Выкладываю на ваш суд.
Сырой, недоработанный, первый, небеченный.
Тапки – с распростертыми объятиями)))

Без названия
(ПОКА без названия, но авторы искренне надеются на помощь читателей)))
Авторы: Yoshiki Reactor, Xukapy aka Velvet Nightmare
E-mail: yoshiki_taicho@mail.ru
Фэндом: J-Rock (S.K.I.N)
Пэйринг: Йошики/Мияви, ну, или наоборот, это кому как нравится х)
Рейтинг: NC-17
Жанр: слэш, PWP, RPS
Размер: драббл
Статус: завершен
Дисклеймер: свои они)) мы только поиграться, ну, и их друг с другом поиграть… Наиграются – вернем, честно)))
Предупреждение: НЕ БЕЧЕНО!!
Комментарий от автора: бедный Йошики т.т это так сурово. Раньше никому не позволял с ним такое творить х) (с)Yoshiki Reactor
Размещение: только с разрешения авторов и указанием ссылки.

- Хаяши… Какой же ты.. Вы.. – Мияви еле сдержался, чтобы не выругаться.
Йошики лишь ухмыльнулся, оставляя эту реплику без комментария.
- Я.. Я.. – тут гитарист даже всхлипнул, – я не ожидал.. Я думал, это нечто серьезное… А ты.. А вы.. А вы не лучше, чем Сугизо!
Йошики уже не скрывал свой смех. Действительно, это звучало настолько по-детски.
Хаяши встал с кресла и подошел к Мияви.
- Детка, ты ещё не дорос, – Йошики дотронулся до щеки Мива.
- Подонок.. – вновь всхлипнул Мияви, но уже чуть тише. – Я же.. Ради вас..
- Ооо, вот как ты запел, – пианист не воспринимал эти слова всерьез. – Чего же ты мне совсем другое говорил?.. Тогда, после концерта. Помнишь же, как это было? – Йошики пробежал пальцами по ребрам гитариста, щекоча его.
Такамаса помнил. Еще как помнил. И то, какую дрожь в теле вызывали эти пальцы, – сильнее, чем сейчас, разносящую по телу волны электрически-сладостной неги, такие, что кончики пальцев начинали неметь. И то, как отдавались от стен тихие полустоны-полувсхлипы, как дрожали руки от осознания того, что кто-то может войти и увидеть, впрыскивая в кровь ощутимую дозу адреналина. Как кружилась голова от тягуче-томительных поцелуев и ласк, от обжигающего дыхания на коже, от ощущения заполненности, до краев, когда уже не хватает воздуха, а сил остается только на то, чтобы хрипло выдохнуть его имя…
Решительно оттолкнув руку Хаяши, гитарист отвел взгляд.
- Хватит обращаться со мной, как с маленьким. Я не твоя… игрушка.
На «ты». После всего того, что было, только так, и никак иначе.
Йошики закинул голову, тихо смеясь.
- Какой смелый мальчик, – он снова протянул руку к Миву. – Ну что же ты, милый, я никогда о тебе такого и не думал, – склонил голову, лукаво посмотрев на парня. – Не беспокойся, для роли игрушки у меня есть Хакуэ.
Мияви поднялся. Теперь он смотрел на Йошики сверху вниз.
- Подонок, – тихо повторил он, хватая пальцами запястье приближающейся руки.
- Ох ты, боже мой, – Йошики явно насмехался. – А ты думал, я такой благородный и прекрасный, как кажусь всем на первый взгляд? Сцена – это сплошное лицемерие. Ты должен был ожидать такой поворот.
Взгляд Хаяши стал равнодушным и бесстрастным.
- А ты? Предвидишь все повороты? – Исихара резким движением дернул пианиста на себя, попутно заломив его руку за спину. – Хочешь побыть игрушкой? – выдохнул он практически в губы Йошики. Самодовольная ухмылка, появившаяся на лице Такамасы, возвестила о том, что шутить он не собирается.
