Название: Отсутствие
Автор: Motoharu
Пейринг: Нисей, Семей
Рейтинг: PG-13
Жанр: ангст
От автора: Ох, очень сложно писать про персов, которых мало знаешь и вообще не хотел знать никогда…
Может, ООС, может, АУ, фиг знает.
Нисей – в основном, Семей – априори=))

Осень. Ну почему всегда эта дурацкая осень? Дождь хлещет по несколько дней, везде лужи, сырость, мерзкий, пробирающий до костей ветер. И вечера… длинные, пустые, холодные. Будь ты хоть трижды стойким и жизнерадостным, от этих мутных, бесконечных вечеров не спрячешься. Они накрывают медленно, затягивают, минуты скользят одна за другой и, кажется, что никогда, никогда не наступит конец их скольжению.
Нисей сидел на подоконнике и читал сегодняшнюю газету. Уже третий раз одну и ту же страницу. Он прикусывал ноготь указательного пальца левой руки, чтобы хоть как-то снять бродившее под кожей напряжение, но всё было без толку, только нервничал ещё больше.
Когда он обосновался в этой квартире, первым делом выкинул все часы, какие только были. Его раздражало их мерное тиканье, его раздражало их постоянное движение, его раздражало, что они отсчитывали время, которое он провёл один… Часы смеялись над ним, часы жалели его. Жалкий боец… Несовершенный боец… А Семей сейчас с другим.
Нисей закусил губу, резко, с хрустом скомкал газету и кинул её в самый дальний угол комнаты, где уже лежали несколько комков вчерашней и позавчерашней газеты. Завтрашнюю постигнет та же участь. Бездействие убивало, обещания Семея были призрачны, почти нереальны. Они не виделись уже три недели. В груди было пусто, холодно, связь молчала. Нисею было страшно. Нисею было одиноко.

Он касался его губ. Они были мягкими, тёплыми, отзывчивыми. Приоткрытый рот манил, глаза напротив горели согласием, страстью, вседозволенностью… Семей был доволен им, Семею хотелось ласки. Он тоже скучал.
- Когда-нибудь у моего брата тоже будут такие длинные волосы, как у тебя, – говорил Семей, проводя рукой по голове Нисея и подхватывая пряди, чтобы потом отпустить и смотреть, как они медленно стекают на спину. – Мой Рицка будет самым красивым и самым счастливым из всех людей на земле. Я об этом позабочусь, и ты мне поможешь, Нисей.
Сейчас, когда Нисей сидит у ног хозяина, положив голову ему на колени, он готов на всё ради брата Семея. Он готов любить его, так же как любит Семей… и даже больше… только бы не прекращались эти едва уловимые прикосновения, только бы Семей говорил, говорил… и никуда не уходил. Пожалуйста…
Семей приподнимает голову Нисея, наклоняется, опять целует. Глубоко, долго, дыхания не хватает, но он не намерен прекращать. Он требователен, он груб, он хочет… хочет подчинить его своей воле, всего… Нисей тянется руками к плечам Семея, хватается, чтобы не упасть, запрокинутая голова начинает болезненно пульсировать от неудобного положения. Но это всё мелочи… даже конец света не заставит его пошевелиться и прервать поцелуй. По телу проходят волны удовольствия, в груди горит, в животе горит… Не останавливайся, Семей…
Пол кафельный, холодный, обжигает спину… Тело Семея горячее, твёрдое – ни приблизить, ни оттолкнуть. Таковы правила… головокружительная близость… невозможная близость. Нереальная.
Семей уже не ласковый, время игр прошло, теперь он хочет взять то, что принадлежит ему по праву. Взять так, как Нисей того хочет – без остатка, без жалости, без остановки…

Нисей, не мигая, смотрел в окно на размытую серую улицу и видел наяву то, чего бы ему так хотелось, то, чего никогда не будет…
Семей придёт через неделю. Он будет говорить о своих планах, о Соби, о Рицке и никогда… никогда не спросит о том, что Нисей делал без него, а Нисею нечего будет ему рассказать, даже если он захочет услышать. Но это неважно, это всё неважно. Нисей прислонился виском к холодному стеклу и закрыл глаза.
Важно то, что будет ещё понедельник, вторник, среда… дождь, дождь, утренняя газета и отсутствие его в этом мире.

