Название: Пазл
Автор: Чиф-сан
Пейринг: Занзас/Скуало/фем!Цуна
Рейтинг: R (общий)
По мнению психологов, игра в пазлы учит правильно воспринимать связь между частью и целым.

Часть III, Глава 2
Занзас/Скуало, Скуало/Цуна и всё ещё пре Занзас/Цуна
Конец части, про годы ухаживания мне писать лениво xDD

Доверять свою голову Саваде он отказался наотрез. Но та, кажется, оказалась довольной лишь потому, что он хотя бы согласился на дебильную маскировку. По крайней мере, она щедро сбегала за кофе и всё утро сверкала улыбкой. Занзас даже начал подозревать, что существовал спор на эту тему, и Савада за счёт него увеличила состояние Вонголы раза в три.
Перед парикмахерской она смерила его взглядом и попросила:
— Ты только никого не убивай, чего бы тебе не сказали, хорошо?
— Может мне ещё и глухим притвориться? — прищурился Занзас.
Савада задумчиво прикусила губу:
— Это было бы идеальным вариантом, — признала она.
Занзас потянулся к пистолетам, и Савада поспешила отступить за угол. Она продолжила уже оттуда:
— Ты главное помни — парикмахер тоже в какой-то степени творец. А все творческие личности… в общем, к ним нужно по-особому, как к детям.
— С него хватит, что я не пристрелю его в первые десять минут, — буркнул Занзас.
Савада, опасливо поглядывая на него, всё же вернулась, неожиданно мило улыбнулась и, к его удивлению, нырнула ладошками под его пиджак, прижавшись щекой к груди, так что со стороны это можно было принять за объятия влюблённой парочки. Какого хуя она задумала, Занзас понял только после того, как его пистолеты оказались в её сумочке. Продолжая обворожительно улыбаться, она прижала палец к его губам, призывая к тишине, отвернулась, легким шагом направилась ко входу в парикмахерскую и толкнула тяжёлую дверь. Занзас мог только хмыкнуть, и пойти за ней, мысленно отвесив себе подзатыльник за расслабленность.
Она же прекрасно понимала, что добиться от него большего не в её силах.
Савада вообще была на удивление понятливой. «Интуиция Вонголы прекрасно предсказывает наступление пиздеца?» — задался вопросом Занзас, проходя вслед за девчонкой в салон, чьё внутренне убранство прямо таки вопило о том, что работают там исключительно творческие люди. Лично ему от взгляда на ярко-розовую стену хотелось разбавить оттенок, размозжив об неё чью-нибудь черепушку.
К Саваде подплыл мужик в лиловой рубашке и тут же начал мусолить её волосы, расспрашивая, как именно она хочет подстричься, но почему-то кидая плотоядные взгляды именно на него. Она отшатнулась, покрепче затягивая хвостик на затылке, и возразила, кивнув на Занзаса:
— Это не я к вам, а вот он.
Мужик хищно уставился на него:
— Что ему будем делать, милочка, укладочку на праздник? Или поработаем над объёмом?
— Будем красить, — решительно сказала Савада.
— Ой, зачем? — расстроился мужик. — Он так мужественно смотрится с этим цветом волос. Ну прямо ходячее воплощение животного магнетизма.
Савада хихикнула в ладошку и принялась нести сущую ахинею:
— Вы понимаете, его отец — человек очень консервативных взглядов, а этот дурак покрасился прямо перед большим семейным праздником.
Мужик скептически приподнял бровь:
— Но он, вроде, не бунтующий подросток, да и не с волосами зелёного цвета.
— Очень консервативный и богатый в таких же размерах, — Савада взмахнула руками и доверительным шёпотом сообщила: — Наследство, вы же понимаете, тут не до риска.
Мужик кивнул.
— Ну и как будем красить?
Савада сунула ему под нос фотографию, на которой шрам во избежание лишних вопросов всё-таки присутствовал.
