,что… Да сейчас даже в управлении празднуют,и… Ты ничем не хуже, и точно так же заслуживаешь праздника,Алан. Ну и я решил устроить…вот…,-он развёл руками, словно пытаясь разом указать на всё пространство, наполненное светом свечей… -Спасибо-справившись с комом в горле,кивнул Алан. Где-то внутри ему отчаянно хотелось, чтобы эти слова Эрика были лишь напускными, лишь отговоркой и прикрытием, но… Мечты они на то и мечты,чтоб быть чем-то эфемерным и остающимся тем,за чем тянешься,чтобы жить, когда больше ничего,казалось бы больше у тебя не осталось… Оставив поднос на столике он снова ретировался на кухню, захватил бокалы и бутылку, принёс в гостиную, где Эрик занимался сервировкой,а теперь ещё и вином, Алан ушёл в спальню, которую они как-то незаметно разделили на двоих. Пусть и не так как может оба хотели,но для измученного собственными чувствами Алана и это уже было небольшой но радостью, он и не задумывался что возможно его чувства не так уж и безответны. Но им уже не владело ни отчаяние, ни душевная боль, ни робкая надежда, что была ещё несколько дней назад… Сейчас внутри было пусто. Апатия. Завершение. Быстро переодевшись в костюм, машинально одев и шнурок,заменитель нелюбимого галстука, и символ,намёк, того что он не такой уж… Правильный. Идеальный. Чтож, не стоит тратить время, его и так осталось не так много. -Эрик?-Алан осторожно заглянул в комнату, всё ещё неуверенный до конца в том, что всё что он видел, не сон и не галлюцинация навеянная отчаянием и безысходностью. Нет. Эрик разливает вино, весело что-то напевает, взглядом указывает на стул, мол ну чего же ты,садись… Алан, притихший, без возражений предоставил Эрику всю техническую часть типа разлить вино, положить на тарелки немного того, немного этого, Алан словно готовил его к «самостоятельной жизни». Ведь завтра максимум что успеет Алан-это встать пораньше и приготовить завтрак. Всё остальное Эрик будет снова делать сам, и юноша надеялся только, что наставник не запустит квартиру снова… -Алан? Ааалаааааанчииикккк…-забавная пародия на голос Греля вернула его из мира грустных и неуместных сейчас мыслей,обратно в какую никакую, пусть временно красивую, реальность. -А?-потряс головой парень. ну да… Немногословен, что и говорить… Эрик тихонько рассмеялся: -Извини, ты сегодня крайне задумчив, но рефлексы у тебя не хромают, ты бы видел свои глаза когда я тебя Аланчиком назвал. Была бы тут,рядом с тобой дверь в наш кабинет, уверен ты бы тут же за ней исчез Тут уж рассмеялись оба. В такой атмосфере и прошёл вечер. Алан за всё время пока они тихонько о чём то говорили выпил всего полбокала вина, да и Эрик не налегал. Гораздо приятнее было просто говорить, наслаждаясь обществом друг друга, улыбаться, ловя ответную улыбку… После ужина решено было устроиться на полу, и допить вино под какой-нибудь хороший фильм. Алан согласился, и вдвоём они быстро устроили небольшое «гнездо» из подушек на полу, пиджаки сиротливо валялись на диване, а они,выбрав какой-то слишком философичный фильм аля-Ангел А,или что-то такое, развалились на подушках, попивая вино и обсуждая героев и перипетии отношений героев к той или иной ситуации. Эрику нравилось отвечать на вопросы Алана, не особо интересующегося телевизором.и уж тем более фильмами с их разнообразными жанрами и не всегда логичностью… Алан постепенно пьянел, и движения его становились всё расслабленнее. Эрику нравилось наблюдать за ним,да и Алана, захмелевшего и разомлевшего, теперь можно было сначала едва касаясь, а затем всё крепче и крепче, обнимать, усадив в итоге так,как было вполне неплохо-спиной к груди,уткнувшись лицом в его волосы, а иногда потираться о них щекой,не встречая сопротивления, или смущённой скованности. Алан откинул голову ему на плечо, словно подставляя нежную кожу шеи под незамедлительно последовавшие поцелуи. Эрику,казалось, сорвало крышу-он обхватил руками талию Алана, словно всё ещё боялся, что его оттолкнут, что это сон, навеянный алкоголем… Так же казалось и Алану… Ну,а раз это сон… Значит можно приподнять подбородок и приоткрыть губы, будто потянувшись за поцелуем… И ответить на жаркий, жадный поцелуй… А низкий,вибрирующий стон в ответ на робкий поцелуй,это ведь часть прекрасного,сказочного очарования этой ночи, рождённый его слишком разгулявшейся фантазией-ведь не будет же Эрик целовать его, или так потрясающе стонать на малейший отклик,его,Алана… А потом и мысли,и казалось весь мир его сосредоточился здесь и сейчас-чтобы взорваться ослепительной вспышкой чистого удовольствия… Только вот сколько не мечтай о том чтобы эта ночь и эта сказка не кончались, а утро всё равно придёт…А с ним придёт и понимание… Отодрать голову от подушки казалось крайне тяжёлой задачей,но Алан справился, только сесть нормально на постели не смог. По многим причинам. Одна из них обвивала его талию,фиксируя на месте, а вот вторая… Боль в определённом месте. Алан с минуту непонимающе смотрел на лежащего рядом Эрика. А потом начался ускоренный процесс под названием:«Дошло. Начало», Алан судорожно попытался сообразить что же они вчера натворили,вернее, что натворил конкретно он! Осторожно, дрожащими пальцами он снял руку Эрика со своей талии, и собирался рвануть в ванную, но тихо охнув оперся рукой о стену-он голый!внизу всё горит,да и губы, судя по всему припухшие, их покалывало стоило только попытаться коснуться их языком. Быстро схватив какую-то тряпку, видимо рубашку Эрика,висевшую на ручке двери в спальню(когда и как они там оказались он вспоминать точно не хотел.) и сделав шаг назад, нашарил очки на тумбочке, и, не сумев себя побороть, бросил быстрый взгляд на спящего… На губах лёгкая улыбка, рука лежит на том месте,где лежал Алан. Простынь, которую они использовали вместо одеяла сползла с лежавшего на животе мужчины, обнажая красивую спину, гладкая кожа которой он касался ноч….