Название: «Шанс»
Автор: Тазисса
Бета: нет
Категория/Рейтинг: PG
Жанр: джен, романс, с лёгкими элементами стёба.
Статус: закончен
Дисклеймер: всё принадлежит Такабаяси Томо, моя лишь идея.
Персонажи: Юури/Сарареги, мельком упоминаются Конрад и Бериас.
Саммари: Сарареги, возвращаясь из Сейсакоку попадает не в Малый Шимарон, а снова останавливается у Юури…
Размещение: Только с разрешения автора
Предупреждение: ООС. Любителям Вольфрама лучше не читать. Я действительно предупреждаю, ибо автор очень не любит этого персонажа, что и сказывается на текстах.
От автора: этот летний рассказ посвящается моему дорогому Shibuya Yuuri, в честь которого оно написано. Сегодня у Юури важнейший в году день – День Рождения.

Мягкое тихое журчание воды и волн, омывающих небольшой песчаный бережок, окружённый высокой луговой травой, успокаивал и вселял в сердце чувство покоя и умиротворения. Приятный тёплый ветерок, время от времени меняющий своё направление, доносил до них то пресноватый свежий запах воды, то терпковато-горький аромат травы, благоухающей под высоким и сильным полуденным солнцем. Юури, зажмурившись от удовольствия, лежал на спине, закинув руки за голову и подставляя лицо ярким лучам солнца. А Сара сидел рядом, немного неуверенно, и даже неловко посматривая на практически обнажённого Мао, находящегося только в нижнем белье. Сара, впрочем, выглядел точно так же. Идея погулять вдвоём Сарареги понравилась сразу же, но вот кто же знал, что Юури целенаправленно пойдёт к речке, сокрытый высокой дикой травой и предложит погреться на солнышке, да позагорать. Позагорать под слишком жарким и знойным солнцем. И короля мазоку, похоже, нисколько не смущало присутствие двух стражей, якобы незаметно затаившихся в кустах и беспрерывно наблюдающих за своими юными правителями. Саре, конечно, было всё равно на них, он привык не обращать на подобное внимания, но всё же чуткое и внимательное присутствие Конрада и Бериаса всё же немного мешало, то и дело отвлекая. Мешало в подобной ситуации, когда, раз уж они вместе, неплохо было бы остаться совсем наедине.
- Сара?
Оказывается, юный король вот уже несколько минут непрерывно глядел на Юури, уйдя в размышления о двух стражах, так непривычно и церемонно засевших в кустах. Лучше бы они просто стояли рядом.
- Ммм? Да, Юури? – отведя взгляд от смуглого молодого и отлично сложенного тела Мао, Сара улыбнулся и растянулся рядышком на песке, устроив подбородок на скрещенных перед собой руках и, ощущая, как голый живот щекочут крупные песчинки.
- Ты на долго приехал к нам? – мазоку с озорной улыбкой подполз к улёгшемуся рядом шинзоку и осторожно убрал с его спины шелковистые волосы, обнажая светлую кожу для солнечных лучей, смущённо краснея при случайных прикосновениях к Саре, подсознательно восхищаясь его мягкой и нежной кожей, по которой так и тянуло провести рукой, чтобы ощутить её бархатную упругость.
Блондин, прикрыв глаза, задумался. Надолго ли он? Он и сам не знал. С одной стороны он давно уже должен был вернуться в Малый Шимарон. Правитель этой страны отсутствует уже слишком долго. Но возвращаясь с Сейсакоку, Бериас ненавязчиво настоял завернуть в Шин-Макокку. А Сарареги и не хотел сопротивляться. Скорее… он был даже рад увидеть Юури и побыть с ним. Что Мао и понял, когда встретил своего друга шинзоку, заметив всё это за маской холодности и расчётливости, умудрившись практически сразу же отделаться от навязчивой свиты и вечно ревнующего жениха Вольфрама, который, ввиду своей неустойчивой психики, вероятно до сих пор всё ещё носится по всему замку Клятвы-на-Крови с воплями об измене.
- Не знаю. Как получится. Я слишком долго отсутствовал в своей стране, потому обязан быть там, но…
- Останься здесь. Побудь немного у меня, Сара, – заметив, с какой скрытой грустью заговорил юный шинзоку, Юури поспешил перебить его, не позволяя глубоко погрузиться в свои размышления и уйти в оборону, отговариваясь своими обязанностями.
Сарареги, запнувшись, приподнял голову и удивлённо распахнув глаза, уставился на 27 короля мазоку. То, что Юури сам просил его остаться, да ещё и с такой твёрдостью и решимостью в голосе, немного… удивляло Сару. Расчётливый шинзоку никак не мог порой понять наивного, вечно открытого и прямого как топор Мао, который, не смотря на всё, что произошло между ними, продолжал верить в Сарареги, не забывая громко заявлять об этом, чтобы сам Сара знал. Для самого Сарареги он действительно был интригующе интересен. И забавен.
