Название: Нет в мире совершенства…
Автор: Лэрт Раота
Фэндом: Kuroshitsuji
Бета: я за неё
Пейринг: Себастьян/Сиэль
Рейтинг: R
Жанр: romance, яой
Статус: закончен
Размер: мини
Права: герои принадлежат Яне Тобосо
Размещение: с этой шапкой и меня предупредите
Предупреждения: сюжета, как такового, нет, просто небольшое описание непростых отношений графа и его идеального дворецкого, который, как выясняется, тоже не идеален. По крайней мере, для бесчувственного демона.

Мальчик с серьезным лицом сидел за резным бюро красного дерева и пил прекрасно заваренный чай. Идеальный чай.
Приготовленный руками его личного демона.
Сиэль Фантомхайв оторвался от документов, которые изучал и, подперев голову рукой, задумчиво уставился в окно.
За последний год он думал о нем постоянно. О том, кого призвал в самый черный час своей жизни. О том, кому дал имя Себастьян.
Сейчас Сиэль, с высоты уже своих почти пятнадцати понимал, что и демон и его имя – просто придуманная им игра, приз в которой – его душа. В принципе, души жалко не было. Просто иногда накатывало странное чувство опустошенности, когда Сиэль задумывался, что финал игры уже близок. Собственно, он до конца не понимал, почему Себастьян все еще служит ему и называет «господином». Контракт ведь выполнен, да только ничего пока не изменилось. Демон остался все тем же безукоризненным дворецким с едва уловимой лукавой улыбкой и изящными чуткими пальцами, покрытыми белоснежным шелком перчаток.
Только воспринимал его Сиэль совершенно по-другому.
Сиэль раздраженно вздохнул, возвращаясь к документам. Ему очень не нравилось, что в последнее время он слишком часто думал об этих пальцах, представляя их в ситуациях, не совсем подходящих, а точнее, совсем не подходящих для идеального дворецкого.
Только теперь, вступив в период подросткового взросления, мальчик стал осознавать, как красив Себастьян. Вот и сейчас, стоило вспомнить руки и полуулыбку своего дворецкого, как Сиэль почувствовал возбуждение, а желание увидеть Себастьяна стало просто нестерпимым. Вздохнув, Сиэль попытался подавить это омерзительное ощущение зависимости от кого-либо, пусть даже и от самого близкого тебе существа. Ну и что с того, что он демон и служит ему только чтобы заполучить его душу? Зато никогда не врет и сделает все для него – возможное и невозможное. Чертов контракт!
Сиэль мрачно опустил голову на скрещенные руки. Конечно, он рядом только из-за контракта, ничего такого. И хватит придумывать себе какие-то несбыточные планы и мечты.
Юный граф внезапно разозлился. Мало того, что его мысли принимают такой извращенный оборот, что он желает своего дворецкого, да еще и мужчину! Хотя, довольно часто посещая королевский двор, мальчик знал, что в высших кругах еще и не такое бывает, но все-таки, подобного рода связи очень не поощрялись и осуждались. По крайней мере, вслух.
Впрочем, графа Фантомхайва беспокоила совсем не аморальность его желаний. Мальчику, еще в детстве чуть не подвергшемуся насилию и едва не закончившему жизнь под ножом сектантов, была противна лицемерная и ханжеская мораль общества, в котором он существовал. Нет, на осуждение ему плевать, дело не в этом.
Себастьян – всего лишь его слуга сейчас, а после, когда контракт будет считаться выполненным, он, Фантомхайв, станет слугой демона. Вот и все. Сделка есть сделка.
- Себастьян! – властно позвал дворецкого мальчик.
- Да, мой лорд, – как всегда, демон неожиданно возник на пороге, заставив юного графа вздрогнуть от неожиданности.
- Прикажи заложить карету! – Сиэль встал из кресла. – То странное убийство в Корнуолле… ходят слухи, что там видели дьявола.
Еле заметная усмешка появилась и пропала на тонком лице Михаэлиса.
- Сию минуту будет сделано, – и дворецкий вышел, сделав вид, что не почувствовал жадного и смущенного взгляда, которым проводил его юный Фантомхайв.

