«Нет, ну и как это понимать? — возмущенно подумал Хайд, меряя шагами комнату, — Я эту сволочь жду всю ночь, а он? А у него „дела“! Я ведь не железный!»
От обиды вампир зло пнул шкаф, а тот коварно распахнулся и вывалил все вещи на Хайдика...
— Да чтоб ты провалился!!! — в сердцах заорал он, с трудом выпутываясь из огромной кучи тряпья. — Что за дерьмо такое со мной твориться!?
Вокалист начал запихивать все обратно, но у него ничего не получалось. Тогда он плюнул на все и, не дожидаясь Каза, поехал в студию, решив отыграться на ком-нибудь другом.
В дверях студии его встретил...Конечно же вездесущий Дай!
— Хайд-сааан... — прошептал он, ловя в объятия хрупкую фигурку, — Как насчет встретиться сегодня?
— Эээ...Нет, Дай-чан, прости, я не могу! — спешно выпутываясь из объятий пробормотал вампирчик. — «Может сегодня... Вдруг сегодня Казу наконец решится! Нет, я не буду ему изменять, как бы мне не хотелось.» — так успокаивал себя маленький солист, отмахиваясь от воплей Андо, типа «если передумайте, то я всегда готов!»
Наконец вот она, студия! Хайд захлопнул за собой дверь и облегченно плюхнулся на диванчик. От соблазна он в очередной раз сбежал, но легче от этого явно не стало...
— Ты уже здесь? Рано ты! — неожиданно раздалось над ухом. Каз вынырнул из-за стенда с гитарами и сал рядом с Хайдиком, прижимая того к себе.
— Конечно рано! Мне вообще-то скучно дома... ОДНОМУ! — в голосе малыша Хайда явственно слышались истеричные нотки, — И ДЕЛ у меня никаких НЕТ! Вот и прихожу рано!
Казу и не пытался оправдываться, а только виновато смотрел на свою карманную любовь. Всю ночь он, как дурак просидел в парке перед студией, пытаясь настроить себя на решительные действия, но... Ноги просто отказывались идти в сторону дома Хайда!
— Прости... Ну правда, я же не виноват...Это обстоятельства! — попытался он вставить слово, но вампирчик все больше распалялся, повышая и без того громкий голос. Все это наверняка бы закончилось скандалом, если бы не пришли их одногруппники.
Хайдик злобно сверкнул глазами и объявил начало репетиции.
Прогоняв бедняг четыре часа, он, наконец, сжалился и отпустил всех. И только он прыгнул на колени к Казу и принялся покусывать мочку его уха, может, все-таки решиться? Но тот лишь увернулся из цепких объятий и виновато произнес:
— Извини, но мне снова нужно уйти...
«Да, твою мать!» — пронеслось в голове маленького вампира, но он сдержался и произнес лишь. — Ладно... ИДИ!
— Ты ведь не злишься, любимый?
— НЕТ!
— Все-таки злишься... — виноватым тоном произнес Каз.
— Ох, иди уже куда шел!
И Казухито быстренько смотался из студии.
«Охренеть вообще! Дела у него!!! — возмущался про себя Хайд. — А я тут сидеть должен??? Ну, уж нет! Больше я ждать не намерен! Не хочу быть первым, кто умрет от спермотоксикоза!!!»
И он маленькой фурией вылетел из студии в направлении репетиционной базы Dir en grey.
Те не слишком удивились, когда он влетел в распахнутую дверь. Они просто встретили его равнодушным «Охаё, Хайдо-сан».
— Так! Андо, ко мне! — приказал вампир.
И Дайске как верный песик тут же подскочил к нему.
— Пойдешь со мной! — Хайд потащил гитариста на выход.
— Но у нас же репе-ти-ция... Была... — попытался возмутиться Каору. — Так, народ, внеплановый перекур.
Он отложил гитару в сторону и вышел из студии.
***
А Каз в этот момент сидел в студии Мэд Биверов и жаловался Хонме на свою несчастную долю.
— Понимаешь, Ки, люблю я его!
— Угу, — глубокомысленно заметил Киеши, приканчивая очередную банку Асахи. — Я понял.
— Люблю... А вот дальше никак! — сокрушался Каз, — Ну не могу я!.. Боюсь его разочаровать!
— Ааа, ты про секс что ли? — вдруг спросил Хонма.
— А я тебе про что битый час толкую? — огрызнулся Казу, — И чего я с тобой разговариваю!..
— То есть ты никак не можешь его трахнуть? — выдал Ки. — Он не хочет?