Происходящее начинало явно бесить гитариста. Да кто он в конце концов такой, этот Йошики, что позволяет себе вести себя с ним, с Мияви, звездой японской сцены, как с наивным малолеткой?…
Йошики охнул от неожиданности. Он никак не думал, что этот пацан, который в его присутствие всегда так пугался и смущался, окажется таким дерзким.
- Что, характер показываем? – Йошики гордо вздернул голову, окидывая Мияви взглядом в стиле «Все пидарасы, а я Д’Артаньян». – Ты забываешься, малыш. Как бы тебе это все не в ту сторону не обернулось.
Йошики старался сохранить самообладание, но поведение мальчика его сильно настораживало. Он попытался извернуться из рук гитариста.
- А то ты же у нас один с характером, – невозмутимо съязвил Исихара, сильнее прижав к себе Хаяши. От того пахло табаком, почему-то виски и чем-то неуловимо сладким, возбуждающим и будоражащим. Лицемерие, с которым Йошики реагировал на выходки Мияви, лишь подстегивало пыл парня, и вскоре, склонившись, он уже блуждал губами по шее пианиста.
- Ах, малыш? Хочешь, я покажу тебе малыша? – проворковал Исихара, уже забираясь рукой под майку Йошики и исследуя пальцами рельефы его тела.
Хаяши ещё раз дернулся. Его не устраивала активность Мива. Ведь Хаяши мало кому позволял быть с ним в паре семе.
- Убери свои руки, – Йоши сделал ещё одну попытку высвободиться. – Не наглей. Отпусти меня.. Ты ещё не дорос..
Йошики охватила ярость: то ли из-за наглости парня, то ли из-за возбуждающих прикосновений. Но как же так? Как такой великий музыкант, как он, может позволить этому гитаристу такие наглости?
- Э-э, нет, ми-и-илый, – Мияви нависал над ним, откровенно пользуясь разницей в росте. Специально язвительно протянул последнее слово, стараясь повторить интонации самого Йошики. Реакция пианиста заводила еще больше, а его попытки вырваться заставляли практически звереть. – Мы поиграем. Это же так хорошо и весело – играть. – Глаза Исихары сверкали почти необузданным огнем. Видеть смесь злости и растерянности в шоколадных глазах напротив, – о, да, миссия была практически выполнена.
Теперь Йошики испугался. Его мучало напряжение – что дальше сделает этот мальчик.
- Глупый, маленький мальчик, – Йошики пытался вернуть властность голосу. – Тебе не следует вести себя так дерзко.
Йошики попытался быть спокойным и флегматичным, каким он обычно представал перед всеми.
- Ты должен был сразу понять, что у нас ничего не выйдет, что ты для меня мальчик на одну ночь. Я был пьян. Прости. А теперь успокойся и отпусти меня.
Йошики не мог перенести этого унижения. Конечно, об этом никто не узнает, но для него самого это было большим пятном на его собственной гордыне. Он сжал зубы, чтобы сдерживаться.
- На одну ночь? – Такамаса только усмехнулся. – Нет, она будет не одна, – выдохнул он, заглушая требовательным поцелуем дальнейшие словесные излияния Хаяши. Оставлять за собой столь унизительное положение игрушки на одну ночь было не в его планах.
Йошики уперся в его плечо, пытаясь оттолкнуть Исихару. Он уже жалел, что когда-то затащил его к себе в постель. Да, Хаяши любил унижать, но ненавидел унижаться. Поцелуй был слишком настойчивым, резким, что Йошики не хватало сил сопротивляться. Отвечая против воли на этот насильственный поцелуй, он задумался, не употреблял ли чего Мияви, слишком он был силен. Но, к сожалению, Йошики не успел обратить внимание на его зрачки.