***
- Дом был закрыт изнутри, по словам свидетелей, никто туда не заходил, а в результате – женщина мертва, двое мужчин сошли с ума, – рассказывал инспектор Эберлайн внимательно слушающему графу. – Показания отрывочны и темны, точно никто ничего не видел, но…
- Я слышал, что там видели дьявола? – перебил его мальчик, почувствовав, как за спиной еле слышно хмыкнул его дворецкий.
- Не совсем так… – инспектор почему-то замялся. – Просто лицо умершей женщины было искажено ужасом, а безумные мужчины выкрикивали что-то о дьяволе, но их сумасшедшие крики было невозможно разобрать. Собственно, сейчас с этим делом нам помогает один известнейший частный детектив, который случайно оказался в Корнуолле в момент этого странного преступления. Мистер Холмс, не слышали?
Сиэль утвердительно наклонил голову – имя, действительно, было очень известное.
- Ну, раз так, то мне пока здесь делать нечего, – граф поднялся со стула. – На всякий случай – я на пару дней остановлюсь в своем лондонском доме, так что, если понадобится – меня можно найти там.
Фантомхайв слегка кивнул инспектору и вышел из кабинета. За ним бесшумной тенью последовал его дворецкий, от которого у Эберлайна, порой, кровь стыла в жилах. Он сам не мог понять почему. Обычный мужчина, предупредительный, вежливый, одним словом – идеальный дворецкий. Но чувство страха, возникающее при виде или разговоре с этим господином Михаэлисом, появлялось вновь и вновь. Да, следует держаться от него подальше, так, на всякий случай. А своей интуиции инспектор привык доверять.

***
- Господин, почему вы не сказали мне, что собираетесь остановиться в вашем лондонском доме? – спросил Себастьян, помогая Сиэлю сойти на землю, когда их карета остановилась у парадного подъезда дома на Бельгрэйв-сквер.
Сиэль, вздрогнув от прикосновения, пусть даже и через перчатку, резко отдернул руку. Покачнувшись на высокой ступеньке, граф чуть не упал, но тут же был подхвачен Себастьяном чуть ли не на руки и аккуратно поставлен на землю.
- Осторожнее, господин, – мягко укорил смущенного мальчика дворецкий, вежливо улыбаясь. – Ступеньки скользкие – сыро.
- Отпусти… – прошептал Сиэль, не в силах оторвать взгляд от глаз Себастьяна цвета темного бургундского, которые сейчас оказались в нескольких сантиметрах от его собственных. Сиэль даже различил еле уловимый запах мяты и роз, исходящий от фрака демона.
- Вы сами держите меня, милорд, – Себастьян выразительно взглянул на руки подростка, судорожно вцепившиеся в лацканы его одеяния.
Сиэль побледнел и поспешно отдернул руки – он и не заметил, когда успел схватить дворецкого за одежду.
- Так вы не ответили на мой вопрос, господин, – Себастьян с легким поклоном открыл перед юным графом дверь – Почему вы не сказали заранее, что собираетесь остановиться на несколько дней в вашем городском особняке? Я бы подготовил его к приему хозяина.
- Тебе ничего не мешает сделать это сейчас, – граф уже совладал с собой и сейчас надменно улыбался, глядя на склонившегося в полупоклоне Себастьяна. – Или это тебе не по силам?
- Вы же знаете, нет ничего, что не смог бы сделать дворецкий семьи Фантомхайв, – мимолетно улыбнулся демон, словно не заметив жесткого тона мальчика. – Я сделаю для вас все, что бы вы ни пожелали.
- Так делай, а не болтай! – приказал Сиэль, не в силах выносить этот непроницаемый взгляд Себастьяна. – Я буду у себя в кабинете! Если ты мне понадобишься – позову!
- Да, мой господин, – еще раз поклонился демон, насмешливо наблюдая, как спина Сиэля исчезает в темном коридоре.

***
«Я сделаю для вас все, что бы вы ни пожелали!» – фраза звучала в ушах юного графа, пока он с остервенением снимал с себя одежду, путаясь в крючках и пуговицах.
