После выпивки и нехилого секса мне захотелось спать. Я зевая прошел к нашему столику и уселся на диван, положив голову на плечо Джею. Тот как раз флиртовал с каким-то парнем. Хотя флирт и Джей это были слишком несравнимые понятия, для такого легкого и феерического слова наш басист был достаточно груб. Парень глянул на меня и наверное решил что я пассия Джея, так что просто встал и ушел.
— Сугизо, хотя ты и мой друг, ты тупая и эгоистичная задница! – он отодвинулся, и я уткнулся носом в обивку дивана из искусственной кожи.
— Это еще почему?!! – я приподнял голову и перевернувшись на спину удобно устроил голову у Джея на коленях, тот обреченно на меня посмотрел, по видимому очень жалея что не может избавиться от моей персоны.
— И ты еще спрашиваешь? Ты с Хакуэ был, — это был не вопрос, а утверждение.
— А? Ну, да где же мне еще быть? – я закрыл глаза и улыбнулся. – Подай мне, пожалуйста, сигаретку…
Если бы я не был таким пьянющим за столь бесцеремонное поведение Джей бы меня поколотил, а так он молчал, вытряхнул из пачки сигарету, подкурил ее и воткнул мне в рот.
— Наслаждайся, Суги-чан! – с издевкой откомэнтировал басист.
— Домо…

Моё наслаждение закончилось утром когда началось похмелье… Хотя нет, у меня подозрительно болела челюсть. Ах, да ночью меня встретил Рюичи… Как я добрался до дома я почти не помню. Я с огромным усилием приоткрыл глаза, посмотрел на комнату вокруг и со стоном укрылся одеялом с головой.
— Ты вставать думаешь? – надо мной возникла тень вокалиста.
— Иэ… я умер… Рюи мне плохо, — пожаловался я из-под одеяла.
— За свои развлечения нужно платить, — почти равнодушно ответил Кавамура.
Не то что бы ему было так уж наплевать, просто с утра он всегда такой.
— Ты что совсем не можешь мне помочь? – я отбросил одеяло в сторону и из-под полу-прикрытых ресниц посмотрел на парня.
Он улыбнулся, «Ками-сама, как же я люблю эту улыбку», подумал я сквозь головную боль, и кивнул на чашку с кофе на тумбочке возле кровати.
— Ох, Рюи я тебя люблю! – искренне ответил я делая первый обжигающий глоток.
— А что тебе остается? Тебя больше одной ночи никто не выдержит…
Я нахмурился, куда это он клонит?
— В любом случае, ты, наверное, забыл, что сегодня у нас частное выступление в клубе. Давай приводи себя в нормальное состояние. Ты что в выпивке с Джеем соревновался?
— Нет, я просто напился, — обычно от головной боли люди становятся честными, такой себе индикатор лжи по утрам.
— Ладно, я на пробежку…
Рюичи обулся и хлопнув дверью ушел. Гребаное выступление из-за него я не смогу толком отоспаться. Я допил кофе и пошатываюсь, поднялся с кровати…

Ого, да уж клуб оказался нехилый, хотя, учитывая нашу известность, этого и стоило ожидать. Так, что? Еще кто-то выступает с нами? Этот… мальчишка!? Мило, мило, я сейчас зарыдаю. Наверное, вчера он мне показался хорошеньким, исключительно из-за большого количества горячительных напитков, сейчас же он только раздражал. Мияви ходил туда сюда. Хотя просто походкой я не мог _это_ назвать. Странная смесь из пританцовывания и какой-то развратности. Я наблюдал за ним пару минут, а потом плюнул и пошел наводить марафет. Надо было выглядеть на все сто процентов. Я как раз заканчивал возиться с прической как меня отвлек стук в двери гримерки.
— Да-да, входите, — отозвался я поворачиваясь к зеркалу то в профиль, то в анфас.
Его я точно не ожидал увидеть. Мияви застрял в дверях.
— Ну, проходи.