Нет,хватит уже! Алан мучительно краснея выскочил из комнаты,и пулей пронесся в ванную, у него было такое ощущение что стоит ему издать хоть звук, и всё вокруг него рухнет-и правильно сделает, как ему теперь смотреть Эрику в лицо??? Надеяться на то, что тот ничего не вспомнит-по меньшей мере глупо! Он выпил-то всего ничего… Но тогда выходит Эрик и сам,хотел… Алан включил воду, набирая ванну. Шум Эрика не разбудит, он ещё минимум часа два будет спать, пока завтраком не запахнет… Алан посмотрел на себя в зеркало-действительно припухшие губы, взъерошенный,красный как варёный рак, и губы…действительно припухшие. Брови сошлись на переносице, что-то не… И чуть не взвизгнул-на шее красовался шикарный засос! В дополнение к внешне «шикарной» картинке, внизу саднило, и Алан вздрогнув уселся в почти уже наполненную ванну. Вода показалась кипятком,но ему сейчас было настолько всё равно… зачем только пил это чёртово вино… И почему вообще он решил что всё происходящее-сон?… Эрику он даже не друг, а теперь и вовсе пустое место. Как же-лёг под своего же пьяного напарника, сам виноват. Да только Алан и не жалел, но примерно так ему казалось это будет воспринято Эриком. Алан сжал зубы,это было в сотни раз хуже, чем осознание того, что всё,что есть у него в будущем-это чёртова мучительная смерть…Это было хуже… Единственный кто ему дорог… Ради кого он ещё не сдался, ради кого каждый день делает то, отчего силы иссякают, позволяя приступам длиться каждый раз-дольше… Что будет с ним, если Эрик…Отвернётся… «Стоп… Возможно ещё есть шанс всё исправить…»-отчаянная идея, и прилив сил, вкупе с отчаянием сделали своё дело,Алан быстро выскочил из ванны(не смотря на боль от резкого движения), умудрившись не расплескать воду, вытерся, волосы решил не сушить-не хотелось шуметь… На цыпочках вернулся в комнату. И не поднимая глаз,зная что не устоит тогда, собрал свою одежду, и побив все рекорды по скоростному одеванию мятой одежды, явился на кухню. Завтрак. Для Эрика. Он принялся за дело, стараясь выкинуть из головы все мысли о вчерашнем. Не сейчас, не здесь… Спустя двадцать минут завтрак был готов, и тянуть было больше некуда. Алан накрыл горячий завтрак крышкой, тихонько прошёл в ванную, упаковывая щётку, складывая полотенце… Словно и не было тут его…Потом вернулся к спальне,но…Взявшись за ручку двери, он не смог повернуть её. Туда ему путь заказан. Пора уходить… Спустя секунду,бледного хрупкого юноши с потухшим взглядом в квартире не было…  »Кто сказал, что чудес не бывает, тот просто не ведал…»(с)К.Ч От автора:Не бечено. Хочу предупредить сразу-любители красивых диалогов,НЦЫ и прочего…-Тут вы их не найдёте. Скомканно, скучно,и все дела. Так что чугунные тапки принимаю-но в личку. Мы всё таки люди,а я не супер автор чтоб писать нереально шикарные фики. Опыта может мало,или таланта, кто знает. Сказать, что Эрик был зол- не сказать ничего. Проснуться после такой ночи, не почувствовать рядом тепло его тела, а в итоге- не обнаружить в квартире вообще ни следа Его присутствия, не считая щётки и полотенца, лежавших там, где он сам их и оставил когда Алан только остался у него. Вещи что он дал парню, лежали сложенные в спальне, опять же- там где он сам их и брал, чтобы потом с удовольствием видеть на Алане… А теперь казалось что в квартире чёрная дыра, а эпицентр он сам… Завтрак казался единственным реальным фактом, подтверждающим то, что Алан тут был, ну и папки в которых его почерком были внесены исправления, только части работы которую Эрик брал за Алана не было. Мужчина выругался сквозь зубы- ну и как это всё понимать??? Надо найти этого… Найти и вытрясти из него всю дурь, а потом вернуть туда, где он и должен быть- в свою квартиру, и в свою жизнь. И вот тут то, Эрик с ужасом осознал-он… Понятия не имеет, где живёт Алан. «Исключительно замечательно»-как сказал бы его старый приятель ещё по прежней жизни. Значит, надо наведаться в Управление. Всё равно Спирс в голове дырку секатором организует, если Слингби не принесёт отчёты, а разбираться с Аланом в состоянии «меня только что осчастливили секатором»…Нет уж… Перенестись было делом нескольких секунд, но сегодня что- то,похоже, было словно против него. Не успел выйти из кабинета Спирса, к его удивлению не спросившего у него ровным счётом ничего, как из за угла в него очень сюрреалистичненько «размазался» Сатклифф. И нет бы пойти краситься дальше, ему надо было обязательно достать Эрика. Покрайней мере, так в тот момент казалось ему. Он уж было собирался просто вырубить недоразумение, запереть в ближайшем кабинете, пусть Спирс сам своё чуч…чудо ищет, сколько влезет. Да, именно так он и собирался поступить, но, на его счастье, Сатклифф трещал быстро, так что… -Эричек, я конечно всё понимаю, ты у нас такой… эээ… брутальный, но будь так добр, объясни мне, что ты такого умудрился сотворить за неделю с бедным Аланчиком, а? Ты живо… Чтооо, чтооо? Не смотри на меня такими глазами как будто тебя собака бешеная покусала, и ты теперь такой же! Если ты думаешь что никто не знал где он жил эту неделю пока болел, кстати, а чем?-то ты точно сильно обо что-то ударился. Так, ладно, я не о том.-Сатклифф перевёл дыхание, всё таки актёрский талант он такой актёрский… Он даже глаза прикрыл, милостиво ожидая вопросов, расспросов и вообще… Но не дождавшись, и почувствовав что собственный бант его душит, открыл глаза, наткнувшись за бешеный взгляд начинающего звереть Слингби тут же фыркнув, попытался высвободиться, -Успокойся! Теперь понятно что ты сотворил с Аланчиком. Ни капли от джентельмена, одно голимое животное! Уж не знаю, что у вас там творилось, может ты в постели никакой, или носки по квартире разбрасываешь, но будь так добр, верни нам нашего милого улыбающегося Аланчика! Ты бы его видел! Так неинтересно- раньше он на мои шутки краснел. Или смущался, это было так мииило, а сегодня с самого утра как подменили! -возмутился Грель. Вроде и возмущение на месте, и поза хорошая, и слова то какие красивые! -Чт… Так, стоп. Отку… С чего ты вообще взял что мы… Что я и он… Горбатая тебя побери, Сатклифф, прекрати нести чушь!