Поцелуй становился всё глубже, всё более дразнящим и трепетным. Язык Мияви нагло врывался в рот Йошики, исследуя и орудуя там на правах хозяина. Одно мимолетное движение ладони гитариста по коже Хаяши, касание кончиками пальцев напряженного соска под майкой, – и Мияви унесло. Отпустив до сих пор немилосердно сжатое запястье, он пробирался рукой к застежке его ремня. Йо изогнулся, пытаясь увернуться от шальных рук Мива. Хаяши весь дрожал в предчувствии дальнейшего. Он сам не знал, чего хотел. Секс – это прекрасно, но как же его падающий авторитет? Йошики повис в руках Мияви, отдаваясь полностью в его власть. Он сам не верил, что смирился с этим. Йошики старался не обращать внимания на безумную боль в занемевшем запястье, погружаясь полностью в сладостные эмоции. Вряд ли он заметил и то, как оказался на полу и практически обнажен, когда требовательные пальцы гитариста справились с металлом пряжки, так же быстро разобрались с молнией на штанах и сей предмет одежды за ненадобностью быстрым взмахом руки был удален из поля зрения. Мияви ликовал. Появился шанс воздать сторицей всё то, что испытал сам Исихара. За издевки, усмешки, поверхностное отношение. Отомстить. Но вопреки сумбурным мыслям, возникающим в воспаленном страстью мозгу, его руки лишь нежно скользили по гладкой, разгоряченной коже пианиста, ощущая, как тот подрагивает в ответ на ласки.
- Неужели Хаяши-сан сдался? – шепнул Такамаса в губы Йошики, нагло запуская ладонь между плотно сжатых бедер. В ответ Йошики лишь издал томный вскрик. А разве могло что-то более красноречиво отразить его возбужденное состояние? Каждое прикосновение заставляло его вздрагивать, словно от электрических разрядов. Импульсы возбуждения пронизывали его чувственное тело.
- Ты… Ты.. О… Возьми меня..- Йошики прекрасно осознавал свою просьбу. Но он сломался – этот парень знал, что делает.
Йошики в приступе агонии провел ногтями по спине Мива, сдирая его кожу. Тот выгнулся, стиснул зубы, подавив хриплый вскрик, превратившийся в гортанное рычание. Это стало последней каплей. Рывками избавившись от ставших слишком тесными штанов и белья вслед за ними, Исихара навис над Хаяши, прижав его колени к его же плечам. В глазах Мияви горел похотливый хищный огонь.
- Что сделать? – гитарист оскалился, проведя кончиком языка по пересохшим от возбуждения губам.
Йошики чуть ли не задохнулся от возбуждения. Он был не в силах повторить свою просьбу.. Это казалось безумием – такое унижение.
Все внутри горело и клокотало.
- Трахни меня..! – Хаяши взорвался. – Давай же! – он заколотил руками по спине Мива.
- Ух…какие мы…развратные… – Исихара не сумел подавить вмешавшуюся в голос хрипотцу, из-за чего реплика получилась не такой, какой планировалась, – не нарочито издевательской, а томно-страстной. – Не хулигань, – добавил он чуть громче, мучительно медленно погружаясь в тесноту распростертого под ним тела.
- Я всегда был таким.. Только заметил? – Йошики прогнулся, шире расставляя ноги, закинув их на плечи Миву. – Почему же? – коварно улыбнулся Йо.
- Заткнись, – Мияви упивался ощущениями. Из-под опущенных ресниц он наблюдал, как меняется лицо любовника по мере того, как подавалось навстречу его тело. Руки блуждали по телу Йошики, выискивая самые чувствительные места. – Как ты мне нравишься таким, смирным и податливым, – томно шепнул он, когда сил сдерживаться уже практически не осталось.
От последних слов Йошики вздрогнул, как от пощечины. Он дернулся, вцепившись в плечи Мияви, и одним рывком перевернул его под себя.
- Нравится? – Йошики оскалился. – А вот мне что-то не очень..
Мияви замер. Затем, немного подумав, растянул губы в плотоядной улыбке и сладко промурчал:
- Хочешь взять инициативу в свои руки?
- Это мое призвание – быть Лидером.
Йошики провел острым ногтем от ключицы ниже, оставляя красный след. Поцелуи сыпались один за другим нещадно. Мияви самодовольно скалился, подставляясь под ласки Хаяши. Весь его вид практически выражал: «Я победил».
Йошики ни на что не обращал внимания. Упоение страсти ослепило его. Забыв обо всем своем величии, он сорвался, это было безумием. Поцелуй за поцелуем, укус за укусом.. От которых Мива все сильнее и сильнее бросало в сладостную дрожь. Напряжение во всем теле скрутилось тугим узлом в низу живота, требовало разрядки как можно скорее, и гитарист, теряя голову, тихими всхлипами умолял Йошики продолжать.
