Название: Я тебя верну
Автор: Luminele
Бета: Кокоро
Фендом: Loveless
Пейринг: Соби/Сеймей
Рейтинг: R
Жанр: романтика, драма (за кадром)
Размер: мини
Статус: закончен
Отказ от прав: все права на персонажей принадлежат Kouga Yun
От автора: написано в подарок для моих любимых Mad Lazurit и Sky-Wind- World

- Я никогда тебе не навязывался.
- Именно этого я никогда тебе не прощу. У Нисея хотя бы есть что-то своё.
- У меня тоже, просто ты не хотел видеть. Никто не хотел видеть.
Цитата из «10 разговоров» by Motoharu

Сеймей заканчивал своё последнее дело перед «смертью». Человекообразный монстр с копытами вместо ног и рогами на голове упал, принеся сразившему его паладину необходимое количество опыта, сотый уровень был взят. «Что ж… ну вот и всё», – вскользь подумал Аояги, оборачиваясь к сидевшему на кровати привычно неподвижно, а может быть и вовсе не дыша, Бойцу.
- Я взял сотый уровень. Как тебе? – на губах Жертвы расцвела улыбка, а в полночно-синих глазах застыло выражение необыкновенного удовлетворения. Он смог всё рассчитать с точностью до минуты.
- Скучно. Дальше расти уже некуда, – скрестивший руки на груди светловолосый юноша ответил Сеймею безразличным взглядом, и сияющая улыбка подростка потухла на глазах.
- Хм… Предлагаешь мне удалить персонажа и начать заново? – недовольно дёрнув ушком, спросил Сеймей и отвернулся, переключая своё внимание на монстров, кровожадно оскалившихся на него с экрана монитора.
- Да.
- Но тебе он понадобится… однажды, – задумчиво начав теребить пальцами нижнюю губу, прошептал Аояги в ответ и вышел в главное меню.
- Я не играю в подобные игры, – прозвучало с кровати.
- Я Жертва, и я приказываю тебе играть в эту каждый день, – парировал Сеймей, не оборачиваясь. Закрыв игру и выключив компьютер, Аояги встал, собираясь уходить. Соби продолжал безучастно сидеть на кровати, никак не реагируя на происходящее. «Идеальный боец – это оружие. Даже не полунамёка на возмущение. Нисей бы уже давно взвился с места и, размахивая руками, что-то горячо и упорно доказывал бы, но Соби – не Нисей», – мрачно подумал Сеймей, пытаясь хоть что-нибудь прочитать по невозмутимому лицу Агацумы.
- Ты встретишься с Рицкой и полюбишь его, Соби, – разрывая возникшую между ними тишину, сказал Аояги и, засунув руки в карманы, таким же ровным голосом продолжил. – Я же буду убит Семью Лунами, но… когда ты встретишь Рицку, ты не скажешь ему ничего об этом… никогда! Как ничего не расскажешь и про Семь Лун…
Дождавшись от Бойца молчаливого кивка, Сеймей вышел в коридор, обулся, накинул на плечи лёгкое пальто, обмотал вокруг шеи шарф и уже в дверях добавил, не рассчитывая на ответ:
- Прощай, Соби…

Прислонившись спиной к двери, Сеймей подставил своё лицо по-весеннему холодному ветру и, тяжело вздохнув, закрыл глаза. «Его таким и делали. Вещь не должна испытывать эмоций. Я умру, и кто-то другой вырежет на нём своё имя. Чистый Боец. Абсолютное оружие», – чувствуя, как на дрожащих ресницах проступает солёная влага, Аояги прижал руку к лицу, закрываясь. – «Почему же на душе так паршиво?.. Почему мне хочется, чтобы…»
Дверь распахнулась, и Сеймей упал бы спиной назад, если бы пара сильных рук уверенно не обхватила его поперёк груди и не втащила в полутьму тёплого коридора. «Что за?..» – только и успел подумать Аояги, но его уже лихорадочно освобождали от пальто, нетерпеливо сдёргивали с шеи шарф.
- Соби, что ты твори… – рванулся из захвата Сеймей, но тут же оказался безжалостно прижат спиной к двери.
- Шшшшш… – зашипел ему на ухо Боец, запуская свои руки под толстый шерстяной свитер, скользя холодными пальцами по животу. – Пожалуйста, молчи, Сеймей… Не говори ничего, прошу…
«Что он задумал?!» – судорожно пытался сообразить Аояги, почти не сопротивляясь Соби, стаскивающему с него свитер. – «Неужели… возьмёт прямо здесь и сейчас… Не сможет! Я Жертва, он Боец!»