- зарычал Эрик,забыв что ещё секунду назад он был голов выдрать у него из глотки буквально с мясо информацию о том, когда и где он видел Алана. -И ничего и не чушь! -фыркнул Грель. Вот уж чего чего, а вынести когда его слова подвергались такому мужланскому сомнению? Нет уж!, -Вы бы со стороны себя видели, это же просто сериал на двести серий. Оба влюблены, а вместо счастливого финала, -глаза красноволосой смерти аж загорелись от удовольствия на слове счастливого, а потом снова идеальный ротик скривился, – у вас смерть вас знает что. Фу. Оба вздыхаете друг по другу, а хоть бы один сделал маааленький такой шаг к другому. Ну прямо дети… Учи вас ещё всему, пФ… -Грель с умным видом начал поправлять бант, потом коснулся причёски… Эрик разрывался между желанием прибить Сатклиффа, и желанием удавиться от смущения самому. -И как долго ты держишь в своей головке эту идиотскую мысль? -Эрик попытался натянуть маску равнодушной холодности с ноткой презрения к его словам, но хриплость в голове видимо его выдала. Грель улыбнулся во все свои острые зубки, и хихикнул -Вообще-то, это давным давно заметил весь отдел. Но лезть естественно никто и не хотел, попадёшь под твою горячую руку, и никакая мед.часть потом не соберёт. Ты же сначала бьёшь, а потом мозги включаешь и разбираешься- надулся Грель. Эрик вздохнул. Значит Сатклифф «давным давно» распостраняет эти слухи… Чтож… с одной стороны,Эрику даже и лучше. Но об этом он ещё подумает потом, а сейчас… -Так, заглохни, Саклифф. я к тебе обращаюсь, актрисуля. Ага, ага. Я тут вот, и не отворачивайся. Где. Сейчас. Алан? -Ой, смотрите у кого тормоз на газ сменился! Быыыстро просто. Ещё бы час и я бы тебя сам потащил. В столовую. Дуй давай, его там девочки из мед.части просто облапали по моему. Хотя ему сейч… Эээй, вот что за мужлан, даже не дослушал леди!-топнул ножкой Грель, в след убегающему Слингби. -Алан!-ворвавшийся в столовую «торнадо»,в образе разьярённого Слингби направился к столику, за которым, окружённый пищащими от умиления дамочками, сидел Алан. Сначала Эрик не понял ничего, ровно до того момента, как девушки, ошарашенные бешеным видом Эрика, совершенно чётко дающим понять, что лучше не становиться у него на пути, рассосались за соседние столики. А Алан даже не шелохнулся. Так и сидел, ровно, смотря в одну точку- пустым взглядом. Словно из него выкачали даже его вечное смущение и робость. Словно перед Эриком только пустая оболочка… в таком Алане невозможно было признать того шинигами, без которого Эрик не представлял своего послесмертия. Обеими руками упираясь в стол, он наклонился к бледному личику, и прошипел, едва сдерживаясь -какого чёрта? Почему ты ушёл? А в ответ безэмоциональное, хлёсткое: -Неделя кончилась, мистер Слингби. Простите, мне нужно вернуться к мистеру Спирсу, новое задание, видимо,- Тихо,вежливо… Аж зубы сводит. Эрик смачно выругался, схватил вышедшего из за стола Алана за рукав, и потащил прочь под аккомпанемент охов ахов остальных служащих. Тем лучше-пусть знают, как приставать к его Алану. А на лице последнего, (покорно позволяющего тащить себя по коридорам ругающемуся себе под нос явно разнообразным матом, наставнику) наконец появилось хоть какое-то выражение. Удивления, и таки смущения. Правда ещё слабые. Алану и самому казалось, что стоило перенестись из квартиры Эрика сначала в свою квартирку, а потом сюда, как эмоции словно атрофировались. Ни гиперактивная игра «великой и прекрасной актрисы», которая всегда была с лёгким подтекстом заставляющим Алана смущаться больше прежнего, ни девушки из мед.части, так любящие вздыхать над «крошкой стажером», что вводило Алана в ступор, всё таки дамочек было много, все галдели… Ничего. Сегодня- ничего. Ему казалось внутри пустота. Даже страха от предстоящей встречи с Эриком- не было… А теперь вот, взбешённый шинигами тащит его в их кабинет. Видимо, не желает чтобы то, как он выскажет стажеру всё что о нём думает, и потом откажется от него- слышал кто либо ещё. Чтож. И на том спасибо… Эрик, войдя в кабинет и захлопнув дверь, вжал в неё Алана, прижался к его губам жестоким, жадным поцелуем, заставляя приоткрыть рот, подчиниться… Ответить… Юноша со слабым стоном попытался оттолкнуть наставника, но были прижат к его телу обеими руками. А в силе, Слингби уж точно не откажешь. Он зарылся лицом в волосы Алана, и с трудом ворочая языком от возбуждения, терзавшего его тело, прошептал -Чтож ты делаешь, а? Ты, маленький, сумасбродный…-Алан, наконец, смог высвободиться, и в два шага преодолел расстояние от двери, до своего стола. Да так и застыл. Спиной к наставнику… Эрик сжал руки в кулаки -Почему ты ушёл? Да ещё так… Словно тебя там и не было! ,-и чуть тише,- словно вчерашней ночи… Нашей ночи, не было… Алан вздрогнул, но прежде чем Эрик сделал к нему хоть шаг, его, наконец, прорвало -А что я должен был делать?, -хриплый, но совершенно без эмоциональный, теперь его голос словно вновь набирал силу, вернее, прежнее смущение и робость. Но он должен был договорить… -остаться там, и увидеть в ваших глазах… Отвращение… -Что… -Эрик ошарашено смотрел на обхватившего себя руками стажёра, чувствуя, что сейчас лучше не трогать его. Лучше выслушать. -А разве- нет?… Я не должен был вообще у вас оставаться… Не должен был прикасаться к этому вину… Я не смог контролировать себя, а вы просто слишком много выпили. Мы оба. И от того, что утром я бы посмотрел вам в глаза и увидел там ужас, шок… И извинился бы…Это ничего бы не изменило. -Ужас? шок? Алан, да я сейчас вот в ужасе и в шоковом состоянии. От того бреда, что ты несёшь! -возмутился Эрик, наконец почувствовав что можно сделать шаг, его сделал…Теперь медленно приближаясь к трясущемуся от собственных эмоций, Алану. -В ужасе, и не потому, что, как ты думаешь, мне отвратительно то, что между нами было, да и извиняться, строго говоря, надо вовсе не тебе. А от того, что проснувшись утром, я словно проснулся разделённым на две половины. И вот моя, чёрт бы всё побрал, лучшая часть, пропала не известно куда, оставив вокруг меня чёртову грёбанную пустоту! -Эрик почти рычал, внутри просто клокотало, перед глазами мутнело, стоило вспомнить как ему было паршиво какой то час с лишним назад… А Алан,едва дыша, повернувшись, ошеломлённо слушал то, что говорил Эрик… Чуть пошатнулся, мир словно ушёл в небытие, только Эрик и то, что он сейчас говорил, вот и вся реальность… Алан не мог поверить- Эрик не отвернулся от него, он не кричит, чтобы Алан исчез отсюда, что ему противно на него смотреть… Алан почти ощущал его отчаяние, и боль в его словах, потому что ту же самую боль он чувствовал, когда решался на это. Решал за них двоих. -Иди сюда, -Эрик резко схватил Алана за предплечье, и снова прижал к себе, не желая расставаться ни на миг, пока это возможно. Алан, уткнувшись лицом ему в плечо, всё ещё едва дышал- сил поверить в то, что всё это происходит, у него не было… Измученное тело сдавало позиции, юноша погрузился в темноту… -Алан! Алан!!!