— Слушай, и как ты лидером остался!? — вопросил Каз, закатывая глаза. — Не он не хочет... А я не...Не знаю как... Даже не представляю...
— Так тебя интересуют тонкости процесса? — Сразу оживился Хонма, пододвигаясь ближе к гитаристу.
— НЕТ! Тонкости я прекрасно знаю... Благодаря нашему общему другу, мир его праху!..
— Ну, а что тогда тебя останавливает? — тут же поскучнел Киеши и отвернулся за новой банкой пива.
— Арррррр!!! — не выдержав и выпустив клыки, зарычал Каз, — Я О ЧЕМ ТЕБЕ ГОВОРЮ???
— Вау!.. — пискнул Хонма и восхищенно вытаращил глаза, рассматривая острые, как бритва, зубки. — А сделай так еще раз!
— Отвали... — грусть вновь одолела Каза.
— Ладно-ладно... Ты просто поверь в себя и действуй уверенно! Ведь ты его любишь, а это самое главное. Я уверен, у тебя все будет прекрасно! — убежденно разглагольствовал Киеши и на душе у Казу-чана становилось все легче и легче...
— Ну как? Убедил? — важно сложив руки на груди, спросил Хонма.
— Да... Спасибо! Ты умеешь поддержать!
— Вот и хорошо! А теперь... Ну покажи еще раз клыки, а!?
— КИЕШИ!!!
— Ну, они же такие классные, — хохотнул тот. — Ладно... По пиву? Приставать не буду!
Каз подозрительно оглядел друга и согласился.
***
— Хайд-сан, куда ты меня тащишь? — вопрошал Дай, пытаясь освободить руку из крепкого захвата вампира.
Вместо ответа его грубо втолкнули в первую попавшуюся подсобку. Заперев дверь, Хайд повалил Андо на очень кстати оказавшийся там диван (вампирская сила сказалась) и уселся сверху.
— Так, Дайске, вечной любви не обещаю, потому что люблю Казу-чана... Бла-бла-бла... Короче, просто трахни меня!!! — завопил он.
Улыбке, расплывшейся на лице Дая, позавидовало бы сто Чеширских котов:
— Ну, раз уж ты сам просишь...
Дайске стал распускать свои шаловливые ручонки, умудряясь пролазить ими в тесные штанишки Хайда. Тот извивался под ласками не хуже змеи, дорвавшись в кои то веки до источника удовлетворения своего вожделения.
— Ох... Дааа... Вот так, Дай-чан... — шептал он, пока гитарист занимался его возбужденным членом и сжатым входом.
Но ждать ему надоело, поэтому он отстранил Андо от себя, рванул с него джинсы, чудом не сломав ширинку, уложил его на спину и опустился на гордо стоящий член.
— Ааааааах... — непроизвольный стон сорвался с губ Хайда, когда он начал двигаться.
Дайске же полностью отдался во власть этого сорванца.
Прокувыркавшись около получаса, они наконец выползли из подсобки — довольный Хайд и выжатый как лимон Дай.
— Спасибо, что спас вампира от верной смерти, — шепнул Хайдик и чмокнул своего «спасителя» в нос. — Пока-пока!!!
Он счастливо улыбнулся и побежал прочь из здания домой.
— Кажется, меня только что поимели, — пробормотал Дайске. — Круто, бл*!!! — усмехнулся он и побрел в сторону собственной студии.
***
А дома нашего кавайного вампира уже ждала его вторая половинка в лице Каза.
— А вот и я! — с порога прокричал Хайд, — О, ты в коем-то веке дома! А как же дела? — ехидно поинтересовался он, исподлобья рассматривая странно напряженного Каза. Внезапно тот как будто очнулся и, подойдя к вокалисту, заключил его у крепкие объятия.
— Какие могут быть дела, когда ты рядом! — прошептал Каз и страстно поцеловал Хайдика. Тот покорно отвечал на поцелуй, внутренне ожидая, что он прервется и Казу снова сбежит от него. Но поцелуй все длился и длился, а проворные руки гитариста уже снимали рубашку с оторопевшего Хайда.
— Стой-стой-стой! — забарабанил кулачками по спине Каза маленький вампирчик. Тот неохотно оторвался от сладких губ и воззрился на Хайда. — Ты что... Собираешься меня... — начал было вампир.
— Да, а ты против? — иронично подняв бровь, спросил гитарист.
