Название: Ая сердится
Фандом: Monochrome Factor
Автор: morpho didius
Бета: нет
Жанр: romance, юмор
Персонажи: Харука, Ко, Ая, Кенго, Акира, Широгане – в общем, почти вся шайка
Пейринг: Ко/Харука, намёк Ая/Ко, Акира/Широгане (!мельком – и то в каноне!)
Статус: завершён
Размер: мини
Рейтинг: хотела PG-13, получилось как обычно R
Саммари: Ая сердится. Почему?
Размещение: легко! с этой шапкой.
Дисклаймер: я с этой парочкой, видать, надолго… в долг возьму)
Предупреждение: Ко у меня здесь совершенно испорченный педофил ^^, постепенно совращает эдакого по-детски невинного и немножко эгоистичного Харуку xD.
От автора: я пристроила квартире Ко одну маленькую спаленку. Это уже AU?
З.Ы. Совершенно не знаю, как писать: «Ая» или «Айя»(

Объятия, как тиски.
- Эй, ты что себе позволяешь?! Немедленно отпусти Харуку, извращенец!!!
- Ая-тян, ты такая зайка, когда злишься!..
- Чтооо?! За зайку ты сейчас ответишь, идиот!!!
Улыбка приторная, как растаявший пломбир, мгновенно слетает с лица, руки, стискивавшие меня катафалком, расслабляются, и вот Ко-ни уже уносится на всех парах от взбешенной старосты.
Опять Ая злится. Я не понимаю, почему, но, когда я нахожусь рядом с братиком, ей словно голову сносит – она заводится от любого слова, проронённого Ко-ни в мой или её адрес, и готова покрошить его тут же на мелкие кусочки. Когда братик начинает нести свою обычную чепуху и его, как всегда, заносит не в те дебри, Ая смешно вспыхивает и раздувает ноздри. Ко-ни порядочно напрягает её с первых секунд их… хм, оригинального знакомства.
- Харука-кун, неужели тебе так нравится Ко-сан? – спросила меня как-то она, когда братик в очередной раз ретировался на какое-то «есть-тут-одно-дельце-не-беспокойся-Хару», а Ая, Кенго и Акира (естественно, с Широгане) вызвались проводить меня до особняка. Акира и Кенго шли позади и о чём-то болтали и спорили, Широгане скользил позади молчаливой тенью, изредка встревая в разговор со своими вечными фразочками с намёком. Ае они были неинтересны – она ожесточённо вмешивалась в разговоры о битвах и всему тому, что с ними связано, но в «бытовухе» – конечно, не имеющей к ней прямого отношения, – участия не принимала. Она горделиво задирала нос и отворачивалась, видимо, считая себя выше всего этого.
Забавно: когда Ая спокойна, она обращается к Ко-ни на вы, даже уважительно, но стоит ему ляпнуть очередную нелепость, например, про её «соблазнительные ножки», как всё почтение мгновенно вылетает из неё и ждёт где-то в сторонке, пока она не остынет опять.
- Ты уже спрашивала, Ая, – спокойно отозвался я.
Ая немного смутилась, помолчала и всё же продолжила:
- Я всё-таки не понимаю, что в нём может быть примечательного. Самый обычный хам, к тому же озабоченный!.. – Ая вдруг ещё больше покраснела за свои слова и поспешно прикрыла рот рукой: – Извини, Харука-кун. Случайно вырвалось…
- Ничего, – я криво усмехнулся. Неужто она думает, будто подала мне дурной пример? Интересно, почему она этого так боится. – А я не понимаю тебя.
Она удивлённо взглянула на меня.
- Что? Почему?
- Почему ты так на него реагируешь? – я отвёл взгляд от тёмной дороги перед собой и посмотрел ей в глаза. – Он тебе совсем не нравится? Почему ты обзываешь его идиотом?
Ая вспыхнула, как я и ожидал.
- Потому что… потому что он ведёт себя, как идиот! – воскликнула она. – Нормальные люди ведут себя не так! – она открыла рот, чтобы добавить ещё что-то, но передумала.
- А как ведут себя нормальные люди? – поинтересовался я совершенно искренне. – Так, как ты?
Кажется, Ая потеряла над собой контроль и захватала воздух, как рыба, не зная, что мне ответить. От моего взгляда ей, по-моему, становилось только хуже.
- Вот… твой дом… Харука-кун… – еле выдавила она.
- Эй, ну вот мы и пришли! – раздался сзади веселый голос Кенго, а через несколько секунд они поравнялись с нами. Мы с Аей и не заметили, как остановились. – Ну что, Харука-кун, спокойной ночи! Передавай привет от нас старику Хикудзиро… Эй, Ая, что с тобой?.. Ты похожа… на рака?
Кенго пожалел бы об этих словах, и очень сильно, если бы Ая была хоть немного в себе.
- Пока… – сдавленно проговорила она и внезапно сорвалась с места, уносясь куда-то в темноту улиц.
