Название: Не смешно
Автор: Джедайт
Фандом: Vampire Knight
Пейринг: Канаме/Каин, Рука/Юки
Жанр: юмор
Во всём прошу винить Tje!

Это началось, как дикая необузданная первобытная ссора двух хищниц за право обладания одним мужиком. С битьем посуды, применением клыков и Артемиды, пронзительным визгом и попыткой некуртуазно выдрать сопернице волосы, выцарапать глаза и обезобразить на всю оставшуюся жизнь, добиваясь если не отказа соперницы, то, по крайней мере, нежелания мужчины. В конце концов, какие бы звезды с небес не обещали представители противоположного пола, на самом деле всё начиналось и заканчивалось химической реакцией двух разгоряченных тел. У нормальных мужиков на уродин обычно не встаёт. Кроме желания уничтожить врага и вернуть обратно то, что так нецелесообразно растратили его потомки, других патологий у Курана не было.
- Не смей!
Третья по счету ваза династии Минь полетела в стенку и, что характерно, разбилась с подобающим ситуации звуком. Звонко и громко, на всю Академию!
Обитатели ничего не услышали.
- Это ты… своими ручками! И не смотри на него такими глазами!
- Между прочим, у него такие же глаза, как у меня!
- Нет уж. Коровьего взгляда в них никогда не было!
- Это тяжелое прошлое! И вообще, кто старое помянет, тому… Рука, иди сюда! У тебя кое-что во внешности лишнее обнаружилось!
Треск ломаемой мебели. Звон разбитого стекла. Две тени почти одновременно приземлились прямо на площадку перед парадным входом в общежитие ночного класса.
- Ты…!
- А… э?
- Что здесь происходит? – невозмутимый вопрос предмета спора, возникшего, словно из-под земли, застал обеих девушек, почти уже со сладострастием вцепившихся друг другу в глотки, врасплох.
- Кхе… – Юки сплюнула клок волос Руки.
- К-канаме-сама, – пробормотала, заикаясь Соен.
- Да? – с любопытством поинтересовался Куран, демонстративно приподняв одну бровь и с удивлением изучая застывшую перед ним скульптурную композицию.
- А мы… мы… – залепетала Рука, пытаясь найти хоть какие-то слова.
Горячих объятий девушки по-прежнему не размыкали. Руки похолодели настолько, что просто не слушались.
- Рука признавалась мне в любви! – всегда отличавшаяся не в меру длинным языком, богатым воображением и отчаянной смелостью в периоды дичайшего испуга, не подумав, брякнула Юки.
Вторая бровь Курана присоединилась к первой.
- Прости, что? – переспросил он, надеясь, что ослышался.
Соен покраснела до корней волос, открыла рот, чтобы что-то произнести, но, так ничего не сказав, закрыла его. Кросс их в это втянула, пусть она теперь из этого и вытягивает. В конце концов, ей он голову не оторвёт. Не стоит переключать внимание на себя.
- Рука мне как раз объясняла, что такое п-половые игры.
Куран тряхнул головой, запустил руку в волосы, пытаясь толи проверить, у кого из присутствующих началась тяжелейшая горячка, толи просто отгородиться от царящего вокруг беспредела.
- Ты. Этим. Заниматься. Не. Будешь, – по слогам процедил он.
Юки, глубоко возмущенная тем, что за неё собрались решать её дальнейшую судьбу, отпустила Руку и шагнула вперед грудью на амбразуру, собираясь отстаивать свою свободу. В конце концов, стоит один раз отступить, и начнется: поздно не выходить, короткое не надевать, с Зеро не заигрывать и кровью не поить…
- Это д-дискриминация по возрастному признаку! – и, с секунду подумав, добавила: – И половому тоже.
- В смысле? – опешил Канаме.
Рука осторожно попятилась к ближайшим кустам. Если ей очень-очень повезет, когда здесь всё кончится, он о ней не вспомнит.
Шанс был мизерным, но билет до границы продавался на ближайшей станции, а до неё было не так уж и далеко, особенно со скоростью вампира. Могло пронести…
- Ну, ты и Каин!
Куран вздрогнул. Рука так и замерла с поднятой ногой на полпути в кусты. Акацуки в соперницы она почему-то никогда не записывала. Только Ханабусу. Мысль была новая и неожиданная.
- Что «я и Каин»? – уточнил осторожно Канаме, понижая вкрадчиво голос.
Юки сглотнула, порозовела, как маков цвет, и сделала большой шажок назад по направлению к кустам и к Руке. Всё-таки справедливость справедливостью, но одной получать по шее было безумно обидно. А то, что этим всё кончится, она уже почему-то не сомневалась. И что-то ей подсказывало, что недавно перепорченные ведра уже все заменили на новые.
- Ну, ты и он… вы-ы!
- Мы?!
- Вы… вы чудесно смотритесь в одной постели!
Куран нахмурился. У него оставался всего один вопрос: что именно успела увидеть его младшая сестра из многочасовых задушевных бесед, которыми в последнее время он был увлечен.
- Ты его… а потом он… и…
Юки смешалась и, окрасившись в цвет малинового варения, которым любил потчевать директор всех нежелающих по праздникам и нет, вовсе замолчала.
- То есть вы…! – подала голос Рука, у которой от возмущения пропало чувство самосохранения.
- Мы… это мы, – поняв, что отпираться бесполезно, многозначительно отрезал Куран.
- Так ВЫ! – хором рявкнули девушки.
Рука притянула Юки к себе.
- Пойдем, дорогая, я объясню тебе, насколько все мужики козлы!
- С удовольствием, – согласилась с ней Кросс, сжимая талию Руки в мертвой хватке не по-женски сильных пальцев чистокровной.
Девушки, задрав головы повыше, удалились, покачивая бедрами в такт ходьбе. Канаме хотел было что-то им сказать, но передумал. По здравом размышлении, дом будет целее и овцы тоже.
Каин тихо фыркнул. Куран поднял голову и обнаружил животрепещущую тему их разговора на балконе, живо трепещущую от еле сдерживаемого смеха.
- Не смешно.
- Нет… конечно.