Йошики ухмылялся про себя, ведь ему казалось, что он удерживает контроль над Мияви. Рука Хаяши спустилась вниз, проведя по его члену, смыкая ладонь на нем, помогая Мияви быстрее кончить. При этом Йошики не забывал орудовать языком, доставляя вдвойне больше удовольствия.
- Т…твою мать, Хаяши! – Исихара в исступлении кусал губы. Хотелось еще и больше, дольше, сильнее. Хотелось одного, чтобы эта сладостное, граничащее с болезненным наслаждение не заканчивалось никогда. Но мир постепенно сужался, заполняясь тишиной, сравнимой с вакуумом, пока не взорвался, отдаваясь звоном в ушах.
- Ну что, маленький… – Йошики снисходительно улыбнулся, проведя рукой по щеке Мива.
Чувство превосходства всё-таки восторжествовалао в Хаяши, перебивая всё возбуждение. Лицо мальчика… Это желание большего в томном, почти невидящем от затуманившей их страсти взгляде, дрожащие губки, податливое тело, раздираемое безумством секса…
- Забавно, забавно… – Йошики запечатлил происходящее в своей памяти, ведь это ещё один покоренный на его счету.
Глаза Мияви сверкнули.
- И ты решил, что вот так все закончится? – усмешка растянула его губы. Рывком опрокинув Йошики на спину, он навис над ним, нагло глядя в глаза. Тонкие пальцы гитариста тем временем продолжили путешествие по телу Хаяши, исследуя и поглаживая.
Йошики замер в ступоре. Он надеялся уже избавиться от Мияви, но тот оказался нахальнее, чем думалось Йошики.»И кто ему такой пример подает?» – мысленно досадовал Йошики больше на Сугизо, чем на Мива, за «плохой пример».
- Ты слишком обнаглел, – оскалился Хаяши, – Пора заканчивать эту игру. Тебе все ещё мало?
Йошики извернулся, ускользая от рук Исихары.
- А разве ты остался доволен? – нахальная улыбка не сползала с лица Такамасы, а захват снова становился сильнее.
- Я.. – Йошики замер, собираясь с мыслями. Сейчас сказать ему правду. значит, проиграть. Нет, он так не может. Но и сдерживаться уже нереально! – Слушай..
Йошики был уже готов отшить Миви, но решительность подвела его. Он обхватил Мияви за шею, притянув к себе, целуя. Мощно, жадно, страстно.
- Ты меня понял…
Хаяши больше не был хозяином ситуации.
Мияви усмехнулся. Еще бы не понять…
Мучительно-медленно он спускался поцелуями по по разгоряченной коже пианиста, прокладывая кончиком языка влажные дорожки. От бешено бьющейся жилки на шее по вздрагивающей груди, от дерзко торчащего соска до впадинки пупка, по плоскости живота и ниже… Это было невозможно, нереально: кто-то, совершенно незначительный для Хаяши, порабощал его. Йошики уже не соображал и не ориентировался в происходящем.. Мияви… Пусть творит, что хочет, если это может подарить Йошики столько удовольствия. Хотелось навсегда утонуть в этих прекрасных ощущениях. И Йошики просто наслаждался происходящим, не сопротивляясь. Внезапно сладкая нега сменилась пустотой, оставляя только ощущение холодка на коже. Мияви поднялся и, убедившись, что недоуменный взгляд пианиста был прикован к нему, расплылся в довольной улыбке сытого кота. Натянул джинсы. Наигранно сосредоточенно взглянул на часы, сложив губы трубочкой.
- Хе-е-й, детка, мой выход, – протянул он, направляясь к двери мимо распластанного на полу Хаяши. – Увидимся после концерта, – многообещающий воздушный поцелуй и мелькнувшая в дверном проеме прядь.
Хаяши впал в безумство. Только что его опустили, словно шлюху. После такого удара у Йошики не было сил даже подняться и одеться. Он лишь тихо молился, чтобы в гримерку не заглянул Сугизо…