— Н-нет, просто не ожидал... — в глазах Хайда плескалась неподдельная радость, — Наконец-то... Я так долго этого ждал! — и Хайдик, схватив Каза за руку, потащил его в спальню.
Достигнув места назначения, Хайд упал на кровать и потянул за собой замершего Каза. Тот не стал сопротивляться и жадно набросился на распростертое под ним тело.
«И чего я раньше этого не делал?» — спрашивал себя Казу, чувствуя, как Хайд отвечает на каждую ласку, на каждый его поцелуй. Ощущения полностью захлестнули гитариста и он принялся срывать одежду со своего возлюбленного.
«Охренеть! То ни одного, то сразу двое! Надеюсь... Ммм... Каз не заметит, что я уже поразвлекался?» — подумал Хайд.
Это была последняя связная мысль, посетившая его, потому что Казухито принялся буквально истязать тело своего возлюбленного губами, языком и руками. Оба задыхались от жарких стонов. Каз опустился к напряженно-пульсирующему члену любовника и застыл в нерешительности. Но замешательство его длилось всего несколько мгновений, а затем он осторожно взял в рот налитую кровью головку. Ответный страстный стон был ему наградой за все! Каз стал нежно ласкать податливую плоть, интуитивно догадываясь, как сделать своему вампиру приятнее.
— Ох...Даа... — выгибаясь дугой от нахлынувших ощущений простонал Хайд, дрожащими руками прижимая к себе голову возлюбленного. А Каз все ласкал и ласкал его, то ускоряя, то замедляя движения, вырывая все новые и новые стоны и крики, сам все больше возбуждаясь от этой любовной игры.
— Кааазуу... Я больше не могу! — задыхаясь шепнул Хайд, — Давай же...Возьми меня, мы так долго к этому шли...
Каз и сам уже едва сдерживался, поэтому его не надо было долго упрашивать. Расположившись между согнутых в коленях ногах Хайда, он смазал слюной свой пульсирующий от перевозбуждения член и двинулся вперед, погружаясь в глубину любимого тела, одновременно впиваясь в шею любовника поцелуем-укусом...
— Дааа!.. — выдохнул вампир, раскрываясь и принимая в себя горячую плоть.
Каз потерял голову от ощущений, нахлынувших на него, словно цунами. С трудом собрав последние крупицы разума, он заставил себя неторопливо двигаться, стараясь не причинять неудобств партнеру. Но вскоре, подстегиваемый нетерпеливыми стонами Хайда, он сорвал последние тормоза и начал яростно вбиваться в покорное тело.
— Еще, Казу, ЕЩЕ!!! — всхлипывал ему на ухо ненасытный вампирчик, да и самому гитаристу было мало... Было мало этих мягких, сочных губ, мало этого нежного тела, дарящего удовольствие!
Наконец, когда от нехватки воздуха уже кружилась голова, а низ живота свело сладкой судорогой, Казу последний раз мощно толкнулся в манящую глубину, срываясь в оглушительный оргазм, одновременно накрывая рукой член Хайда и слегка сжимая его, тем самым толкая его в пучину наслаждения...
***
Солнечный зайчик пощекотал нос спящего вампира. Хайд открыл глаза и посмотрел на лежащего рядом Каза.
«Как же долго ты решался... — думал он. — Кому мне сказать спасибо за то, что ты, наконец, решился? Но... Я ведь изменил тебе... Это подло... Но, может, будет лучше, если ты ничего не узнаешь?»
Хайд потянулся и поцеловал губы Каза, губы, которые еще несколько часов назад доставляли ему неземное наслаждение.
— Доброе утро, — сонно поприветствовал Казухито.
— Доброе, — улыбнулся Хайд.
Каз прижал к себе своего кавайного вампирчика. Дорога в вечность любви была проложена.

***
Тоскливо глянув вслед в припрыжку убегающему по коридору Хайду, Каз устало побрел в свою сторону, мечтая побыстрей кого-нибудь тяпнуть и завалиться спать! Поэтому он открыл первую попавшуюся дверь и...
— Ки-ки-ёши?! Ребята? — неверяще выдохнул Казу, когда перед его глазами предстали, полулежащие на целой груде пустых бутылок, Мэд Биверы во главе с Киеши.
— Опа-на! Казу-чааан!!! — обрадованно проорали его пьяные согруппники, — Какими судьбами? Говорят, ты совсем заперся в студии!
— Ну, есть немного... А что отмечаем? Или как всегда?
— Конечно же как всегда! — отсалютовал ему бутылкой Хонма. — Присоединяйся! Заодно расскажешь как ты!