Конечно, сделает! У них же контракт! На самого Сиэля ему плевать, само собой. Он же демон. Разве может демон испытывать какие-то человеческие чувства? Тем более, к мальчишке, человеческому ребенку.
Сиэль стиснул зубы. Каким бы взрослым он себя не считал, но факт оставался фактом. Он еще очень юн, особенно, по сравнению со своим демоном-дворецким.
Себастьяна он отослал заниматься делами, да и не хотелось, чтобы он сейчас раздевал его, вызывая постыдное чувство желания быть как можно ближе к этому гибкому и обманчиво изящному телу.
Иногда Сиэль даже думал, что в какой-то из подобных моментов может просто не сдержаться и поцеловать своего дворецкого или сделать что-то еще более чудовищное, а его нарочитое, фамильное спокойствие разом полетит к демону. Вот именно, что к демону.
Пока он еще может сдерживать себя… ни в коем случае он не должен показать Себастьяну своего отношения. Правда, скрыть от него что-либо будет вряд ли возможно. И зачем только он потащил его в этот дом, где нет ни одного слуги, не говоря уже о гостях или визитерах! Конечно, зачем держать штат слуг в городском доме, если один Себастьян сделает то, что не подвластно никакой, даже самой лучшей и вышколенной прислуге!
Порой Сиэль ловил на себе задумчивый взгляд своего дворецкого и вздрагивал от этих почти осязаемых взглядов. Но через мгновение глаза Себастьяна вновь становились холодными и насмешливыми, словно демон знал все мысли и чувства мальчика, которые тот так тщательно скрывал даже от себя самого.
Сиэль вздохнул и подошел к окну, глядя в вечереющее унылое лондонское небо.
Но все, что в его силах он сделает. Он заставит Себастьяна отреагировать на себя, не знает, как, но заставит! Не будь он граф Фантомхайв!

***
Себастьян тоже стоял у окна, в маленькой комнатке для слуг. Он уже затопил камин в гостиной и комнате графа, приготовил легкий ужин и ждал, пока заварится чай в маленьком серебряном чайничке.
На тонких губах играла вечная полуулыбка, пальцы в белых перчатках сноровисто ставили на чайный поднос посуду, и только глаза горели ровным багрянцем, чуть приглушенным светом большого канделябра на столе.
- Все готово, господин! – усмехнувшись, пробормотал дворецкий, и, выпрямившись, подхватил поднос с чаем и сладостями для юного графа Фантомхайва, за мятежную и очень интересную душу которого демон был готов побороться. Впрочем, у них контракт. Еще никому не удавалось обмануть Михаэлиса за все время его существования. Сиэль – мальчик умный, практичный и гордый, он не станет, как некоторые, юлить и отпираться, валяясь у демона в ногах и умоляя повременить или изменить условия. Такие сцены в Себастьяне ничего, кроме скуки и брезгливого презрения не вызывали. Разочарования в человеческой честности или благородстве, вернее, в их отсутствии, с каждым веком становились все привычнее, а охота за интересными, яркими душами, так радовавшая и привлекавшая демона в начале его жизни, превратилась в рутину и обыденность. Но только не сейчас.
Когда, пять лет назад, его призвал слабый голос ребенка, он из любопытства, которому подвластны даже демоны, явился на зов. И был поражен, увидев худенькое, все в синяках, едва прикрытое лохмотьями тельце и огонь мести и ненависти, горящий в синих, как небо Эдема, глазах.
Демон тогда поразился силе эмоций этого мальчика, и в его сердце внезапно зашевелился давно уже утраченный интерес к человеческим особям.
Он заключил с ним контракт – почему бы и нет? Убил всех сектантов – умирали они долго и мучительно, хотя его маленький хозяин уже не слышал их диких криков и воплей, потеряв к тому времени сознание от голода и побоев. Позже Себастьян сам не мог себе ответить, за что он так взъярился на этих сумасшедших людишек – мог их просто уничтожить одним движением. Но нет… хотелось, чтобы они мучились и кричали, как этот ребенок. Не потому, что жалко, вовсе нет. Михаэлису даже стало на миг смешно от этой нелепицы. Но когда он попытался понять, почему же он так поступил, ясного ответа в голове тоже не возникло. Тогда он просто не стал задумываться над всеми этими странностями. Просто очередной контракт. Только вот душа уникальная.