Рассмеявшись, блондин поднялся следом за севшим Юури и порывисто обнял Шибую, который так уже привычно и трогательно замер, покрывшись смущённым румянцем (кусты неодобрительно-одобрительно зашелестели). Сара любил производить такой эффект, потому что, по крайней мере, он понимал, отчего же это происходит. Он прекрасно осознавал, что внешне является красивым и привлекающим к себе внимание. И пользовался этим даром природы. Да и ему самому нравился Юури, о чём он всегда загадочно, уклончиво-открыто говорил об этом, скрывая за надменностью и эгоизмом настоящую привязанность к Мао. Скорее, даже боясь признать эту появившуюся привязанность самому себе. Тогда, на корабле… «Мне нравится Юури, – властная победная усмешка, – в том числе и его сила». Вроде бы жестокие и расчётливые слова человека, только что использовавшего другого для своих целей. Но сколько всего было скрыто за ними. Тогда Сара говорил открыто и честно. Как и потом… Не взирая на то, что ему уже никто практически не верил, кроме самого Мао.
И вот, судя по столь милым и забавным реакциям мазоку, Сара понимал, что как минимум Шибуя ему симпатизирует. И ведь отчётливо понимает, что каждый раз Сарареги не просто так его обнимает. Тем более Так.
Юури в этот день решил удивлять не только словами. Но и действиями. Так же легко и по-мальчишески рассмеявшись, он обнял Сару, прижав его к себе. А потом они долго и весело катались по песку, заливисто хихикая, состязаясь в своём шуточном поединке. Не смотря на то, что они были практически одинаковой худощавой комплекции, Юури был всё же посильнее и потяжелее, и потому никак не давал хрупкому шинзоку занять главенствующую позицию сверху (в этот момент у Конрада и Бериаса, партизанящих в кустах, были просто неописуемые физиономии).
Наконец, через полчаса, совсем вымотавшись, Сара покорно растянулся на спине, раскинув руки в стороны и разметав по горячему песку светлые золотистые пряди, искрящиеся тёплым живым цветом на солнце.
- Ну, хоть как-то я смог подчинить тебя, – отсмеявшись, неожиданно серьёзно заявил Юури, сидя на шинзоку и упираясь руками по обе стороны его лица и нависая сверху. Сарареги, услышав эти слова, невольно вздрогнул, отводя и так скрытый за фиолетовыми стёклами очков взгляд.
Почему-то с Юури практически никогда не работала его выдержка, и маска раскалывалась на части от одного взгляда сококу, открывая его истинное лицо и его чувства. Или это он сам, незаметно для себя, позволял Мао видеть это?
- Скажи, Сара, – наивные чёрные глаза смотрят на него отнюдь не наивно, – ты ведь осознал свою ошибку?
И ведь никуда не деться. Ни от этого взгляда, ни от самого мазоку, придавившего его к песку, не позволяя никуда сбежать.
- Так вот… – Юури не ждал ответа от Шимаронского короля, ему было достаточно реакции и глаз Сары, – если ты понял её, то забудь уже о случившемся. Нет, не вычеркни из жизни, просто не давай влиять этим воспоминаниям на себя. Не держи себя прошлым, а иди вперёд. Хватит, Сара, хватит мучить самого себя.
- Юури… – голос дрогнул. Произнеся его имя, Сарареги замирает, не зная, что делать дальше и что говорить. Как так получается, что он не видит мазоку, не понимает его поступков, когда как Юури в свою очередь безошибочно распознаёт что у Сары внутри, видит, что его терзает, и тут же пытается помочь ему. Уверенно и бескорыстно.
- Сара, всё ведь уже в порядке. Мы ведь друзья! – и снова этот мягкий добрый взгляд и озорной тон.
И такая же мягкая и добрая улыбка касается губ Сары, освещая его лицо.
- Да, друзья, – и как только Сарареги произносит эти слова, он понимает, насколько они искренни. Он признаётся в этом себе, – спасибо тебе…
- Не благодари меня, – мазоку радуется, и с улыбкой осторожно потянувшись кончиками пальцев к его красивому лицу, снимает очки, аккуратно пристраивая их рядом. Так, чтобы случайно не задеть и не раздавить их. Юури любит необычные глаза друга, наполненные солнечным блеском и раскалённым золотом. И он хочет приучить блондина не бояться и не скрывать своих глаз за цветными стёклами, хотя бы от него.