Каз хотел было отказаться, но тут ему в голову пришла мыслишка, что здесь можно славно «покушать»!.. Правда кровь будет со вкусом Асахи, но это уже мелочи.

Не успел Казу взять в руки бутылку пива, как в студию к Мэд Биверам ввалились остатки Спрэд Биверов, тащащих за собой полубессознательного Джея.
— Ваааа!!! Казу-чаааан!!! — раздался одновременный радостный вопль Чиролиа, ДАЯ и ИНЫ.
— Здорово парни!!! Рад видеть! Ммм... А с Джеем что? — Каз подозрительно оглядел довольно крупную тушку басиста.
— А это так... — Чиролин сделал вид «типа я не причем». — Это его травой так накрыло.
— Ааа... — понимающе кивнул Казухито.
Но стоило Киеши вложить в ладонь Джея бутылку, как тот резко сел и слегка мутноватым, но вполне осмысленным взглядом, оглядел помещение, в котором оказался.
— А как я сюда попал? — за осмотром последовал вопрос.
— Сам дошел, — хихикнул Чирик. — Так! Че сидим, я не понял? Пьем-пьем, — и он присосался к бутылке.

***
А Хайд тем временем пробирался п длинным извилистым коридорам. Наконец, он набрел на какую-то студию, где явно были люди. Открыл. Это оказалась студия Moi Dix Mois.
Завидев, что кто-то решил посягнуть на его территорию, Мана принял боевую стойку, затем схватил беднягу Хайда и вышвырнул из студии с криком:
— Это мой склеп, скотина!!! Чтоб я тебя здесь больше не видел!!!
Хайд, понятное дело, прифигел от такого обращения с собственной персоной и заорал в ответ:
— Слушай сюда, кукла размалеванная! Ты хоть знаешь, на кого вырубаешься???
Ответом ему был противный писк клавесина.
— Все-все, ухожу... Пожрать спокойно не дают... — бурчал под нос Хайдик, думая, где же еще можно нарыть свежей сочной крови.
Наконец, на глаза маленькому вампирчику попалась неприметная дверь, из-за который слышались приглушенные звуки инструментов и негромкие разговоры. Хайд глубоко вздохнул, нацепил на лицо самую милую улыбочку и хотел было войти, но, потерпев неудачу в студии Маны, решил сначала посмотреть в замочную скважину, что же твориться в студии...

— Ну и что вы мне в оправдание скажете, идиоты? — глядя на похмельные рожи Дая и Тошии, вопросил Каору.
— Э... лидер-сан, без комментариев! — попытался было отшутиться Дайске, но получил по уху.
— Я тебе покажу без комментариев! Вы у меня тут неделю пахать будете! — вышагивая перед провинившимися, бурчал лидер Dir en grey. Он хотел было еще что-нибудь такое сказать, но тут его воспитательную лекцию прервал стук в дверь:
— Ой, я вам помешал? — скорчил Хайд расстроенную мордашку, — А я тут мимо проходил, думаю, дай посмотрю, как молодежь работает!.. Ну, если вы заняты...
Не успел он договорить, как его тут же пригласили присесть и в пять голосов уверяли, что он им ничуть не помешал!
«Ох уж это вампирское обаяние!» — самодовольно подумал Хайд, придирчиво оглядывая Диров и выбирая, кем бы ему пообедать.

***
— Да ладно, выпей еще с нами! Никуда от тебя не денется этот Хайд! — увещевали Каза Спреды, настойчиво вливая в него все новые порции пива. Казу лишь улыбался и радовался, что на вампиров спиртное не так сильно действует. Он оглядывал своих друзей, размышляя, кто будет вкуснее всего, как вдруг к нему подсел Киеши и, цепко ухватив Каза талию, прошептал:
— А в твоей новой группе такие же теплые отношения, как были в нашей?, — Ки-чан пошло хихикнул, — Ты же понимаешь о чем я, Казу-чан!
О, да! Каз понимал! Еще как понимал. Хидэ знал хорошие методы... Воспитания. И не важно, что на репетициях все, кроме Хидэ стояли. Джое, правда, сидел. Неудобно стоя нужный ритм отстукивать. Сидеть-то сидел, правда, морщился от боли вечно и ерзал на стуле.
Тут Киёши практически в открытую стал приставать к несчастному вампиру: то мочку уха прикусит, то проворными пальчиками за ворот рубашки пролезет, то попытается поцеловать.