— Я на минуту, — сказал Мияви подходя ко мне, — у меня просто тени закончились…
С такой глупостью можно было обратится к Инорану или Рюичи, почему он поперся именно ко мне? Я сам толком не мог понять, почему этот парень так сильно меня бесит. Может дело в нашей… похожести? Да уж его Эго было велико, может даже больше чем моё собственное. Я взял тени со столика и протянул их Мияви. Когда наши глаза встретились, я понял что с ним что-то не так. И только через минуту до меня, наконец, дошло: наркота. Зрачки парня были настолько огромными, что для остальной части глаз темно-коричневого цвета не оставалось места, его зрачки сливались с черными ободками. Каков придурок, зачем же перед самым выступлением? После, да, можно позволить себе чуток расслабиться, но работа есть работа.
Я хмыкнул и отвернулся к зеркалу. Но похоже Мияви вовсе не собирался уходить. Он уперся рукой в стол и наклонился. Я повернулся и хотел уже сказать что-то резкое как он властно приподнял мой подбородок и медленно облизнувшись, с каким-то плотоядным выражением плясавшим в глазах, наклонился и проведя языком по сомкнутым губам овладел моим ртом. Мои глаза широко распахнулись, в то время как он просто продолжал иметь мой рот, то, впуская язык чуть ли не до самого горла, то прикусывая мои губы. Не помню что бы я когда-то так сильно не хотел поцеловаться, но на этот раз действие получилось, скорее всего, инстинктивным и я упершись руками ему в грудь оттолкнул Мияви от себя. Но поскольку, сделал я это чересчур сильно, то вместе со стулом качнулся назад и с грохотом упал на пол. Мияви явно ориентировался лучше чем я (и это учитывая, по его глазам, что он напичкан какой-то дрянью по самые пончикряки ), поэтому он ловко отшвырнув стул в сторону залез на меня и придавил мои руки к полу. Черт, я конечно привык к жесткому сексу, поскольку все-таки моим основным любовником был Хакуэ, но что-то на ум не приходило не одного случая когда кто-то настолько настойчиво пытался меня трахнуть! Может мальчишка просто «обиделся» на тот маленький инцидент в клубе? Он что думает, что я позволю просто так себя отыметь?!! Может я и не ударник, но руки у гитариста тоже не самые хилые и вешу я больше чем он, то возможно преимущество окажется на моей стороне. Я максимально расслабился и неожиданно дернулся и поднял колено. Кажется, я попал не в живот, а чуть ниже. Ксо, не, кажется, а точно, если учитывать какое лицо у Мияви, стало представлять собой просто потрясающую игру оттенков от бледно-синего до нежно-салатового. Пока он постанывая корчился на полу я умудрился заломить руки ему за спину и усесться верхом.
— Ну и что будем делать теперь? – несколько злорадно спросил я. – Вежливые детки так не поступают, они не набрасываться на старших со своими неизменным пошлыми инстинктами!
Маленькая воспитательная лекция. Мияви лежал не шевелясь, что показалось мне странным, но я решил не обращать на этот факт никакого внимания.
— А теперь прошу меня извинить, у меня выступление.
Я разжал ему руки и быстро поднявшись, вышел из гримерки. А то вдруг ему взбредет в голову наброситься на меня еще раз?

Мияви неподвижно лежал еще минут пять, после того как закрылась дверь. Он повернулся на бок и скривился от боли в паху. «Чертов Сугизо!» — он мысленно выругался. Тени были только предлогом, на самом деле личность Сугихары давно не давала ему покоя. Наверное, из-за фразы оброненной кем-то в компании: «…Ходячая Порнография может отыметь кого угодно, и сделает это лучше всех…». Что значит «лучше всех»?!! Мияви страшно бесило, когда говорили, что кто-то что-то делает лучше него. Гитарист и по совместительству вокалист поднялся с пола, все еще кривясь, подошел к столику, повертел в руках коробочку с ненужными тенями и со злостью швырнул ее об стену.