И интуиция его не подвела – душа этого мальчика оказалась настолько чистой и яркой, что её не могла запачкать даже огромная ненависть, бушевавшая в ней.
Иногда Себастьян даже удивлялся, как это может сочетаться, да еще и в теле и разуме ребенка. И до сих пор, хоть Сиэль уже стал старше, Михаэлиса весьма удивляла та двойственность, которая существовала в душе Сиэля Фантомхайва. Он мог быть одновременно и робким и смелым; добрым и жестоким; наивным, как и положено ребенку его возраста и циничным не по годам. Он не играл и не притворялся – это демон знал наверняка, видя насквозь своего мятежного контрактера. Он и в самом деле был таким… необычным. А все необычное вызывает интерес и желание разгадать и понять суть и причину.
Все это интриговало и заставляло испытывать жгучее любопытство – одно из тех сильных чувств, на которые способны демоны.
А еще, с годами возникла проблема, которой Себастьян, честно говоря, не ожидал. Юный граф в него влюбился. Очень сильно и очень болезненно. Скрывая от самого себя это чувство, стыдясь и ненавидя свое тело, начавшее предавать своего хозяина.
Себастьян даже и не думал, что пылкая влюбленность неопытного мальчишки так ему польстит.
Казалось бы – что здесь такого? Да, его земное воплощение очень привлекательно, это Себастьян знал и сам. И рано или поздно почти все его жертвы влюблялись в своего демона, требуя от него взамен тело, а иногда и ответных чувств, что веселило того неимоверно. Ну, какая может быть любовь у демона?
А сейчас так непривычно… будоражит. Себастьян все понимал. И что юный граф неосознанно хочет остаться с ним наедине, смутно ожидая близости, о которой прямо помыслить пока не мог. И то, что мальчик ужасно зол на себя в первую очередь, но, не умея справляться с таким новым для него чувством, срывает зло на нем, как причине своих терзаний. И то, что он, Себастьян Михаэлис, даже немного жалеет, что не может дать мальчику тех чувств, что он так отчаянно от него желает.
Только вот отчего он, демон, волнуется сам? Сиэль умен, он не станет требовать от демона любви. Он сам прекрасно понимает, что вряд ли его дворецкий способен на такое чувство. Страсть, похоть, вожделение – это доступно, но любовь…
Себастьян с сожалением пожал плечами. Все, что в его силах, он даст ему. Совратит, заставит испытывать такой накал страстей, какого этому юноше никто не даст. Покажет, как податливо и отзывчиво может стать тело, как страстно оно может выгибаться в его руках, застывая и трепеща на пике наслаждения. Душа по контракту и так принадлежит ему. Почему бы не сделать своим и тело? Мальчик красив и приятные ощущения демону в любом случае обеспечены.
Последний взгляд на поднос, неуловимым движением поправлена накрахмаленная салфетка – и Себастьян выскользнул из комнатки, чтобы отнести чай своему господину.
Но вдруг дворецкий поймал себя на такой неожиданной мысли, что даже запнулся о ковер, лежащий под ногами – недопустимо для идеального демона. А интересно, каково это – любить? Хотя, ничего тут интересного. Все эти бредни о любви и самопожертвование придумали ханжи и священники, ничего нового.
Демон тряхнул головой, отбрасывая длинную челку назад. Пока было подавать чай. Господин ждет его.

***
Вечер постепенно перетек в ночь. Себастьян зажег свечи, задернул шторы и негромко окликнул мальчика, сидящего за столом и усердно делающего вид, что он очень занят.
- Мой лорд, пора спать, если вы не хотите завтра весь день ходить сонным и помятым.
Сиэль, нахмурившись, поднял глаза, но, попав в плен багровых зрачков, неуверенно кивнул. Впрочем, выражение неуверенности тут же сменилось на его лице мрачной решимостью.
- По… помоги мне переодеться, – Сиэль понял, что этот шанс он постарается не упустить, хоть было очень страшно сделать что-то не так и вызвать в Себастьяне смех своей неуклюжестью.