Но Каз стойко выдерживал нападки бывшего товарища с мыслью:
«Я Хайда люблю... Хайда! И пофиг, что он своим Гактом увлечен. Я буду не я, если не выбью дурь из его симпатичной головки».
Тут Каза захватило волной горьких воспоминаний о своей безответной любви.
«Интересно, он хоть что-то ко мне чувствует, а? — думал он о своем карманном вампире. — Ведь я столько раз ему признавался. А он что? Эх...»
Казу стало грустно. И это не укрылось от его друзей. Его принялись активно спаивать дальше. ИНА даже косячком поделился.
***
В противоположном крыле здания Хайд все размышлял, кто же из Диров повкуснее.
А все Диры размышляли, почему же их так тянет к этому маленькому рыжему каваищу... Наконец очухался Каору:
— Ммм... мы конечно рады вашему визиту, но нам работать надо!
— Ну еще немножечко! — Хайд просительно захлопал глазками, — Я уже почти решил, кого...Ну, это вам знать не обязательно! Вы, — Хайдик ткнул пальчиком в Каору и Тотчи, — Можете идти покурить...
«А я пока закушу вот этим красненьким!» — потирая ручки подумал Хайд и двинулся в сторону кресла, в котором сидел Дайске. Кё с Шиньей Хайд благополучно не заметил.
— Дай-сан, не откажешь мне в одной маааленькой просьбе? — вампир шел к Андо, эффектно покачивая бедрами и теребя пальчиками ворот рубашки.
— Все, что угодно! — сглотнул Дай, словно загипнотизированный, смотря в глаза Хайду. Краем уха, он услышал испуганный шепот Шиньки и удивленный возглас Кё:
— Е-мое! Да у него клыки! Так это не слухи...
Но Дайске уже не в силах был воспринимать информацию, он был полностью поглощен медленными движениями языка Хайда, которым тот чувственно облизывал свои губы...
— Все? — усмехнулся Хайдик, закусывая губу. — Нет, мне столько не нужно... Мне всего-то... — он осторожно опустился на колени оцепеневшего гитариста. — Нужно немного... Крови... — выдохнул он на ухо Андо и провел языком от этого самого уха до основания шеи.
Дай дернулся от пробежавшей по телу дрожи.
— Кё, мне страшно, — почти завыл Шинья. — Пошли отсюда! — он схватил увлекшегося действом вокалиста за шкирку и вытащил в коридор.
Хайд дразнил Дайске легкими прикосновениями шаловливого язычка к нежной коже, а сам неотрывно следил за бьющейся под тонкой кожей артерией, перекачивающей столь желанную кровь.
— Ммм... — Андо наклонил голову, открывая вампиру полный доступ к своей шее. — Хайд-сан, ты же этого хотел? Кусай же... Хватит дразнить...
Разве можно вампиру, тем более голодному, отказаться от такого лакомого кусочка, тем более что кусочек так себя предлагает? Да, конечно, нет! А Хайд исключение? Ага, щас!
Он начал посасывать нежными губками чувствительную кожу, глубже вбирая ее, а затем впился в хрупкую шею своими острыми клыками.
Оба протяжно застонали: Дай от дикой смеси наслаждения и боли, а Хайд от почти забытого вкуса свежей крови.
Наконец Хайд оторвался от шеи Андо и принялся нежно зализывать укус, чуть ли не мурлыча от удовольствия:
— Какой же ты вкусный! Так бы и съел всего! — шепнул он, прижавшись губами к месту, где бился пульс. — Но, с тебя пока хватит!
Хайд лихо спрыгнул с колен, все еще приходящего в себя, гитариста и направился к двери, напоследок чмокнув Андо в побледневшие губы.
— Я еще вернусь, солнце! — вампирчик вышел из студии, а Дай смог лишь слабо помахать в ответ и блаженно улыбнуться.

***
— Ки-чан! Эй, Ки-чан! Перестань, не надо этого делать, я тебя прошу! — Каз лишь чудом уворачивался от настойчивых губ Хонмы.
— Ну почему нет? — Капризничал тот, не оставляя попыток поцеловать Каза, — А я хочу!!!
— Ребята, помогите мне! — Казу умоляюще оглядел Спредов. Те даже не заметили и тогда несчастный гитарист повернулся к Джею, — Ну хоть ты! Забери его от меня!
— А нафиг оно мне!? Мне и так его до дома тащить, — пожал плечами Джей и потянулся за следующей бутылкой.