Я помахал публике, отправил несколько воздушных поцелуев девушкам и поспешил скрыться за занавесом.
— Неплохо выступили, — Джей снял с себя бас и с хрустом размял затекшее тело.
— Ага, — я с ним полностью согласился.
От мэйк-апа уже начало пощипывать глаза, так что я отправился обратно в гримерку, что бы смыть со своего прекрасного лица косметику. Все-таки осторожность во мне подала свой голос. Я осторожно приоткрыл дверь и заглянул. Так-с хорошо, мальчишки не было. Наверное, пошел готовиться к своему выходу. Мой взгляд упал на валяющиеся, на полу разбитые тени. «Какие мы вспыльчивые» я улыбнулся. Я как раз натягивал кожаные штаны с заниженной талией, когда без стука в гримерку вломился Джей.
— Эй, Сугизо-кун, ты долго еще?
— Ya-ya, собрался уже!
Джей приподнял бровь:
— Твои немецкие корни проявляются иногда очень явно.
Я беспечно пожал плечами.
— Так мы идем или нет?
— Я что-то не могу найти свою футболку, — я копался в куче вещей на диване, в комнате был такой бардак, что было неудивительно, что я мог ее потерять.
— Черт, с тобой, — «пожелал» Джей, — я тебя на улице подожду.
Ага, вот она! Я наконец-то выкопал злополучную часть одежды, но когда натянул ее на себя и обернулся, чуть не застонал. В дверях опять стоял Мияви! Какой настойчивый!
— Что опять попытаешься броситься на меня? – я его дразнил, признаю.
— Вряд ли! – парень мило улыбнулся.
Просто ангел во плоти. Я скользнул взглядом по его телу. Вообще на само деле, ему действительно было что предложить. Фигура почти совершенство, длинные ноги, пухлые губки, большие темные глаза, благодаря которым его лицо становилось по детскому наивным и неопытным. Хотя в отсутствии опыта я сильно сомневался. Ладно, я вздохнул и подошел к нему:
— Едем.
— Куда?
— К тебе конечно, или уже передумал? – я прижался к нему и призывно провел языком по своим губам.
Его глаза опять полыхнули и я понял, что он согласен на все. Я прошел мимо Джея, он вопросительно посмотрел на Мияви, я пошло-пошло улыбнулся и подмигнул. Басист сделал выразительно-скучающие лицо и махнул рукой.

Вряд ли кто-то из нас понял, что произошло, я все-таки не выдержал и набросился на Мияви прямо в лифте. Он не остался в долгу, мы целовались в таком бешеном ритме, что чуть не откусили друг другу языки. Когда мы добрались до квартиры, сил что бы дойти до кровати просто не осталось. Так что два тела с грохотом упали прямо на пол. Хорошо, что я был сверху, а то бы приложился головой об паркет. Мияви запустил руки мне под футболку и начал ее яростно снимать, я приподнялся, и ненужная часть одежды полетела в сторону. Я опять занялся исследованием его рта и языка.
— Мне… нужно чем-то дышать, — я на секунду вернулся от его похотливых губок.
— Это вы о чем Сугизо-сан? – в темноте коридора его глаза все равно сверкали.
— О твоём языке, — прошептал я наклоняясь к его шее и оставляя на ней огненный от поцелуя след.