***

Этот младшеклассник опять смотрел на него во время урока физкультуры. Спрятался в тени дверного проёма и подглядывал. Нисей облизнулся, вспомнив смущение мальчишки, когда они встретились взглядами на перемене. Нисей знал, что красив и нравится многим.
Почему бы не поиграть, когда так мило напрашиваются? Иначе эта меланхолия окончательно его доконает.
Нисей увидел его в коридоре, сидящим на подоконнике. Мальчишка хотел улизнуть, жутко застенчивый. Тем интереснее.
- Подожди, не убегай, – Нисей преградил дорогу и мягко подтолкнул мальчика обратно к подоконнику. – Ты что-то хотел?
- Нет, я… ничего, – промямлил тот, тщательно избегая взгляда Нисея. Щёки медленно заливались чувственным румянцем. Палевые ушки прижались к голове.
- Да? – Нисей изобразил искреннее удивление. – Значит, мне показалось, что ты меня преследуешь?
Паренёк совсем растерялся. Опустил голову, стал упорно отколупывать краску от подоконника.
- Вы ошибаетесь, семпай, – чуть не плача, прошептал он и вскинул на Нисея голубые, практически прозрачные глаза, в надежде, что тот ему поверит.
Нисей медленно поднял руку, провёл пальцем по красной горячей щеке. Мальчишка стоял как громом поражённый, не двигаясь, затаив дыхание. Потом палец скользнул по нижней губе, ненадолго задержался… Глаза напротив стали большими, просто огромными от удивления, смущения… страха.
Нисей наклонился к самому его уху и, улыбнувшись, тихо прошептал:
- Подрасти сначала. Ещё раз увижу, что следишь за мной, сделаю больно, мой милый.
Чмокнув шокированного мальчишку в уже бледную щёку, Нисей хихикнул и пошёл обратно в класс. День обещал быть весёлым.

Семей позвонил в самом конце урока. Назначил встречу в центральном парке, потом сказал про какое-то кафе, где можно будет обсудить один вопрос. Домой к Нисею он идти отказался. Телефон хотелось разбить о стену или о чью-нибудь голову, желательного этого, который ошивается рядом с Семеем. К нему домой он ходит.
Но уже через секунду губы перестали дрожать от ярости, и Нисей почувствовал себя счастливым. Он увидит его… Ну и пусть в людном месте, возможно, Семей позволит дотронуться до себя… или даже поцеловать. Это очень много, это – всё.

Семей был доволен собой. Нисей это слышал в вибрации голоса, видел в прищуре карих глаз, в плавных жестах. Семей говорил о том, что у него есть план, и скоро, совсем скоро он начнёт его осуществление, потом что-то было сказано про Рицу-сенсея и Соби… кажется, Семей устал от Соби и его неизменного выражения лица… Нисей не слышал слов. Он смотрел, как двигаются губы Семея, слегка обнажая белые крепкие зубы, как дрожат его ресницы, как ушки то приникают к голове, то вновь поднимаются… Семей положил руку на стол, за которым они сидели, и Нисей почувствовал, как горло перехватило от напряжения. Он уже видел, как касается этой руки, как чувствует тепло кожи, переплетает свои пальцы с его… И они целуются… у всех на виду, потому что они пара. Пальцы задрожали. Всего одно короткое движение вперёд и будет хорошо, будет так, как он хочет…
- Ты меня слушаешь, Нисей? – Семей грубо вырвал его из ядовитых наркотических объятий фантазии. Мир вдруг стал плоским и несовершенным. Но Нисей и ухом не повёл. Широко улыбнулся, убрав руки со стола и с силой зажал их между коленями.
- Конечно, Семей. Всегда, – сладко протянул он, не раздумывая.
- Отлично, – сухо произнёс Семей, но тут же слегка улыбнулся, в конце концов, сегодня у него было хорошее настроение. – Мне нужно встретить Рицку из школы. Я позвоню тебе, когда будет нужно.
Семей встал из-за стола. Нисей остался сидеть на месте. Его начинало трясти, как от озноба. Это всё?
- Я буду ждать, Семей. Я всегда буду ждать тебя, мой милый, – со смешком ответил Нисей, быстро вскакивая на ноги. – Передавай привет Рицке.
Семей хмыкнул и быстро вышел из кафе, оставив Нисея наедине со своим неудовлетворением, несбывшимися фантазиями. Какая жалость…
Боковым зрением он заметил высокий бокал, стоящий на столе; в нём осталось немного лимонада, рыжего, кислого – апельсин. На губах всё ещё остался его вкус. Одно движение руки и стакан проехал по лакированной поверхности, сорвался вниз и с глухим стуком разбился о кафельный пол. Осколки разлетелись, оставшийся лимонад брызнул в стороны.
- Какая жалость, – повторил Нисей вслух и закусил дрожащие губы. Вскинув на подбежавшую официантку невинные глаза, он пожал плечами. Случайность. Всего лишь досадная случайность. Как и всё в этой жизни.

Три дня Нисей никуда не выходил. Нагнать температуру было нетрудно. Три дня тишины, пустоты, отсутствия всяких желаний, мыслей. Три дня смерти… Семей не звонил, да Нисей и не ждал. Он сидел на подоконнике, прикусывал ноготь на указательном пальце, смотрел в окно. Постепенно успокаивался от встречи с действительностью. А потом опять пришли фантазии, планы, и сознание быстро заретушировало неугодные воспоминания, вывернуло всё наизнанку, нашло новые смыслы, скрытые подтексты.
Он нужен Семею, он сделает всё для Семея, он любит Семея.
И да будет так.