- Как всегда, мой господин, – Михаэлис улыбнулся – мальчик решил действовать сам. Похвально. Впрочем, его юный граф всегда был решительным человеком.
Дворецкий направился к Сиэлю, чувствуя с некоторым изумлением, что он… волнуется. Причем, это было не волнение перед актом физической любви, такое ощущение он хоть давно уже не испытывал, но оно было ему знакомо. А сейчас… что-то новое. Демон на мгновение замер, погружаясь в новизну ощущений. Странно. Страсть и желание получить это юное тело – это понятно, но вот эта щемящая нотка… неужели, это и есть нежность?
- Ну, что же ты! – окрик Сиэля заставил демона поторопиться.
Процедура переодевания прошла как обычно, только вот то, что граф очень бледен и поминутно вздрагивает, то вскидывая, то опуская глаза, не осталось незамеченным дворецким.
Себастьян специально затягивал процесс, многозначительно глядя в лицо мальчика. Ненароком погладил под дрогнувшими коленками, снимая гетры; словно нечаянно дотронулся до ямочки между ключицами, развязывая бант; задержал пальцы на внутренней стороне руки Сиэля, невесомо прочертив дорожку по чувствительной коже. Науку соблазнения демон знал в совершенстве. Нечего делать – соблазнить неопытного юного мальчика.
Себастьян ощутил знакомый жар желания – он тоже не остался равнодушным к этой игре. Опять слегка удивился – с чего бы это? Телесные забавы перестали его удовлетворять уже очень много лет назад. Впрочем, неважно.
В полном молчании он осторожно снял с графа рубашку и поднес к покрывшемуся мурашками возбужденному телу Сиэля ночную сорочку.
- Поднимите руки, господин, – произнес Себастьян, усмехаясь про себя.
Сиэль механически поднял руки и тут же, не в силах больше терпеть, с приглушенным стоном обвил ими шею слегка ошеломленного таким напором дворецкого, не ожидавшего, что мальчик решится так быстро. Видимо, действительно, слишком долго терпел.
Юный граф с таким жаром прижался губами к губам своего дворецкого, что Михаэлис даже испугался за душевное состояние Фантомхайва. Поцелуй был неумелый и очень невинный, но именно он заставил кровь Себастьяна забурлить.
- Ну, что же вы, господин, – шепнул дворецкий, медленно отвечая на поцелуй, размыкая губами дрожащие губы своей неопытной жертвы. – Не надо спешить. Я никуда не уйду, пока вы не успокоитесь.
- Так успокой меня, Себастьян, – срывающийся шепот мальчика заводил демона почище самых извращенных игрищ, которые он только мог вспомнить. Сейчас это хотелось сделать медленно и осторожно, не врываться в хрупкое тело, заставляя его сгорать от страсти и возбуждения, а медленно насладиться друг другом вместе, показав мальчику радость первого физического обладания. Тлеющие угли порой опаснее бушующего пламени.
- Как будет угодно… Сиэль… – его имя, сказанное дворецким, прозвучало так интимно и искушающе, что у Сиэля пропали последние остатки разума, смытые совершено новыми для него откровенными ласками, которые он не мог себе представить даже в самых смелых мечтах.
Взмах руки – и демон погасил свечи, чтобы не смущать юного любовника. Все, что ему надо, он прекрасно видел в темноте. Шорох одежды, шелест стянутых с тонких рук перчаток – и он уже снова рядом с едва дышащим от страха и удовольствия мальчиком.
И ночь была только для них двоих. Он провел своего маленького господина по всем лабиринтам страсти, показав и рассказав только при помощи тела, какова может быть физическая близость с демоном.
И только вздохи и стоны графа были ответом темному дворецкому, который удовлетворенно улыбался, с удивлением чувствуя, как откликается его собственное тело на любые движения графа. И дух захватило уже у самого Михаэлиса, когда, после долгих ласк и подготовки, он вошел в тесное и горячее хрупкое тело, сделав его полностью своим. Это вызвало вспышку торжества столь бурного, что Себастьян даже не смог больше сдерживаться, быстро доведя мальчика до ослепительной разрядки, после которой тут же последовал за ним и сам.