Пожалуйста, молчи, Сеймей… Не говори ничего, прошу…

Обжигающе горячие сухие губы коснулись мочки его уха, хриплое дыхание Бойца неистовым штормом пронеслось по коже, заставив вспыхнуть щёки, пальцы Соби уже скользили по рёбрам, подбираясь к соску. Запрокинув голову, Сеймей подставил для трепещущих, словно крылья бабочки, поцелуев шею и лихорадочно улыбнулся, не скрывая влажного блеска в глазах.
«Интересно… если я остановлю Соби в последний момент одним своим словом, каким будет его лицо? Удивлённым? Расстроенным? Разочарованным? Или… как при нашей первой встрече, потерянным?» – скользя отрешённым взглядом по потолку, думал Сеймей, запуская тонкие пальцы в пшеничные волосы, мягко поглаживая их, поощряя.
Горячий влажный язык спустился к соску, скользнул по нему, поднимая головку, обвёл её несколько раз по кругу и уступил место губам, плотно сомкнувшимся на ней, посасывающим, дразнящим. В ответ Сеймей чуть приоткрыл губы, выпуская наружу тихий стон, и жадно облизал их. Действия Бойца не оставили его равнодушным.
«Неужели ты, наконец-то, проснулся…» – шальная мысль вспышкой в глазах пронеслась по телу, вызывая лёгкую дрожь, заставляя прогнуться в пояснице, подставить всего себя под бесконечный дождь из трепетных поцелуев. – «Поздно, Соби… Ты сделал это слишком поздно…»
Ласкающие руки переместились на его ягодицы, властно сжали их в своих ладонях, притянули ближе, лишая их тела последнего воздушного промежутка. Сеймей вцепился Соби в плечи, отчаянно пытаясь сохранить хоть какое-то подобие равновесия, и глухо рассмеялся ему в шею, вдыхая ванильный запах волос и постепенно всё больше пьянея от теснящейся в штанах близости.
Вздрогнув от смеха, Агацума чуть отстранился, с трогательным выражением недоумения заглядывая ему в лицо, и, натолкнувшись на прожигающий безумием взгляд бездонных синих глаз, смял поцелуем пылающие губы, заставляя их раскрыться, выпустить наружу огонь, сжигающий тело изнутри.
Отстранившись, Сеймей несколько раз всхлипнул, тяжело дыша и повисая у Соби на груди, зарываясь лицом в струящееся великолепие светлых волос. Расстегнув ремень, Боец стаскивал с него вместе с бельём брюки. В воздух ворвался жаркий аромат его собственного тела, гормонов.
«Безнадёжно… всё зря», – с тоской подумал Сеймей, чуть прикусывая нижнюю губу. – «Выйдя за эту дверь, я к тебе уже не вернусь…»
Между тем, Соби осторожно прислонил его к двери и опустился перед ним на колени, прижимаясь лицом к паху. В синих глазах мгновенно потемнело, а его пальцы безжалостно впились в широкие плечи Бойца, словно этим могли сдержать гортанный вскрик, пронзивший пульсирующую в такт их общему дыханию тишину.
Ласковые губы мягко забирали в свой плен его восставшую плоть. Скользнул язык. Соби целиком отдался своему занятию, а Сеймей скулил в его руках, как волчонок, отчаянно пытаясь поймать губами ускользающий из лёгких воздух и не растерять при этом остатки рассудка.
«Так горячо… Так остро… Почему только сейчас?!» – невидящим взглядом скользя по размывающимся в полутьме очертаниям коридора, думал Сеймей, выгибаясь в такт требовательным движениям, пылая от нарастающего с каждой минутой удовольствия.
«Глупая игрушка Рицу, глупый Соби, тебе так будет лишь больнее…» – обхватив ладонями лицо Бойца и, войдя во вкус, уже настойчиво вжимая его в себя, думал Сеймей, чувствуя, как мир плавится, утекая из глаз. Его тело судорогой изогнулось в последний раз, руки непроизвольно сжались, не отпуская, и в нёбо Соби ударила вязкая волна спермы, медленно начиная стекать с уголков губ вниз по подбородку. Осторожно отстранившись, Боец вытер рукавом клетчатой рубашки лицо и, чуть улыбнувшись, встал, тут же становясь выше, нависая.
- Я люблю тебя, Сеймей, – раздался горячий шёпот над самым ухом. – Я буду любить только тебя… всегда! Даже после того, как ты умрёшь…
«Так вот в чём дело, всё же проняло… Не такой уж ты, оказывается, идеальный, Соби», – закрывая глаза и прижимаясь к Агацуме, подумал Аояги. Драгоценные минуты неожиданного счастья утекали, мысленно возвращая его к тому, что ещё только предстояло сделать: к ждущему в кафе Нисею, к пойманному им Бойцу Loveless с уже определённой для него участью трупа, к необходимости этой ночью уехать из дома.
- Не говори глупостей! Ты – просто оружие, негодное ни для чего больше, и ты… ты выполнишь мой приказ, потому что… мои приказы абсолютны, Соби, – своими руками разрушая перекинувшийся над пропастью взаимного молчания мост, произнёс Сеймей, отстранившись. «Если я сейчас признаюсь, что люблю тебя, потом… это тебя убьёт, но… я верну тебя, Соби. Обещаю! Потом… после всего… я верну тебя, и ты… и мы будем по-настоящему счастливы… вместе».