— Чтобы было один в один, — улыбнулась она.
Парикмахер смерил его задумчивым взглядом, сравнивая с фотографией.
— Волосы тоже наращиваем?
— Ага, — подтвердила она.
— Чудненько. А теперь, лапонька, иди, посиди на диванчике и полистай журнальчик. Может быть, и себе что-нибудь подберёшь.
Савада послушной девочкой пошла в указанном направлении и даже села, мило сложив ладошки на коленях. Занзас же почувствовал на себе испытующий взгляд и мысленно застонал. Слишком уж сильно мужик напоминал ему пидора-Луссурию своими манерами.
— В кресло, милый, — подтолкнул тот его по направлению к сидению. И Занзас очень пожалел, что позволил Саваде отобрать у него пистолет, и кинул на неё раздражённый взгляд. Она уже мирно листала журнал и взгляда не оценила.
Увидев себя в зеркале через два часа, Занзас мечтал об одном — найти того ублюдка, который придумывал его «новый имидж» и удавить своими руками. Стрижка «под горшок» в комплекте с тёмно рыжими волосами и он видел в отражении перед собой не киллера, а мамочкиного сынка, не выходящего за порог без разрешения.
— Ебануться можно, — мрачно заключил он, пока Савада рассыпалась в благодарностях и клятвенно обещала, что обязательно подумает о смене причёски и придёт только к этому мужику, которого, если верить ей, звали Майки. Занзас даже не сразу понял, что обращение «Пойдём, Сэмми» адресовалось именно ему.
— Сэм! — Савада постучала его по плечу. — Пошли!
— Ему что, не нравится? — обеспокоенно поинтересовался Майки.
— В шоке от радости, что вам так точно удалось воспроизвести образ по фотографии, — улыбнулась Савада, а потом обратилась к нему: — Так мы идём?
— Ну пошли… Сора.
Савада взяла его под ручку, очевидно опасаясь взрыва ярости, который нахуй сметёт пиздобола вместе с его шарашкиной конторой, и потащила на улицу, продолжая отвешивать комплименты.
Отцепилась она только через пару кварталов. Остановилась, пристально на него посмотрела и с улыбкой заметила:
— А неплохо у него получилось. Как думаешь, может быть его пригласить работать на Вонголу… познакомить с Луссурией. Они точно общий язык найдут.
Занзас скривился, представив себе двух щебечущих «старших сестрёнок» и категорично сказал:
— Убью всех троих.
Савада захихикала, а потом с облегчением заключила:
— Ну вот, осталось только сесть на самолёт.
— Подожди, — резко затормозил Занзас, — а тебя они что ли искать не будут? Хера ли я должен выглядеть как придурок, если рядом будешь светиться ты?
Савада взглянула на него и фыркнула.
— У меня справка есть.
— Какая ещё справка? — раздражённо спросил Занзас.
— Я, София Виардо, приехала в Америку две недели назад, чтобы посмотреть Большой Каньон, по дороге попала в аварию, поэтому мне пришлось прервать путешествие и вернуться на родину, потому как с сорока процентами обожжённой кожи особо не погуляешь. У меня есть медицинское заключение, разрешение на перелет, и сопровождать меня будет врач — Самуэль Виардо, который по стечению обстоятельств является и моим мужем. Так что меня просто нужно будет красиво обмотать бинтами. Кстати, из мотеля надо выйти незаметно, а то хозяин очень удивится наличию мумии и незнакомого мужика.
— Продуманно, — признал Занзас, которому мысль о том, что хотя бы и по легенде он будет мужем Савады, претила. — Кто-то и правда прилетел?
— Угу, — кивнула она. — И даже правда устроили маленький взрыв. А потом уже один из наших врачей, работающий в клинике в тех местах, сделал заключение, а мы оплатили страховку. Так что всё почти по закону.
Занзас кивнул и посмотрел на часы. До самолёта оставалась пять часов.