Парень откинул голову назад, чтобы мне удобнее было его целовать. Я не сдержался и слегка укусил его. Мияви удовлетворенно замурлыкал, его рука скользнула по моему бедру. Мне очень хотелось быстрого секса, просто перевернуть парня на спину и трахать пока не выбьюсь из сил, но если немножко этот процесс растянуть будет более приятно, так что я себя сдерживал. Я оторвался от его шеи и Мияви ловко снял и свою футболку тоже, его рука спустилась ниже и расстегнула замок на штанах. Я успел вовремя схватить его руку и не позволял ласкать себя. Что за хрень?! Я понимаю, мне тоже хотелось, но если рядом такой расчудесный Я, то меня такие действия просто оскорбляли. Я опустился ниже и укусил его за сосок, вызвав еще один стон. Потом еще ниже, еще, я поднялся и полностью снял с Мявы штаны, и удобно расположившись между его ног, ну, удобно это относительное понятие, поскольку пол все-таки был твердым и не только пол. Узрев насколько возбужден Мияви, я почти разочаровался, что бы довести его до оргазма много усилий не понадобиться. Я медленно и со вкусом провел языком по всей длине члена и начал нежно посасывать его. Мияви запустил руку мне в волосы и довольно больно дергал за них. Теперь он не просто стонал, а кричал. Честно, это было самым сладким звуком для моих ушей. Как я и предполагал мальчишка кончил через минуты две, если не меньше. Я облизнулся и все проглотил, не первый раз это делаю. Глаза Мияви были закрыты, на теле капельками поблескивал пот, он тяжело дышал.
— И что это все? – он приоткрыл глаза и нагло на меня посмотрел.
— Понравилось?
— Неплохо, — согласился он и улыбнулся. – Только штаны можешь снять или так удобней? – мне послышалось или это было откровенное издевательство?
— Нарываешься, — я выдавил из себя обаятельную улыбку.
— Возможно… — выдохнул Мияви.
Я быстро стаскиваю штаны и грубо переворачиваю его на живот. Хотя возможно нам нужна сегодня именно грубая сила? Просто неудержимая похоть, страсть, просто адский секс… Мияви нетерпеливо выгибается подо мной, требуя от меня активных действий. Обычно я более нежен и обходителен, но сегодня другой случай. Я резким движением, буквально натягиваю на себя парня. Он низко стонет, в его голосе мешаются крик удовольствия и боли. Я наклоняюсь и кусаю его за плечо, сильно до кровавых отметин на идеальной коже. Про себя замечаю, что даже если секс был бы совсем скучным, можно было бы почитать, потому что спина Мияви представляет собой произведение каллиграфического искусства. Стоны Мияви гулко отдаюсь в коридоре, интересно, а на лестничной клетке это тоже слышно?
— Быстрее… Сугизо-сан… глубже…аа-х…
Все. Я уже себя не контролирую. С удивлением замечаю, что тоже стону. Увеличиваю темп, моя рука ложиться на член Мияви, я медленно начиная поглаживать его. Господи, это так хорошо, что я не выдержу! Интуитивно ощущаю, что парень сейчас забьется в агонии оргазма, что бы не допустить этого опускаю руку к основания члена и сжимаю его пальцами. Мияви разочаровано стонет и извивается подо мной. Я наклоняюсь и дьявольским голосом шепчу ему на ухо:
— Может быть, скажешь насколько сильно ты этого хочешь? – я пытаюсь говорить ровно и властно, но я ведь тоже не железный, мой голос срывается.
— Очень хоч-чу! – ну что ж ответ честный, но я его еще недостаточно помучил.
— Неужели? – вежливый вопрос я полностью выхожу из него.
Мияви наклоняет голову из его рта вырывает обиженный всхлып. Я удовлетворенно улыбаюсь, продолжая поглаживать самое чувствительное место пальцами. Да день, сегодня полон неожиданностей, я никак не ожидал от него такого. Мияви резко развернулся и толкнул меня на пол, сжал мои руки; кажется, сегодня мы это уже репетировали в моей гримерке. Вообщето своих любовников нужно предупреждать, когда собираешься войти, но парень был слишком возбужден и поэтому оказался во мне одним мощным движением. Хорошо хоть не до отказа! У меня в глазах потемнело, было больно, не так что бы нельзя было вынести, но без подготовки… Хватка Мявы на моих запястьях стала еще крепче, он продолжал самозабвенно меня трахать. Я открыл, было, рот для выражения протеста, но он наклонился и поцеловал меня. Я закрыл глаза и уже откровенно наслаждался ощущениями, опыт у него явно был, и мальчик знал, как его применять. Я обхватил его талию ногами, что бы он смог проникать в моё тело еще глубже. Он кончил первым, уткнувшись в мою шею и сжимая ее зубами. Меня оргазм накрыл на пару секунд позже. Его руки разжались, но убирать он их не стал, и наши пальцы переплелись. Я блаженно расслабился и закрыл глаза. Несмотря на то, что пол был холодным мы провалялись на нем минут пять, не меньше. Мияви приподнялся на локте и посмотрел на меня, провел пальцем по приоткрытым губам и дерзко улыбнулся. Твою мать, даже после столь бурного секса и оргазма его наглая морда совсем не поменяла своего выражения! И тут до меня дошло, что он меня все-таки затрахал. Мило.