— Оооох... — застонал бедный Каз от безысходности. — Киеши, может, хватит уже пить? И ко мне приставать? — но тут в голове вампира пронеслось. — «А чего это я возмущаюсь? Я же на охоте! А Киеши такой доступный вариантик...»
Казу быстренько взял ситуацию в свои руки. Он посадил развратно улыбающегося Хонму на диван, а сам уселся сверху. Не раздумывая, Каз припал к его губам. Всего на несколько секунд, но Ки-чану и этого хватило, чтоб возбудиться. Но Каз ни на минуту не забывал об истинной цели этого «соблазнения», поэтому он тут же занялся аппетитной шейкой друга.
Тот разомлел окончательно, отдаваясь во власть нежного язычка Кахухито.
«Ну, приятного аппетита», — мысленно пожелал себе вампир и выпустил клыки, впиваясь в шею своей беззащитной жертвы.
Через несколько мгновений послышался звук открывающейся двери, и студию огласил жизнерадостный голос Хайда:
— Привет, мальчики, а вы Каза не... КАЗ??? Ты какого черта там делаешь, сволочь! Мы об охо... О другом договаривались! А ты что творишь???

У Каза аж похолодело внутри, как только раздался знакомый и любимый голос. Он мигом слетел с ничего не соображающего Киеши и забормотал оправдания:
— Хайдик, не кричи, я это... Все как договаривались! Я же его не...
— Что? Так ты его еще и трахнуть собирался?! — в глазах Хайда стояли слезы, — И я это должен тебе простить? Да я...
— А в чем дело-то? Мелкий, и до тебя очередь дойдет! — перебил вампирчика Хонма, вставая с дивана и нагло обнимая Казухито.
— Ты вообще лучше молчи, сволочь рыжая!!! — во всю мошь легких рявкнул Хайд, с ненавистью уставившись на Киеши. Того немножко качнуло от количества децибел, но он все-таки устоял.
— Сам такой!.. Сучка ты рыжая! — злобно прищурившись, заметил Ки-чан. Остальные же покатывались со смеху, представляя, КАК будет выглядеть драка этих ревнивцев!
— Ну все! ты меня разозлил! — Хайд хищно оскалился и выпустил клыки, — Ребята, прощайтесь с вашим лидером!!! Щас я его есть буду!
Тут началось веселье! Кто-то орал «Классные зубки, дай погонять!», кто-то в ужасе верещал, что его одолевают глюки... Каз пытался успокоить разбушевавшегося Хайда, но никак не мог отодрать его от Хонмы. Джей же, со смехом смотря на всю эту кутерьму и вспомнив старые добрые драки, по привычке схватил Киеши за шкирку и хорошенько встряхнул:
— Хорош буянить! Вечно ты в драку лезешь! Что за вечная вражда между любым Хидэто и тобой!?
Тут и Казу наконец-то смог поймать Хайда и, перехватив его поудобнее, поспешил уйти из студии Спредов.

***
— Пусти! Пусти, кому говорю!!! — вопил Хайд на весь коридор, пытаясь вырваться из крепкого захвата. — Пусти, а то укушу!!!
— И что? — меланхолично заметил Каз. — Ты и так меня уже покусал. Хуже не будет.
— Да как ты со мной разговариваешь! Да ты!.. Да эта рыжая дылда!.. Да!..
Внеся это вопящее существо в студию, Каз резко опустил его на пол и закрыл ему рот своей ладонью.
— А теперь выслушай меня, пожалуйста, — тихо произнес он, когда Хайд перестал дергаться. — Во-первых, Киеши просто мой друг и бывший согруппник. Во-вторых, это была просто пьянка. А в-третьих, чего бы он там не хотел, я хотел только его крови, ведь... Пара у вампиров — это навсегда. А моя пара — ты, — спустя мгновения вместо руки Каза к губам Хайда прижимались его губы.
Нежный поцелуй продолжался несколько минут. Каз усадил своего любимого вампира к себе на коленки и стал слегка поглаживать его спину.
По щекам Хайда впервые за долгое время прокатились слезинки. Вот уже второй раз Каз намекнул на то, что готов посвятить ему вечность. А он? А он ведет себя как распоследний эгоист.
— Казу-чан, — тихо позвал он. — Прости меня. Прости меня, пожалуйста, что я такая истеричка, — он горько усмехнулся. — Однажды ты сказал, что готов разделить вечность со мной. Знаешь, я принимаю твое предложение. Теперь я только твой, — теперь Хайд первым потянулся к губам Каза.
Они встретили его жарким поцелуем. Поцелуем длиной в вечность.