Делала из себя мумию Савада самостоятельно, а перед этим двадцать минут сказала вокруг него с косметичкой, маскируя его главную примету. В список «домохозяйка и учительница» добавился ещё «визажист». На пидора-трасвестита он оказался не слишком похож.
Савада пристально его оглядела и удовлетворённо заметила:
— Всё-таки молодцы наши учёные. Вообще не заметно, что это тоналка, как настоящая кожа.
Занзас едва подавил желание смыть с рожи нахимиченную в вонгольских подвалах гадость.
— Но жаль, что с нами Хром-чан или Фран не могли поехать, — продолжила она. — С ними было бы ещё проще.
Занзас хмыкнул, и уселся проверять пистолеты, которые должны были ещё послужить до аэропорта, предоставив Саваде заняться собственной внешностью. Точнее, сделать так, чтобы оной не было.
Затея удалась настолько, что вызванный таксист поминутно осведомлялся, хорошо ли мэм себя чувствует. Савада только кивала в ответ, потому что с бинтами на физиономии болтать получалось плохо.
В аэропорту на Саваду смотрели с таким же сочувствием. Какой-то пожилой мужик попенял ему, что он должен носить девушку на руках, а не позволять ей идти, с такими-то травмами. Занзасу тоже хотелось уже оказаться дома и избавиться от Савады, поэтому он молча подхватил ошеломлённо вздохнувшую девчонку. Та обвила его за шею и часто-часто задышала. Опасалась, что внезапно бросит, наверное. Сквозь прорези бинтов на него настороженно смотрели карие глаза. Занзас только сейчас обратил внимание на их оттенок.
Вообще, для своего возраста Савада была слишком лёгкой.
В самолёте он подавил желание тупо кинуть её на сидение и опустил очень осторожно, представив, что в его руках бомба. С очень-очень большим радиусом поражения. Савада облегчённо выдохнула.
Мужик, из-за которого ему пришлось тащить тело дурной женщины, к несчастью, оказался их соседом. Поэтому добрую половину полёта Занзасу пришлось терпеть его расспросы. И даже более-менее вежливо отвечать, потому что одна девица в соседнем ряду выглядела крайне подозрительно и знакомо, чтобы проигнорировать их легенду и вести себя как обычно. Ситуацию облегчала Савада, которая периодически набирала на телефоне ободряющие сообщения в духе «Представь, что его голова взрывается!», «А теперь в стене образуется дыра и его засасывает! А что? Мы всё равно выживем!», «Заматывать в бинты нужно было тебя» и «Только не убивай его!!!». Мужик подслеповато щурился, но разглядеть, что же она такое пишет, не мог.
Когда у него закончился заряд любопытства, и он заткнулся, развернув газету и углубившись в её чтение, Савада уснула, так что в итоге её голова ткнулась Занзасу в плечо. Он раздражённо посмотрел на неё, но не скинул. Всё-таки она была универсальным определителем — если может спокойно заснуть, значит, опасность точно миновала. Что бы сказали бы варийцы, наткнувшись на такую вот идиллическую картину, Занзас старался не представлять. Ещё больше ему не хотелось признаваться патлатому мусору, что тот был в чём-то прав и вонгольская сука не такая уж и сука, но всё ещё пиздец как раздражает своей альтернативной философией.
Савада была слишком нормальной и обычной, чтобы быть в мафии.
Когда они приземлились, ему снова пришлось изображать из себя носильщика для вонгольского мусора, потому что мужик явно решил проследить, чтобы с «девочкой ничего не случилось». Савада едва не сбежала сама, но Занзас успел вовремя её перехватить. Не то, чтобы ему хотелось, но что-то в ней в его руках было такое… странное.
— Опусти меня, — еле слышно прошептала Савада, когда он выволок её из самолёта и даже дотащил до пункта выдачи багажа, и задёргалась.
