Название: Урок для сердца
Автор: Luminele
Бета: Кокоро
Фендом: Loveless
Пейринг: Нисей/Семей
Рейтинг: PG-13
Жанр: романтика
Размер: мини
Статус: закончен
Отказ от прав: все права на персонажей принадлежат Kouga Yun
От автора: написан в подарок для lupi

Dori me interimo adapare dori me
Ameno ameno lantire lantiremo dori me
Ameno omenare imperavi ameno
Dimere dimere mantiro mantiremo ameno
Из песни ERA – Ameno

Нисей беспокойно крутился на стуле, раздражённо тряся под столом тапочком. Ему было до отупения скучно! Уходя разбираться с Накахирой, Семей мрачно положил Бойцу на стол целую стопку листов с новыми заклинаниями, приказав к его приходу выучить всё. Нет, конечно, Нисей сам напросился на наказание, доведя вчера ушастого блондинчика до бешенства, но… на хрен было лезть к нему со своими манерами?!
Нисей тяжело вздохнул, с обречённостью пробегая глазами по строчкам в размере хайку, и зло прыснул, наткнувшись на заклинание исцеления.
Забыты раны,
когда ладони скользят
по рёбрам моим.
- Семей точно издевается! – угрюмо произнёс Акаме вслух, с тоской отводя глаза и прикусывая нижнюю губу. – Хотя… если помирать буду, может быть, и дотронется…
Следом шли заклинания ограничения, но легче Нисею не становилось. «И зачем только Семею понадобилось так изощрённо надо мной издеваться?! И, ведь, не подкопаешься, всё по делу!» – надув щёки, Акаме тёр пальцем набежавшие от досады морщинки на лбу, сверля глазами иероглифы на бумаге.
Губами прильни,
разбей оковы моего
одиночества.
- Ага, щазззз… так он меня и поцелует, чтобы оковы снять, – буркнул Нисей, чувствуя, как от разрастающейся в груди обиды на глаза набегает влажная поволока. – Догонит, мать его, и потом ещё раз поцелует…
Тяжёл ошейник.
В его объятьях
я задохнулся.
Акаме достал ручку и молча переправил «я» на «враг». Ещё не хватало убить свою Жертву собственным заклинанием! Впрочем, это натолкнуло Нисея на правильную, но порядком запоздавшую мысль. «Откуда у Семея заклинания для Бойцов? Не сам же он сидел-парился, сочиняя их вечерком…» – от этих мыслей рука Акаме сама потянулась, выводя на бумаге злое о наболевшем.
Две любви сразу
в сердце юноши живут.
Страдают избранники.
«А ничего получилось», – мрачно улыбнулся Нисей и, неожиданно увлёкшись, продолжил марать бумагу, выплёскивая на неё накопившееся…
* * *
Вернувшись, Семей застал Бойца за прелюбопытнейшим занятием – с присущей только ему увлечённостью тот что-то упорно пытался написать на бумаге, ругаясь сквозь зубы и до красноты кусая тонкие губы.
- Ну и чем ты сейчас занимаешься, вместо того, чтобы учить заклинания? – холодно поинтересовался Аояги, не сводя глаз с мгновенно напрягшейся узкой спины.
- В хайку упражняюсь, – судорожно пряча исписанный каракулями листок в ящик стола, ответил Нисей и обернулся к Жертве, ища на её лице результат встречи с Накахирой. – С заклинаниями no problems, я всё уже давно выучил.
- Покажи, – приказал Семей, упираясь бедром в столешницу и скрещивая руки на груди. – Хочу на это посмотреть. Вдруг окажется, что прямо у меня под носом настоящий талант пропадает.
Нисей обиженно поджал губы, остро отреагировав на иронию, прозвучавшую в голосе Жертвы, и с излишним шумом отодвинул ящик стола, вынимая на свет помявшийся листок бумаги.
- Смотри! – яростно прошептал Акаме себе под нос, протягивая Семею желаемое.
Аояги с любопытством заглянул в листок и, едва-едва пробежав глазами по кривоватым строчкам, побледнел, невольно задерживая дыхание. Всё это время Нисей думал о нём…