Обессиленный Сиэль заснул почти мгновенно, едва дворецкий опустил его на подушки.
А Себастьян еще некоторое время прислушивался к постепенно выравнивающемуся дыханию графа, чувствуя где-то внутри себя странную щемящую нежность. Что-то было не так, как обычно.

***
Утром Сиэль с трудом открыл глаза, проснувшись от шороха раздвигаемых штор. Забрезжил хмурый лондонский день, шелестя по ставням мелким унылым дождиком. И тут… Сиэль широко распахнул глаза. Нет, это ему не приснилось! Они и в самом деле сделали это!
Мальчик уткнулся лицом в подушку, страстно желая увидеть Себастьяна и в то же время дико боясь увидеть в его глазах насмешку над ним. При свете дня все это ощущалось просто кошмарно.
- Господин, пора вставать, – спокойный и размеренный голос Себастьяна звучал как обычно, и мальчик решился взглянуть на него. В конце концов, что это с ним? Он, Фантомхайв, боится своего дворецкого? Не бывать этому!
Граф резко встал, и тотчас же движение отозвалось резкой болью в теле. Сильно болела поясница и не только. Все тело ломило, но усталость была приятная, особенно, если не делать резких движений.
- Как себя чувствуете? – заботливо спросил дворецкий, и Сиэль зорко вгляделся в лицо своего личного демона – не смеется ли? Но лицо Себастьяна было, как всегда, непроницаемым, а за этой каменной маской мальчик не мог разглядеть, что на самом деле сейчас чувствует Михаэлис. Неужели, ему все равно?
Сиэль почувствовал, что его сердце упало. Ну да, а чего он хотел? Он просто приказал Себастьяну успокоить его, и идеальный дворецкий выполнил приказ, только и всего. Демоны не умеют чувствовать.
- Подай чай! – резко приказал он, в упор глядя на Себастьяна. – Со мной все в порядке.
- Да, хозяин, – слегка поклонился Себастьян, усмехнувшись такой предсказуемой реакции. Конечно же, сейчас, при дневном свете то, что произошло ночью, кажется мальчику просто чудовищным. Но он хорошо держится, смело.
Демону почему-то было приятно, что Сиэль не стал зажиматься и ханжески себя вести после такой нестандартной во всех смыслах этого слова ночи.
- Себастьян, а ты сам получил удовольствие? – вопрос, застигший его в дверях, был настолько неожиданным, что демон остановился. Да, мальчик смел и не желает лицемерить, делая вид, что ничего не было. – Тебе это доступно?
Михаэлис медленно повернулся. Лицо Сиэля было бледным, он кусал запекшиеся губы и мял в руках край ночной рубашки, в которую его одел дворецкий уже под утро, когда мальчик заснул. Но, несмотря на такое лихорадочное состояние смешения стыда и гордости, Сиэль смотрел прямо в лицо демону, не отрывая взгляда от его багровых зрачков.
- Я желал доставить приятные ощущения моему господину, – медленно начал демон, тщательно подбирая слова. – Надеюсь, ваш дворецкий не разочаровал вас.
Сиэль отрывисто кивнул, чувствуя себя в глубине души очень несчастным. Конечно, просто выполнил приказ, как он и думал. Но он же спросил совсем не об этом…
- И, отвечая на ваш вопрос, милорд… – продолжил Себастьян, словно услышав мысли графа, – Да, мне было очень приятно быть с вами. Мне тоже доступно удовольствие подобного рода, хоть я испытываю его нечасто. Но сегодняшняя ночь была исключением. Надеюсь, я ответил на ваш вопрос?
Поклонившись, Себастьян вышел, оставив Сиэля обдумывать его слова. Мальчику надо сейчас побыть одному, а то столько впечатлений сразу…
Демон улыбнулся, чувствуя волнение. Все-таки, он совратил юного Фантомхайва, да еще и сам получил от этого удовольствие, хоть и думал, что пресыщенность такого рода отношениями не позволит ему сделать это. Но было, и вправду, хорошо, даже более того…
И тут он остановился, как вкопанный. По контракту, он не имеет права лгать своему господину. Значит, то, что он сказал, было правдой. Ему на самом деле было очень хорошо.