— Жен… — он наткнулся на укоризненный взгляд того же заебавшего мужика, который всё ещё тащился рядом, так что Занзас уже начал подозревать его в слежке, и поправился, — жена, не еби мне мозг и не ёрзай, уроню.
Савада послушно замерла. Правда, всего на пару минут — пока мужик, не подозревавший о внезапно нависшей над ним угрозы словить пулю между глаз, не скрылся из виду.
— Всё, теперь отпускай, мне в туалет нужно!
— В самолёте нельзя было?
— Там страшно!
Занзас поставил её на ноги, и Савада пулей унеслась куда-то направо, сам он тоже последовал за ней, потому что умыться перед возвращением домой всё-таки не помешало во избежание обмороков у подчинённых. Когда они снова встретились, она уже была без бинтов и вполне довольная жизнью.
На выходе из аэропорта Занзас заметил Лауру и едва не застонал в голос. Он совсем забыл, что та улетала навестить маму, живущую в Испании. Она сверкала глазами и почти бегом приближалась к ним.
— Так вот значит, какая у тебя «деловая поездка», ублюдок?! — заорала Лаура, обличающе тыкая пальцем в удивлённую происходящем Саваду. — Ещё и парик идиотский напялил, чтобы никто не узнал!!!
Савада была, кстати, на голову ниже Лауры и смотрела на ту со сдержанным интересом.
— На азиаточек, значит, потянуло, да?! — продолжала бушевать Лаура, привлекая к ним ещё больше совершенно ненужного внимания. — Сволочь!!! Говорили мне подруги, что ты сволочь, а я не слушала.
Занзас, которому было как-то всё равно, кто и что ей говорил, скучающе зевнул. А потом, чтобы закончить бессмысленный скандал, повернул голову слабо сопротивляющейся Савады и поцеловал в губы. Над ухом раздался ошеломлённый выдох, а потом визг:
— Ублюдок!!!
Едва оторвавшись от Савады, он тут же огрёб пощёчину от разъярённой донельзя Лауры, которая рассерженной кошкой отскочила от них и удалилась, с прямой спиной и гордо поднятой головой.
— Милая, я думаю, что нам нужно расстаться, — ухмыльнулся он ей вслед.
— Знаешь что, — Савада тоже выглядела крайне рассерженной, — это было очень некрасиво.
Удар у неё было куда сильнее — челюсть жалобно хрустнула — и походка стремительнее.
Занзас ощупал пострадавшую часть тела и скривился. Раздавшийся позади искренний смех радости тоже не добавил. Так ржать над ним мог только один человек.
— Босс, — ободряюще похлопал его по плечу Скуало, — поздравляю. Вот теперь Цуна считает тебя очень противным.
— Полоумная баба, — промычал Занзас, всё ещё придерживая челюсть. — И ты ёбнутый. Я только что твою женщину целовал.
Скуало улыбнулся и пожал плечами.
— Босс, — доверительно сообщил он, — во-первых, за свою честь она вполне может прекрасно постоять сама, а во-вторых, ты сейчас так выглядишь… — его снова согнуло от смеха, — что на тебя просто невозможно злиться и требовать сатисфакции. Может, всегда так будешь ходить? Очень устрашающе, противники помрут от инфаркта.
Занзас мрачно смотрел на ржущий кусок мусора.
— И потом, ты меня прости, — Скуало просмеялся и лукаво посмотрел на него, — но она по своей воле с тобой целоваться никогда не будет.
Занзас хотел было рявкнуть, что нет на свете женщины, которая… Но потом удивлёно замер, потому что понял, что и правда, не будет. Даже под дулом пистолета не подойдёт.
Скуало с улыбкой смотрел на него. И это бесило.
Бесило, что единственная девка, которая победила его, как на мужчину, на него даже не взглянет. Почему-то Занзас впервые в жизни об этом подумал.
И мысль ему не нравилась.
— Понял, босс? — насмешливо подтвердил её Скуало. — Ради Цуны надо постараться.
Занзас раздражённо отмахнулся и направился к выходу.