Переведя красноречивый взгляд на Акаме, Семей ткнул пальцем в верхнее стихотворение и требовательно произнёс:
- Читай! Это приказ, – листок из рук Жертвы перекочевал к Бойцу.
- Пока тебя обнимаю… – краснея и запинаясь, начал Нисей, нервно ёжась под прицелом полночно-синих глаз. – Пряди волос смешались, прямые с кудрявыми.
- Что ты там про себя бубнишь, Нисей, – издевательски хмыкнул Семей, чуть улыбнувшись краешками губ. – А где же чувство? Где ритм? Повтори!
Следующие пятнадцать минут прошли в яростном словесном поединке – Боец пытался прочитать стихотворение, а Жертва неизменно оставалась им недовольна и требовала повторить.
- Пока тебя обни…
- С чувством!
- Пока тебя обнимаю, пряди волос…
- Не верю! Повтори!
- Пока тебя обнимаю… Что ты от меня хочешь, Семей!?
- Не отвлекайся. Ещё раз!
- Пока тебя обнимаю, пряди волос… Прекрати издеваться, я больше не могу!
- Будь серьёзней, Нисей. Ты же Боец и должен понимать, что чем больше чувства будет заключаться в твоих заклинаниях, тем выше окажется их эффект.
- Да чтоб тебя! Пока тебя обнимаю, пряди волос смешались, прямые с кудрявыми…
- Уже лучше, Нисей. Повтори!
- АААААААаааааа…

- Скажи, чем ты всё время остаёшься недоволен?! – возмущённо воскликнул Акаме, когда его терпение окончательно лопнуло.
- Тем, что твоё заклинание не работает, – слегка улыбнувшись, ответил Семей, предчувствуя, какую бурю в душе Бойца вызовут его слова.
- Да ты… Знаешь, кто!? – Нисей в запале взвился с места, крепко сжимая ладони в кулаки, и ядовито выплюнул. – Ну и сволочь же ты, Семей!
- Прекрати беситься, Нисей, – твёрдо ответила Жертва, раздражённо дёрнув ушком. – И… для разнообразия, включи голову!
- Голову?! – скрежеща зубами, выдохнул Акаме. – Мы не в системе, чтобы заклинание сработало! Или мне стать для тебя Господом Богом?!
Аояги обречённо покачал головой, останавливаясь взглядом на дрожащих от ярости губах Акаме.
- Ты ведёшь себя, как ребёнок, – с грустью произнёс Сеймей и не без сарказма добавил. – Вот скажи, у тебя что, рук нет? Или они находятся там же, где и голова, в отпуске?
- В отпуске… – резко успокоившись, ошарашенно повторил за Жертвой Нисей и, подняв на него недоуменный взгляд, густо покраснел. В происходящее верилось с трудом, но не спросить он просто не мог. – То есть… мне тебя обнять?
- Давно пора было догадаться, – с нотками презрения в голосе ответил Семей, но потом смягчился. – И всё-таки услышать от тебя сорок три раза подряд неплохое хайку оказалось забавно.
- У тебя чёрный юмор, Семей, – сделав шаг вперёд и крепко прижавшись к груди Аояги, прошептал Нисей. Так было гораздо уютнее и… от Жертвы пахло чем-то очень приятным, но он бы никогда не смог сказать, чем именно.
Мягко улыбнувшись Акаме в макушку, Семей прошелестел пальцам по его волосам, остановив руки на лопатках, и ласково прижал мальчишку к себе, шепча:
- Они не смешиваются, потому что ты на голову меня ниже, – в голосе Жертвы прозвучала легкая насмешка, но, прежде чем Нисей успел возмутиться, Аояги добавил. – Надо было сочинить что-то вроде этого…
В кольце твоих рук
нежным соловьём сердце
пело бы всю жизнь.
«Значит, все те заклинания он написал сам», – улыбнувшись Семею в грудь, подумал Нисей, полностью растворяясь в родном тепле, в ровном стуке его сердца и шуме дыхания у себя над ухом.
- Скажи, чем закончился разговор с Накахирой, раз ты сейчас такой… – нарушая установившуюся тишину, спросил, запнувшись на полуслове, Акаме, так и не сумев подобрать определение к свалившемуся ему, как снег на голову, счастью.
- Накахира здесь ни при чём, – едва прикусив губу, ответил Семей, и тёмно-синие глаза заметно просветлели. – Ты думал обо мне, пока меня не было. Это важно, Нисей. Думай обо мне всегда!
- Угу, – Акаме кивнул.
- Завтра ночью у нас дело в Гоуре, ты должен быть готов, – мягко отстраняясь, сказал Семей и, раздражённо ударив воздух хвостом, отошёл к дивану, показывая, что на сегодня с нежностями покончено. – Так что… садись и учи заклинания.
- Да, конечно, я выучу, – ответил Нисей и по-детски открыто улыбнулся. «Я для тебя всё, что угодно сделаю…»