Как только с переносицы исчезла привычная тяжесть очков, мир перед Сарой тут же потерял свою чёткость и свои грани, приобретая бледновато-расплывчатую структуру. Без очков он видел довольно плохо, но никогда не признавался Юури в этом. А ещё, без привычной фиолетовой брони, Сарареги чувствует себя чересчур открытым и беззащитным. Слабым. Он с самого раннего детства привык прятать глаза за очками, скрывая свои чувства от внешнего мира. Как будто эти самые очки и служили для него блокиратором. А Юури просил у него именно откровенности, которую выражали его золотистые глаза.
- Не бойся. Сара, не бойся хотя бы меня, – отпуская и слезая с шинзоку, попросил Юури, и снова прилёг рядышком, жмурясь от удовольствия. Он давно хотел поговорить с Сарареги, он видел, что одинокому королю, только-только узнавшему правду о своей семье, это просто необходимо. Необходимо, чтобы не закрыться ещё больше. Но подходящих моментов не представлялось. Одно происходило за другим. И только сейчас, когда шинзоку вернулся из, несомненно, тяжёлого для него путешествия в Сейсакоку, подавленный и расстроенный, Юури наконец смог урвать возможность побыть наедине. Ну, относительно наедине (подозрительно шуршащие до этого кусты шуршать перестали, теперь уже подозрительно притихнув).
И как-то после этого разговора стало легко и хорошо на душе, и в скорее чувство умиротворённости передалось и сердцу Сары. Они долго ещё лежали на песке возле воды, нежась и купаясь в солнечном свете, болтали на разные весёлые темы. Не как короли, а как хорошие и близкие друзья. Затем Юури затащил Сару в дикие травы луга в поисках загадочных лиловых васильков, которые он так хотел показать Саре и которые они так и не нашли в буйной и густой растительности, достигающей им по пояс, и лишь искололи себе босые пятки да вытоптали дорожки-коридорчики. А когда Юури нечаянно споткнулся, опрокинув Сару в высокую траву, после чего они снова устроили там шутливую борьбу с тем же результатом, что и прежде, мазоку, в знак извинения, пришлось выпутывать из длинных волос Сарареги все травинки-листочки, что он насобирал на себя во время этого мероприятия.
- Слушай, – зарываясь пальцами в мягкие пряди и перебирая их, тихо начал Шибуя, – давай так с тобой почаще выбираться, а? – наконец зацепив упрямый листик, блуждающий по волосам, мазоку с победным видом выудил его из волос Сары и, наклонившись вперёд, заглядывая через плечо блондина, торжественно повертел им перед его носом, после чего вознамерился и пощекотать его.
- Ну, – фыркнув, Сара ловко сцапал этот несчастный листик, на долю которого выпало сначала запутаться в волосах шинзоку, а потом и быть выбранным Мао в качестве игрушки для этого самого шинзоку, и с довольным урчанием откинулся назад, прижимаясь лопатками к груди мазоку, – было бы не плохо. Но, боюсь, тогда твой жених мне открутит голову из ревности, – вкрадчиво ответил Сара, специально задевая интересующую его тему. Тему отношений фон Бильфельда и Юури.
Поскольку шинзоку и не думал отстраняться, так и продолжая сидеть облокотившись о мазоку, Юури, перестав к этому времени уже так категорично смущаться, обнял Сару, сомкнув руки у него на животе и обдавая своим горячим дыханием изящную шею блондина.
- Мы с Вольфрамом друзья. Но не более, – Юури знал, почему его друг интересуется этим, вернее догадывался, и давно уже был готов ответить. Ответить правду, – не смотря на то, что Вольфрам думает иначе, мы просто друзья.
- Ооо, вот как…. – Сарареги никак не мог сдержать довольно-коварных ноток, прозвучавших в его голосе.
«Значит… только друзья. Это становится интересным, Юури».
- Значит, у меня есть шанс, – это звучит скорее как утверждение, а не как вопрос. Но Мао понял иначе.
- Шанс? – опешив, Юури несколько мгновений похлопал глазами, а после пристроил подбородок на горячем красноватом плече Сары, отчего длиннволосый юноша непроизвольно поморщился.
- Шанс завоевать твоё сердце, Юури, – о, как это было приятно, видеть этот удивлённый и растерянный взгляд, эту робкую улыбку.
Как бы ни был готов мазоку к подобным поворотам событий, он всё же не ожидал, что увёртливый и скрытый король Малого Шимарона пойдёт в открытое наступление… по завоеванию его сердца. (Кусты в этот момент зашушукались).
- Ну… – неуверенно хмыкнув, Юури потёрся носом о плечо золотоглазого друга, безуспешно пытаясь скрыть свою неловкость.