- Что это с ней? – недоумённо спросил Кегко. – Ты не в курсе, Харука-кун?
Я пожал плечами.
- Девочки.
Кенго расхохотался и похлопал меня по плечу.
- И не говори, Харука-кун! Гормоны и всё такое… Надо догнать её, наверное, а то всё-таки поздно уже… Акира?
Акира покачал головой, засунув руки в карманы:
- Не думаю, что это необходимо. Ты видел, в каком она состоянии? – он усмехнулся. – Не её от возможных бандитов спасать надо, а бандитов от неё. Не завидую я тому, кто встретится на её пути.
*
Кажется, Ая боится, что Ко-ни может научить меня чему-то плохому. В тот раз, когда братик пришёл ко мне ночью и забрал к себе домой, она перепугалась чуть ли не больше Хикудзиро, особенно когда узнала, кто меня «похитил».
Жаль, я не подумал в ту ночь, что Хикудзиро так переволнуется и всех поставит на уши. Не люблю, когда вокруг меня столько хлопот, только вот он этого не понимает.
В ту ночь Ко-ни дождался, пока я оденусь, а потом мы просто ушли из особняка. Я-то знаю, как обойти сигнализацию, но вот как он сумел пробраться, не задев её? Впрочем, этот вопрос меня тогда мало интересовал. Мне просто нравилось убегать из дома. Я делал это впервые: вот так втайне, посреди ночи, как упрямый подросток, поссорившийся с родителями или мечтающий попасть на крутую дискотеку. Мы шли по ночному городу под фонарями; было совсем не холодно, Ко-ни курил, а я шёл рядом, слушая его болтовню и изредка отвечая на вопросы. А потом я сам взял его за руку – мне так захотелось, – а он кинул на меня быстрый взгляд и крепко сжал ладонь.
- Э-э… где-то тут был свет… – озадачился Ко-ни, когда мы вошли в его квартиру, в которой царила темнота. Затем последовало шуршание, невнятная тихая ругань – кажется, братик обо что-то запнулся, – щелчок выключателя, и неяркий свет, наконец, озарил небольшую, но, в принципе, уютную обитель Ко-ни. – Нашёл! – победно воскликнул он. – Я же говорил, что где-то он тут был.
Он кинул ключи на диван и, потянувшись, неторопливо и с наслаждением прошёлся по комнате.
- В общем, как-то так, – заключил он. – Ты голоден, Хару? Не факт, что на кухне есть что-то съедобное, но я думаю, мы что-нибудь придумаем.
- Нет, не голоден, – я покачал головой, озираясь. В аквариуме стайка рыбок шугалась струи пузырьков; левее видно было начало небольшого коридора и ещё две закрытых двери.
- Тогда, может, чай? – Ко-ни запустил руку в волосы и взъерошил их. – Или кофе? За что-то покрепче, я думаю, меня не похвалят, – заметил он, усмехаясь.
- Тебя и так не похвалят, – уверил его я. – Чай.
Ко-ни подмигнул мне и направился на кухню, откуда вскоре донеслось негромкое бряканье посуды и гул электрического чайника.
- Ты можешь пока включить центр или телевизор, – крикнул он оттуда и добавил, как будто напоминая: – Как дома, Хару, как дома.
Когда он вернулся из кухни, неся в руках две большие дымящиеся кружки, мне уже наскучило наблюдать за рыбками, которые не умели ничего интереснее, чем сновать по аквариуму из стороны в сторону, и я принялся разглядывать полку с многочисленными дисками.
- Держи, Хару, – Ко-ни протянул мне кружку и сел на диван, похлопав место рядом с собой. – Этот чай пару лет назад привёз мне из Индии один мой знакомый … – задумчиво произнёс он, наблюдая, как я сажусь около него. – Не думал, что когда-нибудь открою его. Я не любитель чая, – он улыбнулся.
- Я тоже, – отозвался я, поднося кружку к носу и нюхая. Чай имел запах, наверное, изысканный, но я в этом не разбирался. По крайней мере, он был вполне приятным.
Ко-ни непонимающе хмыкнул.
- Зачем тогда сказал, что хочешь чаю?
- Я не говорил, что хочу чаю. Я выбрал его из предложенных вариантов, – резонно заметил я. – Кофе вообще горький. И уж точно невкусный.
Ко-ни добродушно засмеялся.
- Если ты попробуешь кофе с сахаром и молоком, ты изменишь своё мнение, гарантирую. Его любят, по-моему, все дети.
Я одарил его хмурым взглядом, но промолчал.
- Ну хорошо, не все дети, а просто все, – поправился Ко-ни, каким-то образом поняв, что мне не понравилось. – Я приготовлю его тебе завтра. По крайней мере, я в детстве его обожал, – прибавил он подразнивая.
Я сделал глоток, и чай обжёг горло, оставив странную смесь боли и горячего приятного тепла, мгновенно разбежавшегося по всему телу.
- Ко-ни, расскажи о своём детстве, – попросил я, грея ладони о кружку.