Но… это же просто неумелый мальчишка! Почему же?..
Ладно, он подумает об этом позже, сейчас надо подавать чай. А это просто приятное дополнение к тому призу, что ожидает его в конце пути. Не зря он растягивает удовольствие, не спеша объявлять контракт выполненным. В конце концов, он никуда не спешит. А мальчик ему интересен, с ним можно испытать целый букет уже забытых им самим ощущений. И никакой скуки, что было самым ценным для древних демонов, познавших за многовековую жизнь все существующие пороки и эмоции и больше всего страдавших от однообразия.
Себастьян не раз ловил себя на мысли, что за последние пять лет скучно с маленьким графом ему не было ни разу.

***
Возвращались назад в поместье они в полном молчании. Сначала заехали в Скотланд-Ярд, где узнали, что убийство в Корнуолле уже раскрыто знаменитым Холмсом, а жертвы отравлены порошком из корня редчайшей «Дьяволовой ноги», который подсыпал из корыстных побуждений брат умершей женщины.
В принципе, делать пока в Лондоне было нечего.
Финни, Бард и Мэйлин радовались, когда молодой граф вернулся, а без Себастьяна дом просто терял свою изюминку, превращаясь в обыкновенный холодный особняк.
Однако Сиэль, хмуро поприветствовав слуг, заперся в своей комнате, не желая сейчас никого видеть, даже своего дворецкого. Тем более своего дворецкого.
Граф Фантомхайв пожалуй впервые произнес про себя ужасную правду – он влюблен в своего дворецкого. И не просто в дворецкого, а еще и в демона. И если, будь Себастьян просто человеком, у него еще был бы шанс заставить того испытать к нему хоть какие-то чувства, то в ситуации с демоном его шансы равны если не нулю, то почти. Собственно, он для Себастьяна обычная душа, заключившая договор и ожидающая своего часа.
Граф внезапно разозлился. Он ведет себя недостойно, как не подобает главе рода Фантомхайв. Да, он любит Себастьяна, так что теперь, всю жизнь меланхолично жалеть себя и страдать от того, что никогда не сможешь получить от демона ответных чувств? Не бывать этому!
Раз так, он переживет. Сделает вид, что ничего не было, просто забудет об этой ночи и все станет, как раньше. Тем более что рано или поздно демон сочтет контракт выполненным, а дальше… впрочем, понятия «дальше» для Сиэля уже не будет.
Но сейчас, пока он еще жив и они с Себастьяном вместе, надо взять от близости с демоном все, что можно. Сиэль в своей жизни никого до этого момента не любил, поэтому и для него это чувство было совершенно новым и пугающим. Да еще и безответным. Но он решил, что просто не будет думать об этом постоянно, не понимая, что выполнить свое же, поставленное себе условие будет не в силах. А еще и эта ночь… Граф почувствовал, что ему не хватает дыхания. Ну, как можно о таком забыть, когда все тело болит и словно выкручивает, и думаешь только о тонких изогнутых в прихотливой усмешке губах, и скользящих по телу ладонях?
«Забудь!» – приказывал себе мальчик, а мысли, не слушая приказов, снова возвращались к ощущению заполненности внутри него, и бархатистой и твердой плоти дворецкого, подарившей самые сильные ощущения в недолгой жизни графа.
- Ненавижу тебя, Себастьян! – прошептал Сиэль, в отчаянии швыряя на пол кипу бумаг, которые лежали тут же на столе, требуя к себе внимания. – Ненавижу, паршивый демон!
- Вы звали меня, господин? – Михаэлис появился на пороге запертой комнаты словно из-под земли. – Что вам угодно?
- Я не звал, – отрезал граф, делая вид, что занят документами. – С каких это пор дворецкий врывается в мой кабинет без спросу?
- Прошу прощения, граф, – виновато поклонился Себастьян, хотя в глубине зрачков мелькнула вечная усмешка. – Мне, должно быть, показалось…
- Подбери бумаги, раз уж ты здесь, – приказал Сиэль, только и думая о том, чтобы демон снова поцеловал его и… сделал все остальное. – И оставь меня одного.