Золотоглазый друг зашипел. Громко и недовольно, моментально сжавшись в объятиях Шибуи. Который, испугавшись подобной реакции, чуть было не отскочил от Сары, решив, что это злобное шипение вызвано его долгой и неуверенной заминкой с ответом. И только после сообразил в чём дело. Догадка пришла сама собой, стоило посмотреть на плечи и спину Сары. Его слишком светлая и нежная кожа, после долгого пребывания на солнце, приобрела яркий розовый оттенок, плавно переходящий уже в красный.
- Сара, да ты же обгорел! – встрепенувшись, мазоку мигом подорвался с места к их сложенным в одну кучку вещам, откопав в них и схватив белую тунику шинзоку, после чего вернулся к Саре, бережно опустив её тому на плечи, укрывая от палящих лучей.
- Да, похоже на то, – поведя плечами и поморщившись от прикосновения ткани к коже, согласился он, так же поднимаясь следом за Мао (кусты зашушукались и зашебуршались в два раза активнее).
- Нужно тогда скорее возвращаться, – Юури из случившегося уже готов был поднять панику, втайне радуясь, что сейчас надобность отвечать на вопрос отпала. Но паника была отменена тихим смехом Сары, который взял черноволосого юношу за руку и повёл к воде, потянув за собой.
- Не спеши. Давай ещё немного побудем…вместе.
Речная вода, искрясь и переливаясь голубым серебром, оказалась освежающей и бодрящей, приятно холодя ноги. Они ещё долго бродили по воде, так и держась за руки и о чём-то тихо переговариваясь.
Больше тему о Вольфраме Сарареги не поднимал, зная, что его вопрос с неприкрытым намёком всё же был услышан, хоть он и не получил на него ответа.

Но самое интересное было под вечер…

- Сара, лежи смирно!
- Но Юури, мне больно! – капризно заявил Сара, пытаясь выбраться из-под Мао, который уже, чтобы удержать сопротивляющегося и вырывающегося шинзоку, с большим трудом раздетого по пояс, оседлал его сверху, прижимая собой к прохладному покрывалу.
- Тебе и будет больно, если не перестанешь дёргаться! Сара, ну успокойся, пожалуйста. Сейчас тебе будет легче, – не оставалось иного выхода, кроме как прижать Сарареги к кровати за его полыхающие плечи, вынуждая того с громким стоном послушно распластаться и уткнуться носом в подушку, недовольно бубня в неё, какой господин Мао не хороший и жестокий. И вообще садист.
- Вот так… сейчас, – потянувшись за небольшой баночкой с кремом, уже заранее приготовленной для обгорелого пострадавшего, Юури зачерпнул из неё прохладную белую массу с блеклыми зелёными вкраплениями и бережно, чтобы не причинить горестно постанывающему и страдающему Сарареги ещё больше боли, начал втирать снадобье в спину. От горячей кожи даже на расстоянии мазоку ощущал исходящий от неё жар.
Как только прохладная кремообразная консистенция коснулась его спины, Сара вздрогнул, настороженно замерев, а после с, уже довольным, то ли стоном, то ли урчанием, облегчённо выдохнул, уже скорее наслаждаясь происходящей процедурой.
- Прости, Сара, – медленно проводя пальцами вдоль выпирающего позвоночника и огибая каждый отдельный позвоночек, тихо извинился Юури, испытывая чувство вины за то, что вынудил Сару с его чувствительной кожей пробыть столько часов под открытым палящим солнцем, – это из-за меня ты пострадал.
С огромным усилием отлепившись от подушки и повернув голову, шинзоку улыбнулся.
- Не говори ерунды. Мы же… ммм, – крем приятно остужал и холодил кожу, снимая это ужасное горение и зудение, а мягкие прикосновения ладоней Юури были просто волшебны, успокаивая и даря ощущение лёгкости и наслаждения, – …так хорошо провели время.
- Да, ты прав, – продолжая гладить шинзоку по спинке, уже просто так, машинально, Юури обмакнул палец другой руки в эту баночку и, наклонившись к лицу Сары, мазнул его по розоватому носику, смеясь при виде того, как Сара сморщил его и снова уткнулся лицом в подушку. Повисла тишина, разбавляемая летними звуками тёплого вечера, шумом ветра за окном, тихим чириканьем вечерних птиц и отдалёнными отголосками стражи, патрулирующей замок внизу. Такая особенная, умиротворённая, летняя и приятная тишина… которую можно ощутить только в это время года, после яркого жаркого дня. Тишина, смешанная с внутренней гармонией, миром и долей приятной усталости после активного и насыщенного дня.
- Сара… у тебя есть шанс.
Довольная улыбка скользнула по губам короля Малого Шимарона. Он получил ответ. И Мао теперь будет его. Не смотря ни на что.