-«его голос… такой взволнованный… такой родной… Эрик…» -Э-ри-к…-пересохшими губами, хрипло, выдохнул Алан, открывая глаза. Знакомая обстановка Эриковой квартирки вырвала из его груди судорожный полувсхлип, на что Эрик, сидящий на краю футона, ответил крепко обняв дрожащего парня. Алан попытался высвободиться, да куда там… -Не пугай ты меня так….-прошептал мужчина,а потом, легонько поцеловав в висок,продолжил уже чуть громче: – Вот. Сейчас. Здесь. Понимаешь где ты должен быть? Ты хоть понимаешь, как, чёрт возьми, я себя чувствовал, когда ты просто напросто сбежал? -Простите, -скорее машинально чем осознанно, среагировал Алан. А потом робко попытался выяснить ,-вы… не… из за вчерашнего… Эрик тихонько рассмеялся, устраиваясь на постели. -Алан, да весь отдел знал и видел то, что мы с тобой оба старались игнорировать. Ты- потому что сильнее тебя оказалось твоё смущение и страх, да и я… Извини, но… вчера я принёс вино с совершенно… определённой целью…Я просто… не знал как ещё попытаться стать ближе к тебе. Так отчаялся, что… ничего умнее не придумал. Но я ж не ожидал что утром ты первым делом решишь что виноват во всём сам, что это ты инициатор, и просто решишь всё за нас двоих. Алан, пойми, дороже и важнее тебя у меня никого нет. С самого первого дня как я тебя увидел, и до последнего так и будет. И даже дольше. «Это как клятва»-подумалось Алану. Да и у Эрика это вызвало точно такую ассоциацию… Алан немного расслабился в его объятиях, и Эрик поудобнее устроив его на своей груди, продолжил -Ты не поверишь, меня распекал Сатклифф! Всё управление твёрдо уверено что мы вместе. И что смотрим мы друг на друга, как двое влюблённых. Только вот… Я не хочу слышать это от других, я хочу посмотреть в твои глаза и увидеть это. Хочу провести рядом с тобой столько времени, сколько это будет возможно. До последнего дня. Я хочу, чтоб мы были вместе. «Потому что уйдём мы, тоже вместе»-вот это уже клятва. Эрик знал, что так и будет. Просто знал., -но… До того момента, как ты остался у меня, мне было так страшно потерять тебя из за собственных желаний, что я не мог не молчать о том что чувствую, боялся что ты не примешь меня. Но ведь в самом начале я не знал про шипы, и не знал что тебя тоже…Тянет ко мне…-ласково произнёс он целуя притихшего Алана в висок. -Вот только…Хочешь ли этого- ты, Алан? Я не смогу принуждать тебя быть рядом со мной, ты слишком мне дорог. Потому я приму любое твоё решение. Потому что когда любишь-принимаешь всё, что даёт тебе тот, кого ты любишь. И я…,-он не успел закончить- Алан поднял голову от его груди. И положив ладошку туда, где уже не билось сердце, прижался губами к его губам… Поцелуй несмелый и может неловкий… Зато он служил ответом… так же как и тихое -Я… Люблю тебя… Эрик… Так начался год, что они провели друг рядом с другом… В управлении, как и говорил Эрик, все давным давно решив что они вместе, совершенно не удивлялись тому что эти двое, сияя счастьем теперь и появляются на работе, и уходят с неё- только вместе. Алан куда чаще улыбался теперь, казалось, светился изнутри. А уж Эрик и вовсе изменился: куда-то делся «мужлан»,как звал его Грель, на его месте оказался излучающий счастье прекрасный мужчина, принадлежавший одному единственному юноше… Грель даже иногда вздыхал, что проглядел его, но получив разок секатором по голове тут же признал что ошибался и что ничего такого не видит и вообще его начальство самое начальственное в мире! «А уж как оно щедро на наказа…Ну Уиили, только не по голове опяяяять!…» Жизнь казалась бы наконец вошедшей в определённую колею,но… Эрик не отказался от своего плана собрать тысячу душ, а Алан, слабел на глазах… За этот год они пережили много приступов, и они становились всё тяжелее и тяжелее… Но время идёт… И оно забирает то, что должно забрать… Клятва, та самая, что Эрик принёс в тот день, год назад, осуществилась… Ему недоставало лишь одной души… Увы, но год спустя не стало двух прекрасных любящих шинигами… Такова судьба. Они уходили вместе. Через несколько часов, когда тела их забрали, и начальником второго лондонского отдела по сбору душ было получено с великим трудом разрешение на захоронение двух падших шинигами со всеми почестями, Уильям Теодор Спирс появился на пороге лавки Гробовщика. В его глазах горела невероятная решимость сделать то, что он собирался. Владелец похоронного Бюро только покачал головой, улыбаясь -не трудись, мальчик. Твоя решимость уже плата… да и к тому же я сам думал об этом… -Я могу попросить вас никому… -Ты сомневаешся во мне?-тихонько рассмеялся среброволосый. Уильям покачав головой поспешил покинуть помещение. Гробовщик сделает. Он знал. Полтора часа спустя: В огромной светлой библиотеке, заставленной сотнями книг, заполненных записями об уже ушедших, или только готовящихся уйти на покой душ, находился мужчина. С книгой в руках. Убрав закладку, он ухмыльнулся, и принялся строчить… -Хммм….Пожалуй,вот так… «прошло много лет, история эта стёрлась из памяти почти всех участников тех событий, но две влюблённых души оказались сильнее… И вот, когда уже, казалось, история эта канула очень глубоко в лету, две упрямые души вновь нашли друг друга…» … -Тайске Саеки, рад знакомству. Я буду играть Эрика Слингби,-высокий темноволосый мужчина приветливо улыбнулся будущему партнёру по сьёмкам, и на манер американского способа приветствия протянул руку -Матсумото Шинья… Я… буду играть Алана Хамфриза…-ответное рукопожатие от хрупкого тоненького юноши, робко улыбавшегося, и по соединённым ладоням словно пробежал ток. Оба удивлённо уставились друг на друга… Кто сказал, что чудес не бывает, тот просто не ведал о силе любви…