— Отвали, — я отбросил его в сторону.
Мордашка Мияви стала несколько растерянной. Я встал и соорентировавшись пошел в ванную. Наскоро принял душ и вернувшись в коридор подобрал свою одежу. Мияви прислонился к стене и курил, сбрасывая пепел прямо на пол, он с интересом наблюдал за мной, как за подопытным животным. Я одел штаны и футболку, обулся и повернулся к парню. Тот небрежно встал и подошел ко мне, смачно поцеловал в губы и нагло улыбнулся. За эту улыбочку я готов был его удавить! Я вышел из квартиры и только на улице, обнаружил визитку. Кажется, Мияви, когда целовал меня, засунул ее в карман. Я посмотрел на нее и довольно улыбнулся.
— Мелкий паршивец, ты ведь знаешь, что я позвоню, не так ли?
Начал накрапывать дождь, скорее всего пока доберусь домой, промокну до нитки. До квартиры я добрался часам к пяти утра. Глубоко вздохнул и полез за ключами. Странно, но стены встретили меня абсолютной тишиной, и стало более пусто, чем было. Я зашел на кухню и увидел на холодильнике записку. Изящный почерк Рюичи я узнал сразу же. Перечитал записку три раза, потом для верности еще пару раз. Смысл не менялся. Вокалист решил прекратить наши отношения. Я пожал плечами и отправился спать. Сегодня должен был быть тяжелый день…

Нам необходимы новые штампы!
(Сэмюэл Голдвин)

***

— Пустите! Куда вы меня ведете?! Эй, полегче с руками, у меня нежная кожа. Если останутся синяки, я на вас в суд подам! Вы что тут все с ума посходили? Я буду жаловаться на вас императору! Это… это просто произвол!
Кё отчаянно отбивался, лягался, брыкался, и даже успел цапнуть кого-то за палец, но силы были неравны. Его впихнули в какую-то комнату, и дверь захлопнулась за ним с железным лязгом.
Вокалист группы Dir en grey вздрогнул – с другой стороны в комнату влетело что-то яркое и переливающееся всеми цветами радуги, ткнулось носом в пол и очень громко выругалось.
Вторая дверь тоже закрылась. Перепуганный Кё остался один на один со странным существом. Он осторожно приблизился к нему, потыкал кончиком ботинка и еле успел увернуться, когда существо клацнуло зубами, попытавшись ухватить его за лодыжку. Но схватило только кусок брюк и оторвало, остервенело грызя.
— Рр-р-р!
Что-то в этом рычании почудилось Кё знакомое.
— Мияви-кун?
Существо выплюнуло изо рта ткань и поднялось. Взору Кё предстал бывший гитарист Due le Quartz, сегодня в прозрачной красно-сине-зеленой маечке и желтых кожаных штанах. Кё тут же пожалел, что не захватил солнечные очки – сияние, исходящее от Мияви, было просто ослепляющим.
— А, это ты Кё-кун. Я думал, это один из них, — Мияви кивнул головой на дверь. – Не хотел сдаваться без боя.
— Я тоже хотел отгрызть кому-нибудь что-нибудь, — обрадовано поддержал его Кё. — А то мало ли, вдруг нас тут голодом морить будут…
Мияви подозрительно посмотрел на него и решил сменить тему.