- Конечно, милорд, – Себастьян принялся собирать бумаги, стараясь унять багровое пламя, рвущееся из его глаз. Он все понимал и чувствовал вожделение со стороны мальчика. И все было обычным, как всегда, но… он не ожидал своей такой же реакции. Он тоже сильно хотел юного графа, словно в самом начале своего существования, когда телесное влечение было ярким и новым чувством для него.
И вот сейчас он словно вернулся в свою молодость, но то, что он желал так сильно сам, да еще и смертного человеческого ребенка, испугало бесстрашного и непобедимого демона. Хотелось не брать и убивать, а защищать, нежно прижимая к себе тонкое и маленькое тело контрактера, который стал таким близким и родным за последние годы. Хотелось смотреть в лицо и видеть не страдания в искаженном адскими муками лице, а радость и счастье, вызванные именно им, Михаэлисом. Хотелось, чтобы этот гордый мальчик просто прижался к нему всем телом, уткнувшись носом во фрак. И еще, страшно хотелось, чтобы это незнакомое ощущение, разрывавшее демона пополам, не исчезало, оставшись навечно.
И незнакомое чувство победило, когда Михаэлис, медленно подняв голову от рассыпавшихся бумаг, встретился взглядом с расширенными от волнения глазами Сиэля.
- Господин, вы вчера спрашивали, доступно ли демону удовольствие, – негромко произнес Себастьян, лукаво улыбаясь шумно сглотнувшему от волнения юноше. – Я ответил вам.
Сиэль продолжал, не мигая, смотреть на своего личного любимого демона, едва найдя в себе силы кивнуть.
- Возможно, вы захотите задать мне немного другой вопрос? – улыбка на тонких губах стала особенно соблазняющей.
- Зачем? – граф, стараясь сохранить остатки гордости, передернул плечами. – Всем известно, что демоны не умеют… любить.
Последнее слово было произнесено шепотом, почти неслышным для уха обычного человека, но прекрасно различимым демоном высшего круга.
- Думаю, целесообразнее спросить об этом самого демона, – дворецкий улыбнулся и стремительно встал, одним изящным жестом уложив собранные бумаги в аккуратную стопку. А потом…
Как губы Себастьяна встретились с его собственными, юный Фантомхайв сказать не мог – он просто наслаждался тем чувством внутреннего покоя, что окутало его после двусмысленных слов дворецкого. Любить демоны не умеют? Плевать, Себастьян ему никогда не врет!
Разорвав поцелуй, Сиэль уткнулся лицом в черный фрак, ощущая родной запах мяты и роз. Он не стал ничего спрашивать и требовать, он просто поверил.
Себастьян же думал, что для древнего демона его новизна чувств просто поразительна и сам с удовольствием поглаживал плечи мальчика, привыкая к совершенно новым эмоциям.
Но через несколько минут на губах дворецкого опять появилась коварная усмешка.
- Только мне хотелось бы знать, милорд, зачем вчера вы потащили меня с собой в Лондон, если уже прекрасно знали, что дело о Корнуоллском дьяволе – это всего лишь убийство с корыстными целями? Ведь вы сразу же поняли это, когда прочитали материалы дела?
- Ты подвергаешь действия своего господина сомнению? – слегка покрасневшие щеки мальчика убедили Михаэлиса в том, что он был прав в своих подозрениях.
- Ну что вы, мой господин, – усмехнулся Себастьян в темно-пепельную макушку. – Просто не думал, что соблазнение дворецких своими хозяевами входит в обязательный курс предметов, которые должен знать молодой граф Фантомхайв.
- Себастьян! – сердито вскрикнул смущенный Сиэль, вырываясь из рук дворецкого, впрочем, безуспешно. – Ну почему ты никогда не можешь промолчать, там, где надо?
- Потому что я никогда не лгу вам, мой… Сиэль.
Мальчик и демон самозабвенно целовали друг друга, ощущая, как новая связь протягивается от одного к другому, словно новая цепь, связывающая, но не сковывающая движений.
И еще не знали, что посыльный только что принес белоснежный конверт с красной сургучной печатью Её Величества с очередным заданием для юного графа.
Только теперь им было чем заполнить свои дни, чтобы дождаться ночи. Ночи для них двоих.