Фендом: Kuroshitsuji; Kuroshitsuji, The Most Beautiful Death In The World.

Автор:  Erica Flower.

Персонажи: жнецы и их «клиенты».

Жанр: deathfic, джен, еле заметные намеки на сенен-ай.

Рейтинг: R .
Размер: мини.
Отказ от прав: как говорится в подобных случаях, если бы мне хоть что-то принадлежало, подобного конца я бы не допустила.
Статус: закончен.
Описание:  Лондон,  улица (фонарь, аптека), три жнеца – три человека.
Предупреждение: возможен ООС.
Размещение на других ресурсах: автор жуткий собственник и предпочитает самолично расселять свои творения. Так что не обессудьте.

* * *
- Вы любите кого-нибудь? …
Про таких, как она, говорили «простушка-болтушка». Мэри Элоун и впрямь любила болтать. Низенькая пухленькая хохотушка из лондонских предместий. В болтовне она не видела ничего зазорного и даже как-то раз переспорила на этот счет приходского священника. Ну, в самом деле, что плохого, если поделиться с кем-нибудь забавной новостью, мыслью или просто своим безмерным счастьем? Мэри просто не могла держать его в себе, надо было дать ему хотя бы словесный выход, иначе у нее начинала бешено кружится голова, и все кругом превращалось в непонятный, такой легкий сон, что невольно становилось страшно… Вот и болтала, не важно, с кем: с родней, соседками, хозяйкой хлебной лавки, где работала… или даже вот с этим странным, но таким милым на вид прохожим…
Был уже вечер, и Мэри спешила на встречу со своим женихом, Томом. Они условились встретиться на набережной. А этот парень, как с неба свалился: выходит из-за угла, поднимает на нее зеленые глаза, грустные-прегрустные, и вежливо, но настойчиво спрашивает:
- Вы любите кого-нибудь? …
Жалостливая Мэри встала, как вкопанная. Том уже, наверно, ждал ее, но вид у этого паренька был до того несчастный, что она не могла взять и уйти. Прохожий хоть и был одет вполне себе прилично, но походил на заблудившегося сиротку… И ей захотелось приободрить его, чтоб он хотя бы улыбнулся, так что она, не задумываясь о странности происходящего, рассказала ему все:
- Он у меня такой замечательный, мой Томми! Самый лучший! Такой смелый, сильный! Всегда меня защищает, никому в обиду не дает, так что даже смешно становится, – тут она залилась звонким смехом и не заметила, как по лицу парня скользнула понимающая улыбка. – А еще он такой умный, столько всего мне рассказывает!
- Например?
- Что? Ой… – Мэри немного растерялась, но быстро сообразила. – А, ну, про корабли! Он же в порту грузчиком работает, вот и знает все, – она опять добродушно рассмеялась, и на пухленьких щечках выступил розовый румянец.
- А смерти боитесь? – задал другой вопрос незнакомец.
Мэри сконфуженно уставилась на него, а потом опять засмеялась, но уже тише, словно боялась обидеть.
- А что ее бояться-то? До нее еще, поди, о-го-го сколько! – бойко ответила девушка.
- Это не ответ, – тихо и настойчиво сказал он. – Страшно вам умирать? Вам, молодой и влюбленной?
Мэри перестала смеяться. Все то светлое и огромное, что она все пыталась выболтать, вдруг сжалось до крохотного, почти неощутимого комочка, а вместо него возник сквозняк. И исходил он от этого странного человека. Лавиной накрыло ее осознание всей жуткой неправдоподобности происходящего: откуда-то в этом закоулке взялся статный ухоженный юноша в добротном черном костюме, в начищенных до блеска очках, и обратился к ней с неподобающим, почти неприличным вопросом…
Тихо вскрикнув, она рванула прочь, не разбирая дороги. Юноша вздохнул, потер переносицу и прислонился спиной к стене какой-то постройки, держа под мышкой толстую книгу.
Раздался истошный крик, дико заржал конь. Послышались людские крики. Юноша отряхнул пиджак и, не спеша, пошел на шум.
Посреди дороги лежало окраваленное тело девушки, а прямо над ней встал на дыбы перепуганный конь, которого кое-как пытался унять еле живой от страха хозяин. Собиралась толпа.
Юноша открыл свою книгу и сверился:
«Mary Alone…Дата и время смерти – совпадают. Причина: попала под лошадь – совпадает».
Он подошел ближе и, незамеченный никем, опустился возле еще живой девушки.
- Мэри… – тихо позвал он.
Ей оставалось меньше минуты.
- Страшно… – пересиливая боль, шепнула она. – Очень. Я не хочу… не хочу… Томми…
Губки ее дернулись – и больше не шевелились.
Юноша, холодея, ощутил подступающую к сердцу боль – и совсем не душевную. Вцепился в руку Мэри, как в последний кусочек реальности.
- Я тоже не хочу, Мэри… я не хочу…

* * *

«Не хочу без нее жить».
Это была единственная ясная мысль, возникшая у Томаса Хэзэна за минувшую ночь. Он даже не обдумывал ее и пошел на набережную. Туда, где они вчера условились встретиться, где он ждал ее, пока не…
Мэри, его Мэри… Веселая, улыбчивая… Он ласково звал ее «пышкой» и на остатки скудного жалованья баловал свежими булочками. Она, смеясь, ела и ругала его за непрактичность, хитро приговаривая: «С таким мужем разве будет хорошее хозяйство?»
На набережной было безлюдно, только одинокая женщина в легком домашнем платье стояла возле перил, смотря невидящим взглядом куда-то в небо. «Такое платье бы понравилось Мэри, – по привычке подумал Том, – красное, с оборками… Она такие любит… любила».
Он посмотрел в реку. Уже светало, дул легкий ветерок, вызывая рябь на воде. Она почему-то напомнила ему складки на ее юбке… Он вцепился руками в перила и занес уже ногу, чтоб перелезть…
- Хей, парень, так не пойдет! – в плечо Тому вцепилась чья-то неслабая рука и дернула его назад.
- Не лезьте не в свое….
- Очень даже мое! Ты сейчас туда сиганешь, а мне потом, что, за тобой нырять? В такой холод?!
Абсолютно несочувственный и даже возмущенный тон наглеца огорошил беднягу Тома до частичной потери речи.
- Ч-что?…
- Холодно, говорю, за тобой туда прыгать! – охотно повторил странный тип. – Нет, я, конечно, не заболею, но и мерзнуть, согласись, дело не из приятных!
Том машинально кивнул, разглядывая его. Развязанным у наглеца был не только тон, но и вид: взъерошенные собранные в непонятную прическу волосы, полуспущенный галстук, расстегнуты были пиджак и воротник мятой рубашки. Абсолютно разбойничья внешность не вызывала и тени доверия, но, после прошедшей ночи, Том уже ничего не боялся.
- А что же мне делать? – огрызнулся насилу он.
Подозрительный мужчина глянул на него поверх очков и скорчил вдруг дружелюбную улыбку:
- Живи, парень! Живи, ты ж молодой, столько всего впереди!
- Вы ничего не знаете! – самоуверенность этого хлыща не на шутку взбесила Тома. Но тот лишь цинично ухмыльнулся:
- Все я знаю. Ты – Том Хэзэн, вон, в порту работаешь, у тебя вчера ночью невеста под лошадь попала и умерла, – наглости в голосе поубавилось, он стал глуше и немного подрагивал. – Ну и что?… Разве нельзя жить без нее?
- Нельзя, – категорично сказал Том.
- Это не ответ, – тихо и настойчиво сказал он. – Почему нельзя? Почему нельзя без не… – он сглотнул, – нее?
Затуманенный взгляд мужчины устремился куда-то мимо Тома, словно он говорил не с ним, а с кем-то далеким и невидимым.
Хэзэн нахмурился. И чего этот тип хвалился, будто все знает? Назвал его имя и работу? Это и дурак может. Самого-то главного он не знал, раз спрашивал – да и откуда ему знать?.. Знать, какая она была – его Мэри…
- Потому что, – пролепетал Томми. – Разве может быть что-то без нее…
- Не может, – выдохнул незнакомец, так сипло и горько, словно речь шла о его собственной невесте, а не о томовой. Но парень будто не заметил и продолжил бессмысленно глядеть в воду.
- Вот, возьми.
Том повернулся: мужчина протягивал ему револьвер.
- Зачем?
Он пожал плечами.
- А какая разница, от чего умирать, от пули или от воды? Он хороший, ты не думай, осечки не будет. А мне за тобой хоть не нырять.
У Тома почему-то и мысли не возникло, на кой ему вообще надо было за ним в воду прыгать, это казалось делом обычным и давно между ними решенным. Поэтому он просто взял оружие.
- Значит, нельзя? – хрипло переспросил мужчина. Но ответом ему был выстрел.
Стоящая неподалеку женщина вздрогнула…
«Tomas Heathen… – сверился он с книгой, что держал все это время в руке. – Дата смерти и время – совпадают. Причина – самоубийство путем утопления… ну, это уже мелочи. Какая разница? Душа и воспоминания есть, а тело в реку брошу…»