— Слушай, ты не знаешь, зачем нас сюда затолкали? Что с нами будут делать?
— Не знаю… Может, это как в том фильме, где кучу людей напихали в куб, а там было много всяких изощренных ловушек, и в конце все умерли? – Тоору мечтательно прищурился. – Было бы здорово, а?
— Аноо, не думаю, что все так плохо…
В этот момент с потолка раздался металлический голос: «Вниманию всех авторов! В палате номер шесть будет производиться фанфик с пейрингом Кё слэш Мияви, жанр яой, рейтинг эн-си-семнадцать. Все желающих поучаствовать или понаблюдать просят пройти к указанному месту».
— … все гораздо хуже, — закончил Мияви свою мысль, и они с Кё пораженно уставились друг на друга.
— Выпустите меня отсюда! – взвыл Тоору и бросился к двери. – Я не заслужил этого!
— За что вы так с нами?! – жалобно вторил ему Мияви. – Мы же ваши любимые вокалисты!
За дверью послышались шорохи, приглушенные перешептывания. Потом высокий девичий голос отозвался:
— Вот за это вы и здесь!
— Но мы не хотим!
— Зато мы хотим!
— Но это не честно!
— А нам все равно!
— Да вы извращенцы!
— Нет, это вы здесь извращенцы!
Обе стороны выдохлись и замолчали. Мияви нервно теребил колечко в брови, а Кё метался по комнате как тигр, запертый в клетке, и так же яростно рычал.
Наконец из-за двери полюбопытствовали:
— А когда вы уже начнете?
— Ни-ког-да! — гордо отрезали оба великих вокалиста, но на всякий случай отодвинулись друг от друга подальше.
— Тогда мы будем держать вас здесь вечно… ну, по крайней мере до тех, пока вы не умрете от голода и нервного истощения.
— Да, да, — добавил другой женский голосок. – Вот, к примеру, Гакту мы неделю зеркала не давали, и он быстро сломался. А вот Мана оказался более сговорчивым, согласился на все за новое платье. А газзеттовцы сами пришли, и еще заключили с нами долгосрочный контракт…
— Мы им такую честь оказываем, а эти двое еще и выпендриваются! – возмутилась другая авторша. – Да сам Йошики-сама с нами дружил, понимал, чертяка, что такое пиар!
— А помните, как мы тут Пату месяц без сакэ держали? – вспомнил кто-то. — Да, славное было времечко. Эх, джей-рокеры теперь уже не те, что были раньше.
— Это… это просто бесчеловечно, — только и смог сказать потрясенный до глубины души Кё.
— Да, кстати, — встрепенулся Мияви. – А как же наши права человека? У нас же между прочим есть это… право на жизнь. И на свободу выбора.
За дверью послышались спорящие голоса, а потом кто-то возмущенно крикнул:
— Да что они там рамен на уши вешают со своими правами! Давайте посмотрим, что сказано на этот счет в «Великом Руководстве по Написанию Фиков» под редакцией Министерства Анимэ Японии.
— Великую Книгу сюда! – скомандовал другой женский голос. Зашелестели страницы. — Так, так… «Пра-белого-бычка», «Правапесание», «Правда о распаде X-Japan», «Прививки от Бездарности»… нет, надо вернуться назад. А, вот оно! Раздел «Права героев».
Оба вокалиста затаили дыхание.
— Цитирую «пункт один, подпункт один-один. У героев нет прав. Пункт один, подпункт один-два. Вообще нет. Пункт один, подпункт один-три. Нет, серьезно, никаких прав у героев не было и не будет».
Мияви схватился за сердце, а Кё выдрал у себя клок волос.
— Так что, давайте, начинайте, — подбодрили их за дверью. – Чем скорее начнете, тем скорее закончите. И мы вас отсюда выпустим.
— Но… но мы же не можем так, с ходу! — попытался возразить вокалист Dir en grey.