Братик слегка поморщился, тоже отхлебнув чая.
- Кажется, я переборщил, – пробормотал он. – Слишком крепкий. Будет сложно уснуть…
- Ко-ни, – настойчиво произнёс я.
Он вздохнул.
- Детство? Детство как детство. Школа, драки, экзамены, девочки… – уклончиво ответил он.
- И что, ничего запоминающегося? – ни за что не поверю, что у братика Ко было самое обычное и ни чем не выдающееся детство.
- Я сейчас и не вспомню что-то конкретное, – он махнул рукой, и я отчётливо понял, что он почему-то не хочет об этом говорить. – Ты, наверное, устал, Хару? – он поспешил сменить тему. – Хочешь спать?
- Нет, – я подул на чай и сделал большой глоток, едва сдержавшись, чтобы не зажмуриться от обжигающей волны, скользнувшей в горло. – Разве я для того ушёл из дома, чтобы поспать в другом месте?
Ко-ни усмехнулся.
- Хорошо, – согласился он. – Чем тогда займёмся? Ты смотрел диски, наверное, приметил какой-то фильм?
Я покачал головой.
- Я редко смотрю фильмы и мало что о них знаю.
- Неужели? – возмутился Ко-ни. – Ты многое теряешь. Я серьёзно. Это надо срочно исправлять.
Он решительно встал и подошёл к полке.
- Так, это не то… не то… и это не то… ну, думаю, мелодрамы тебе будут неинтересны…
- У тебя есть мелодрамы? – удивился я.
Ко-ни скорчил досадливую мину.
- Э-э-э, есть, но это… как бы… не мои…
- Да ладно, – я хихикнул в сторону. – У каждого свои слабости.
- Серьёзно, это не мои! – оправдывался Ко-ни. – Это моей бывшей девушки!
- Конечно, – я мило улыбнулся, насмешливо поглядев на Ко-ни, а тот, расхохотавшись, внезапно подпрыгнул ко мне и начал щекотать. Хорошо, что чая в кружке было меньше половины, иначе он непременно оказался бы у братика на диване.
Я никогда не подпускаю людей к себе близко – хотя бы чисто физически. Я не прошу об этом вслух, но люди обычно сами понимают, что до меня не стоит лишний раз дотрагиваться. С Ко-ни всё пошло не так с первых же секунд. Но его прикосновения меня нисколько не пугают и не отталкивают. Это так непривычно после долгого времени, когда кто-то тебя обнимает.
Братик всё-таки отыскал на полке нужный диск – какой-то фильм про самураев, названия я не запомнил, – и торжествующе запустил в проигрыватель. И выключил верхний свет, оставив только тусклый светильник. Пустые кружки были отставлены на пол; Ко-ни удобно развалился на диване, раскинув руки по обе стороны от себя по его спинке. Я примостился рядом на его краешке, выпрямившись по струнке – дурацкая благородная привычка, от неё так устаёт спина.
Когда на экране прошли первые титры, я зачем-то поёжился и искоса бросил взгляд на Ко-ни, который расслабленно, но внимательно смотрел на экран, отражавшийся в стёклах его очков. Мне показалось, что он уже увлечён фильмом, и на меня внимания не обращает; я опустил взгляд на его колени, а затем тоже уставился в телевизор. Я и охнуть не успел, когда его руки вдруг легко подхватили меня подмышки и перенесли, усадив на диван между колен. Затем обняли меня за талию и не как обычно, сильно и крепко, так, что дышать было нечем, а бережно и осторожно прижали к себе. Хотя и от этого дыхание перехватывало не меньше. Я хотел повернуть голову назад, но в следующую секунду почувствовал на шее горячее дыхание, а потом ещё что-то тёплое; до меня не сразу дошло, что это губы.
- Ко-ни… – выдохнул я, когда понял.
Руки, обнимавшие меня, сжались ещё крепче. Губы скользнули к мочке уха, коснувшись её всего на пару секунд, а затем застыли где-то в районе макушки.
Странное ощущение, но я по-прежнему не пугался его прикосновений. Изнутри что-то приятно щекотало, кожу пощипывали мурашки, пробегавшие волной от его дыхания сзади в мои волосы. Я попытался сосредоточиться на фильме, где уже начиналась первая битва, но потом понял, что это бесполезно. То, что делал Ко-ни, было более захватывающим, нежели происходящее на экране.
Следующий поцелуй в шею заставил меня наклонить голову в сторону и непроизвольно вцепиться пальцами в его руки. Я шумно выдохнул, и Ко-ни коснулся кожи кончиком языка, тут же вновь накрыв губами. Мне внезапно стало жарко, как если бы я опять сделал резкий глоток того дымящегося индийского чая, а в следующую секунду Ко-ни снова подхватил меня и уложил спиной на диванные подушки, мягко опустившись сверху и прижав меня своим телом. Я наконец встретился с его глазами. Когда он успел снять очки?

Pages: 1 2