- Он же должен был утопиться…
От неожиданности жнец уронил почти уже перекинутое через перила тело обратно на землю. Странная напряженность свела ноги, обернуться не получилось…
- Я тебя умоляю… Хочешь, чтоб я лез за ним потом в воду в такую холодину? – попытался отшутиться он, но вышло натянуто и фальшиво.
Тот ничего не ответил, лишь поскреб древком своей Косы мостовую… Посмотрел на мертвого парня и тут заметил стоящую чуть поодаль женщину. Она была облачена во все красное, платье, туфли, шляпку… Ему сделалось как-то не по себе…
- Эрик… – прошептал он, – эта женщина…
- Просто еще одна самоубийца, – буркнул он.
- Но ее нет в списке…
- Значит, передумает и уйдет! – озлобленно перебил Эрик. – Или кто другой придет за ней, ну, какая разница?! Наша смена уже кончилась, – он, наконец, обернулся и смерил юношу строгим придирчивым взглядом. – А тебе вообще домой надо, отогреваться, вон, как дрожишь!
Алан закусил губу. Он и впрямь дрожал, но не только от холода: вечерний приступ окончательно отпустил лишь часа три назад, и ему едва достало сил добраться сюда… к Эрику. Они еще вчера условились, что встретятся здесь.
- Ладно, – Алан кое-как проглотил вставший поперек горла ком. – Только про труп не забудь.
- О себе лучше побеспокойся, – нахмурился Эрик.
Глядя, как сильные руки Слингби хватают мертвеца чуть выше талии, Алан ощутил невыносимую истому внизу живота, а потому поспешил отвернуться и пойти прочь.
Долгая мучительная ночь подошла к концу, но однажды ведь настанет другая, и тогда…
«Нет! Я не хочу… Не хочу» – отчаянно повторял про себя Алан, стараясь не обращать внимания на тяжелые шаги за спиной.
«Нет. Я не хочу. Не хочу» – со спокойной и страшной решимостью шептал Эрик, глядя на его напряженную спину и дрожащие плечи.
- Эрик! – порывисто обернулся жнец. Он даже не пытался скрыть раздражение. – Зачем ты за мной идешь?! Оставь уже меня и иди домой!
Слингби ехидно вздернул бровь и улыбнулся своей неповторимой обезоруживающе-наглой улыбкой:
- Алан, ну ты даешь! Забыл, что мы в соседних квартирах живем?

* * *

Она смотрела вслед удаляющимся со смехом мужчинам и сама почти улыбалась…
Она простояла тут, на набережной, полночи, пытаясь решиться на единственно верный, как ей казалось, шаг, но не выходило… Что-то то и дело отвлекало: красивые звезды, плывущая мимо лодочка, грустный паренек, а потом еще и они… Приход утра она и не заметила.
- Браво! Зал аплодирует вам стоя!
Что-то внутри нее разочарованно треснуло. С другой стороны, что еще можно было ожидать? Что подойдет сердобольный джентльмен и с беспокойством предложит несчастной даме помощь? Ничего подобного. Из людей – только пропущенные через мясорубку отчаяния пациентки, а из голосов – только этот, гадкий, въедливый – до боли в висках.
- Нет, я серьезно. Смылись из дому, меня не предупредив, и пришли сюда. Даже плащ не накинули, в такой-то холод. Еще врач называется! И зачем, интересно? О жизни подумать? Или, может, о смерти?
- Заткнись! – ей так не хотелось поворачиваться и видеть этот разъедающий все взгляд, эту отвратительную ухмылку. – Что ты знаешь о жизни и смерти?! Ты…!
Обернулась – и почти вскрикнула.
Тощий, хрупкий круглолицый юноша-дворецкий держал в руках плащ своей хозяйки и смотрел на нее с такой щенячьей преданностью, что она задрожала. Ей захотелось убить его на месте.
Чудовище… Чудовищная иллюзия.
- Вы простудитесь, – заботливо напомнил он не своим голосом и укрыл ее плащом, – а ведь вам, мадам, еще на встречу сегодня ехать.
Вчера вечером ей пришло письмо. Из прошлой жизни. От того, кто, как она думала, навеки был погребен в светлых невозвратных днях ее прошлого.
- Сиэль… – прошептала женщина, – если б я знала, что он останется жив…
- Вы бы не стали такой, как сейчас? – глумливая ухмылка была, в отличие от всего прочего, настолько привычной и настоящей, что мадам даже не разозлилась.
- Хватит болтать, – сурово отрезала она. – Раз пришел, неси меня домой. Надо еще в порядок себя привести.
- Конечно, госпожа. Но… позвольте поинтересоваться… – плечи женщины обхватили длинные тонкие пальцы.
- Что еще? – утомленно спросила она.
Холодные сухие губы коснулись ее уха:
- Почему ты не прыгнула, а? С таким-то ужасом внутри? – по груди ее прошлась затянутая в перчатку ладонь. – Испугалась? Вспомнила, что еще не составила завещание? А может… – тут из голоса исчезли все наигранные интонации, и он стал именно тем, настоящим, который она с таким упоением ненавидела. – Может, ты поверила в счастливое будущее?
- Грелль… – улыбнулась она, обмякая в его обманчиво нежных руках. – Ты пожинаешь души человеческие, а в них самих совсем не разбираешься. Я просто не хочу. Не хочу.
Жнец-дворецкий истошно расхохотался, подхватил хозяйку на руки и с разбегу взметнулся в воздух.