— А что вам надо? – деловито осведомились авторы. – Вы только скажите, у нас есть все! Полное собрание яойных додзинси, а также кожаные юбочки, латексные костюмчики, наручники, плетки, цепи, фаллоимитаторы…
Кто-то хихикнул.
— Простите, а кто, собственно говоря, кого…? – осторожно осведомился Мияви.
За дверью зашелестели бумажками.
— Э-э-э, дайте-ка глянуть опросник… Кё-сан, сегодня определенно ваш день! Читатели хотят, чтобы вы были в активе.
Тоору подскочил к двери и зарычал так, как еще никогда в жизни не рычал (что было весьма показательно!).
— Я на-ту-рал! Вы хоть немного в мужской физиологии разбираетесь?! И у меня на этого пропирсингованного попугая вообще не стоит!
За дверью раздались озадаченные голоса.
— А что это значит, если «не стоит»? – спросил шепотом кто-то. На него шикнули. Послышался шелест переворачиваемых страниц – похоже, авторы опять обратились к Руководству, чтобы решить возникшую проблему.
Мияви обиженно надулся.
— Ну, знаешь ли, не обязательно было так ругаться.
— У меня личностный кризис, — оправдался Кё. – Житья нет от этих безумных авторш. Тофу их не корми, дай меня с кем-нибудь скрестить.
— Ты слышал, что они делали с остальными? Просто удивительно, что кто-то еще идет в джей-рок после этого!
— Да уж, бедные индисы не понимают своего счастья быть незнаменитыми и незамеченными…
— … и никому ненужными! – подхватил Мияви. – А мы, великие вокалисты, секс-символы поколения, золотые голоса Японии, вынуждены безвинно страдать ни за что!
Растроганный такой проникновенной речью, Кё смахнул скупую мужскую слезу.
В дверь стукнули, чтобы привлечь их внимание.
— Эй, вы там! Хватит ныть. Мы знаем, как разобраться с вашей проблемой. В нашем великом Руководстве написано, что по закону Акиры-Задунайского, если героев напоить, их сразу тянет на яой. Так что выбирайте, что пить будете. У нас есть водка… собственно, кроме водки после последнего кампая у нас ничего и нет. Но в тексте мы укажем, что это было сакэ.
Не выдержав, Мияви разрыдался.
— Все конечно, Кё-кун. Это русские авторы фанфиков! Они беспощадны и суровы! У нас нет выхода!
Тоору только хотел ответить, что зубами прогрызет себе дорогу на свободу, как ему помешал раздавшийся за дверью громкий шум, словно где-то рухнула крыша. Послышалась автоматная очередь, чьи-то крики, и мужской голос сурово возвестил:
— Это Гандам Винг, никому не двигаться!
— Что… что происходит? – возопили авторы. – По какому праву вы сюда врываетесь? Вы мешаете нам работать.
— У нас есть основание предполагать, что здесь занимаются нелегальным фанфикописательством, сопряженным с риском для жизни героев. Вот наш ордер на обыск. Кто у вас там?
Кё с Мияви рванулись к двери, заколотили в нее кулачками.
— Выпустите нас отсюда! Нас удерживают насильно!
— Послушайте, у нас все легально, — лебезили авторы. — Вот и лицензия, вот карт-бланш на похищение и удержание джей-рокеров, все печати на месте. А вот разрешение на написание данного фанфика с пейрингом Кё слэш Мияви…
— Подождите, – прервал их тот же суровый голос. – А где ваш дисклеймер?
За дверью повисла гробовая тишина.
— А что это такое? – тихонько спросил кто-то.
Офицер Гандам Винг хмыкнул.
— Арестовать этих авторов. Аннулируйте лицензию и освободите всех томящихся здесь бедняг. Подумать только, они писали фанфики без дисклеймеров… притон! Гнездо разврата! Содом и Гоморра!
В двери повернулся ключ.
Кё и Мияви облегченно вздохнули – хотя бы сегодня справедливость восторжествовала.