Автор: Dishka aka Fuck Shinigami

Фандом: Темный Дворецкий, Тетрадь Смерти, Код Гиасс

Жанр: слеш, джен, хоррор, ангст, юмор

Размер: драббл

Рейтинг: G – R

Пэйринг: Фобия/Жертва

Дисклеймер: Отказываюсь

Предупреждения: Долбанем обоснуем по ООС!) Проблема в том, что обоснуй – это очень личное мнение) Но Вы же не будете возражать? *гиасс-гиасс-гиасс* …а также насилие, кровь, странные звуки и запахи, и не менее странные пэйринги.

От автора: Я внезапно поняла, что это мой третий цикл драбблов «по Фрейду». Иногда мне кажется, что я выбрала не ту профессию… Эта серия посвящена фобиям. Дело в том, что не боятся только дураки. А про дураков аниме не делают.

Посвящается: Всем, кто читал предыдущие два цикла и остался после этого со мной) А также ББ, мисс Кинни, Герру Янику, Ненеко и ее замечательной работе «Фобия – Танец с Дьяволом», любимому Бармаглоту и сэру Куруруги, а еще – папе и горячему чаю, который никто не заварит так, как папа.

Слушать: что нальют

Читать: Википедию

Гемофобия

Code Geass, PG, смерть персонажа

Final Fantasy  OST – to Zanarkand

Мальчик стоял, прислонившись лбом к стене. Стена казалась теплой и живой, чуть ли не родной. Он закрыл глаза, упираясь  мокрыми от пота ладонями в гладкий мрамор, надеясь, что так пол под ногами перестанет качаться, как палуба старинного корабля, а губы не будут так предательски дрожать. «Меня никто не увидит, – подумал он, сжимая трясущиеся пальцы в кулаки, – Я еще минутку, и все. И пройдет…»

- Эй! – на плечо легла маленькая горячая ладошка. И слишком громкий девчоночий голос эхом разнесся по широкому пустому коридору: – Почему ты здесь? Тебя все ищут, они уже гвардейцев даже на корт и в рощу отправили.

- Я… – Он мучительно покраснел, отказываясь поднять голову и упрямо уставившись в стену перед собой. Боковым зрением он увидел мелькнувшие рядом светлые кудряшки, лиловое платье и улыбку до ушей. А потом вскрикнул, когда его резко схватили за руку: – Пусти, Юфи!

- Смотри, уже ничего нет. Точка, царапинка. Ни капельки не видно! – Она серьезно нахмурила брови, сжимая его ладонь обеими руками, притянув к самому лицу распухший и чуть порозовевший безымянный палец с крошечной точкой, оставленной медицинской иглой, – Теперь пошли, скажем, что ты нашелся…

Он потряс головой, открывая глаза. В ушах до сих пор звенело от выстрела, и Лелуш с удивлением заметил, что рука, сжимающая пистолет, даже не дрожит. Он перевел взгляд на распростертое перед ним тело, стараясь не смотреть в лицо принцессы – только на маленькую черную точку огнестрельного ранения и широко раскинутые бледные руки. «Ни капли… ни капельки…»

Чтобы не смотреть, как белое парадное платье Юфемии становится алым, он поднял взгляд в небо. Навстречу ему уже несся «Ланселот», и нарастающий вой двигателей закладывал уши.

Тетрафобия

Тетрадь Смерти, G, повседневность, юмор

Lou Reed – Perfect day

- Унеси это отсюда, – голос прозвучал слишком резко, заставив всех, кто находился в комнате, вздрогнуть и обернуться. Рюдзаки пожал плечами и добавил: – Пожалуйста.

- Что-то не так? Он что, соленый? – Матсуда испуганно расширил глаза, растерянно обнимая пластиковое пестрое ведерко, доверху наполненное душистыми облачками воздушной кукурузы. – Я же готовил, все проверил… Карамель добавил!

- Спасибо большое, – с нажимом отозвался Рюдзаки, не отрывая взгляда от монитора, – а теперь унеси его обратно на кухню.

Матсуда огорченно развернулся и побрел к двери. Лайт видел, как тот украдкой сунул в рот пару зерен, прожевал и недоуменно пожал плечами. Ягами снова склонился над клавиатурой и улыбнулся уголком рта:

- Не любишь попкорн? Как так? Он же сладкий и все такое…

- Не люблю, – перебил его Рюдзаки. Лайт удивленно поднял голову. Тот продолжал: – Когда мне было пять лет, я попытался его сам приготовить. Он взорвался.

Лайт подавил смешок и снова развернулся к себе, бросив через плечо:

- И только?

- Потом я попытался приготовить его еще несколько раз, – Л оттолкнулся ногой от края стола и подъехал в кресле вплотную к Лайту, уставившись не него немигающим взглядом: – С тем же результатом.

- Ах да, ты же не любишь проигрывать, – Лайт улыбнулся до ушей, уже не сдерживаясь. Рюдзаки склонил голову набок:

- Ягами-кун, я никогда не могу точно подгадать время, когда выключить плиту. Никогда не удается отсчитать какие-то жалкие сорок секунд.

- Почему сорок? – Лайт нажал на «пробел» чуть-чуть сильнее обычного. Л пожал плечами, отъезжая к своему месту:

- Очевидно, ты тоже не умеешь готовить попкорн.

Агорафобия

Темный Дворецкий, G, AU

Muse – Space Dementia

- Ты когда-нибудь пробовал разбиться в лепешку?

- Зачем.

- Ты должен был спросить – «Ради кого?».

- Тем более.

 - Но ты же однажды пробовал.

- Это было не ради кого-то.

- Да неужели?

…Он сжал зубы, когда в спину впились острые камни подъездной дорожки. И мысленно поблагодарил хозяина за то, что тот не прыгнул в растущий в паре метров розовый куст. Мальчик лежал на нем, уткнувшись лицом в лацканы фрака, и впервые казался тяжелым для такого тщедушного ребенка. Себастьян не видел его лица – только как ветер трепал темно-русую макушку. И не хотел видеть. Он уставился в небо, стараясь не шевелиться, ощутил, как ткань на спине теплеет от крови, и брезгливо поморщился.

- Зачем Вы это сделали, милорд? Хотели узнать скорость, с какой я прибегу из кухни, пока Вы летите со второго этажа?

- Я даже не знал, что ты на кухне, – глухо побормотал мальчик, не поднимая головы. Себастьян едва слышно вздохнул:

- Но Вы знали, что я Вас поймаю.

- Иначе я бы не прыгнул.

Он вдруг вздрогнул, словно от холода, и резко поднялся из кресла, едва не смахнув с подлокотника чашку чая. Мальчишка, следящий за ним с кровати, приподнял тонкую бровь, потом вернулся к изучению мобильного телефона. Голубоватый свет экрана, отраженный в его глазах, на секунду снова сделал их синими. На секунду – потом взгляд снова полыхнул алым. Врывающийся в комнату ветер мягко перебирал его темные волосы.

«Не ради кого-то, милорд. Вместо кого-то».

Мужчина отвернулся, словно увидел нечто отвратительное, и быстро закрыл распахнутое настежь окно номера.

Тафофобия

Темный Дворецкий, манга, R, AU

Suilen – Zakuro

Гробовщик вытянул длинную костлявую руку, глядя на свет на крошечный бронзовый колокольчик, зажатый в кривых пальцах. Он бережно перехватил изящную вещицу указательным и большим, и встряхнул, наполнив пыльную и тихую комнату веселым бронзовым звоном. Начищенный бочок колокольчика золотисто подмигнул мальчику, сидящему неподалеку, на краешке стула, с таким видом, будто он сидит на болотной кочке. Ребенок старался не двигаться и не касаться ничего в комнате даже краем одежды. Гробовщик искоса следил за ним. А затем, ухмыльнувшись, бросил маленькому графу колокольчик. Тот вздрогнул, но послушно поймал и сжал в мерзнущих ладошках маленький теплый комочек звона.

- Зачем это? – спросил он, рассматривая колокольчик со сдержанным любопытством. Гробовщик улыбнулся чему-то, снова роясь в своем бездонном сундуке:

- Чтобы Ваш дворецкий не заплутал, возвращаясь, – Гробовщик выпрямился и продемонстрировал графу моток тонкой, но крепкой бечевки. Глаза мальчика понимающе расширились.

- А у моих родителей…

- А их никто не ждал назад, – мягко ответил Гробовщик. Граф не видел его глаз.

- Я жив! Эй, вы! Я еще жив! – Удушье царапало горло и жгло грудь, он рванул на себе рубашку в темноте, разодрал льняной ворот, но все равно на горле сжималась невидимая ледяная хватка. Он скорчился, прижимая руки к груди: – Анна, Якоб… я жив, я ведь еще жив…

Хрипел и рычал в непроглядную темень, толкаясь острыми, высушенными болезнью,  коленями и локтями в суровые дубовые доски. Метался, обдирая костяшки пальцев о глухие стенки ящика, кричал, не замечая, как по щекам струятся злые слезы. Он пытался вспомнить неясные силуэты, окружавшие его постель – и не мог, лица людей, волнующихся за него когда-то, теперь плыли, вымываясь из памяти горячим потоком слез.

А потом крышку гроба рассек луч света. Рассек, разрезая и судорожно вздымающуюся грудь. Где-то прозвучал голос:

- Ты прав, пожалуй, тебе еще рано в забвение…

Мальчишка наблюдал за ним с удивлением. Гробовщик покачал головой и произнес с привычной улыбкой:

- Как же все-таки хорошо, когда нас кто-то ждет, не правда ли, граф?

Аутофобия

Код Гиасс, G, POV

Letzte Instanz – Mein Herz

Она, волнуясь, быстро заправила за ухо прядь каштановых волос. Он откашлялся и встряхнул темно-рыжими кудрями. Два оттенка одного цвета, маленькая градация… Прямые, рваные пряди – и жесткие непокорные завитки. Сузаку отвел взгляд, прогоняя наваждение:

- Почему ты так упорно держишься за него?

- Из-за таких вот вопросов я иногда сомневаюсь, что ты вообще японец.

Две пары глаз друг напротив друга. Одинаковый разрез – как будто Создатель пару раз рубанул наискось катаной. Горькая, дрожащая непролитыми слезами, морская волна – и сухая, горящая на солнце, майская зелень. Если бы не эта ничтожная разница в цвете – они могли бы быть братом и сестрой.

Нет, уже не могли бы.

- Что он пообещал тебе такого, что ты не слышишь никого больше!? Ты не слышишь меня? Ширли мертва!

- Что он мне пообещал? Свободу, Сузаку.

- Свободу? Идти у него на поводу – твоя свобода?

- Я смотрю на тебя из одиночной специальной камеры. Чтобы я тебя услышала, для начала предложи мне то же самое, что и он.

- И ты поведешься, Карен?

- Ты же повелся, Сузаку.

- Я не…

- У тебя было столько шансов… а Зеро еще жив.

- Карен.

- Не обещал ли он и тебе чего-нибудь?

Сузаку бледнеет и хмурится:

- Я даже не знаю, кто под маской.

- Как и я, – Карен широко улыбается, а спустя секунду оба отчего-то отводят взгляд.

Клаустрофобия

Тетрадь Смерти, G

Kuroshitsuji – II OST – Cruelly Eyes

Ниа потянул за провод, обмотавшийся вокруг кресла, и едва не упал, неуклюже вскинув ноги. Он даже не стал оглядываться, не видел ли кто-нибудь его промаха – в штабе он был абсолютно один. Он не был уверен, что стал бы оглядываться, даже будь здесь все члены СПК. Он закусил губу и снова потянул за провод, удовлетворенно кивнув, когда кресло с грохотом опрокинулось. Затем воткнул вилку в розетку, и к голубоватому свету многочисленных компьютерных мониторов прибавились веселые сполохи алого и зеленого. Он обернулся и задрал лохматую макушку, пытаясь рассмотреть самую вершину украшенной гирляндой здоровенной рождественской ели.

«Конечно, можете идти, Джованни. Я уверен, есть пара людей, которых Вам бы хотелось поздравить… – Спасибо, Ниа».

«Идите, Лестер. Я думаю, что со мной вряд ли что-то случится за одну ночь. Не вижу смысла Вам сидеть в Сочельник в четырех стенах. – Да, хорошо. Спасибо, Ниа».

«Счастливого Рождества, Лиднер. – Спасибо, Ниа».

- Пожалуйста, – пробормотал Ниа, дотрагиваясь до колючей ветки. Он повернулся к равнодушным экранам, выстроившимся перед ним. На секунду показалось, что стены плывут ему навстречу, сжимаясь. Конечно. Никто не станет сидеть взаперти в Сочельник. Никто.

Он протянул руку и быстро нажал кнопку вызова. Никто не станет сидеть в четырех стенах…

- Эн? – голос на том конце был бодрым и настороженным, как всегда. Ниа склонил голову, озадаченно глядя на монитор.

- Эл. Почему ты сейчас в штаб-квартире?

- У меня к тебе тот же вопрос. Вы, европейцы, празднуете сегодня Рождество, не так ли?

- Кто тебе сказал, что я европеец?

- Верно, я тороплюсь с выводами.

- Ты там один, я прав?

- Да. Я отпустил всех. Не сидеть же им вечно в четырех стенах.

Ниа резко отпустил ветку ели, и та хлестнула его по лицу, заставив вздохнуть громче, тем обычно. Голос позвал его с вежливым равнодушием:

- Эн?

- Ничего.Счастливого Рождества, Эл.

- Счастливого Рождества, Эн.